​Король хипстеров

В некоторой стране, в некотором городе, на некоторой оживленной улице стоял крутой барбершоп. Брили и стригли там всех, от продвинутых хипстеров, до настоящих мужиков, у которых на ногах волосы сами в косички от брутальности заплетались. Кроме основных услуг торговали здесь товарами разными: очками прямоугольными, подтяжками разноцветами, кедами, мантиями, джинсами рваными и прочим незаменимым для любого уважающего себя хипстера барахлом. И владел этим наикрутейшем заведением стилист-Василий, мастер на все руки.

Василий, несмотря на профессию, был парнем совершенно гетеросексуальным. Он правильно питался, зависал в фитнес-клубе по вечерам, парил вейпом, катался на гироскутере и обожал свою работу. За свою жизнь успел он поработать везде, от подвальных эконом-парикмахерских, до крутых салонов красоты, но в конце концов осел и завел свой собственный малый бизнес, в котором царствовал уже пять лет и пока не бедствовал.

Была у Василия только одна странность. Стоял в его барбершопе старый дедов трельяж, мастерски лаками и красками замаскированный. Когда Василия спрашивали, почему он не расстанется никак с этой рухлядью, он говорил, мол - ностальгия. На деле же зеркало было волшебным. Садился перед ним человек, и видел себя как есть, без прикрас. Зато Василий видел его в самом наилучшем из всех амплуа. Так и получилась у мастера лучшие стрижки, лучшие дизайны бород, и ни один гость - будь то хипстер ли, брутал ли - не уходил недовольным.

И вот как-то раз, под вечер, остался Василий в своем барбершопе совсем один. Хотел он уже закрываться, да тут дверь отворилась, и в далеко не скромную обитель красоты вторглось такое чудовище, какого свет не видывал! Борода - колтунастый веник, волосы - смесь Аллы Пугачовой и вороньего гнезда, помноженная на атомный взрыв, ногти - как куски каменной соли в добрых полсантиметра толщиной. От запаха, что источало чудовище, муха, весь день бившаяся в окно, свалилась замертво на пол лапками другая. И одето чудо-юдо было так, что хотелось глаза рукой прикрыть да больше ничего не видеть никогда. Шлепанцы резиновые на носки розовые с сердечками, штаны спортивные от богомерзкого поддельного «Адидаса» и тельняшка растянутая настолько, что ворот до самого пупка свисал.

Открыл Василий рот, забыл как вейпом парить. Чудовище же разинуло свою пасть, громко заревело и спрашивает:

- Аааааа! Здеся ли пастричься можна?

- Здесь, - от удивления брякнул Василий.

- Аааааа! Стриги! - проревело чудовище, и нагло перед трельяжем волшебным уселось.

«И как этого Чубаку стричь?» - ужаснулся Василий.

Осмотрел он фронт работ, содрогнулся, к тревожной кнопке спасительной попятился. Да только тут в голову ему пришла интересная мысль.

«А смогу ли я из этого зверя сделать приличного хипстера? Это же вызов!»

И, решив, что опыт дороже денег, спросил он с некоторой опаской:

- Простите, уважаемый, предпочтения у вас какие-нибудь имеются?

- Аааааа! - проревел гость незванный. - Нету у меня никаких придпачтений! Как хошь, так и корнай! Да ток чтоб я каралем отсюда вышел, слышь чо!

«Ну, сам напросился, нечисть помоечная, - подумал про себя Василий. - Щас я тебя так разукрашу, что тебя соседи по подвалу не узнают!»

Поглядел Василий на своего клиента в зеркало и подивился. Отразился там первосортный, типичнейший хипстер - хоть икону с него пиши и посреди барбершопа вешай, чтобы примером для всего города служил. Обрадовал Василия такой расклад - ради хорошего результата и потраченных материалов было не жалко. Засучил рукава он и за дело взялся.

Принялся отмывать Василий волос копну ужасающую. Каждый волосок - что зубной щетки щетина, да еще и кудрявится. Банку шампуня на них вылил, а только-только цвет рыжий сквозь сало да грязь проступил. Вылил вторую - колтуны во всей красе показались. Полотно волос - словно мочалка банная, не распутаешь! Вымазал на этот кошмар Василий еще банку бальзама, оставил мариноваться, а сам пошел к трельяжу. Как на войну пошел, разложил инструменты. А как смыл бальзам с волос чудовища страшного - началось сражение за звание мастера-парикмахера.

Трое ножниц затупил Василий, шесть расчесок сломал, любимую бритву-нож опасную в помойку отправил! Волосы все лезли и лезли, вились, за руки мастера хватали, будто утащить в свой мир отсутствия гигиены и вкуса хотели. Но Василий сдюжил. На висках ровные молнии выбрил, в середине волосы рыжие мусом уложил в стиле гранж. Бороду укоротил, коробом обрил. Посмотрел на чудовище - ну вот, уже почти на человека похоже!

- А стиль сменить не желаете? - предложил раззадоренный таким успехом Василий.

- Аааааа! Жалаю! - разрешило чудовище.

Пожал плечами Василий и взялся за ногти чуди волосатой. Все пилки сточил, щипчиков сломал целую упаковку, что на год покупалась. Потом достал маски-крема-тоники, по лицу прошелся. Брови даже выщипал, волосы из носа и ушей выстриг, не погнушался! Да что там - подмышкам волосатым и груди бой дал, коробку восковых полосок на них угробил! А монстр уличный, глядь-ка, не протестует. Сидит, порыкивает довольно, все, что с ним делают - одобряет.

Подумал Василий, да и плюнул совсем на все. Затолкал чудовище в служебный душ. Отобрал все шмотье мерзкое, в помойку кедом своим красным со звездой забил поглубже, чтобы не дай боже не выбралось. Одел гостя в рубашку красную клетчатую, в джинсы вареные драные, в кеды черные. Носки свои, запасные, от души оторвал! Добавил к этому галстук бабочку, как зеркало велело, подтяжки да очки прямоугольные. Отошел посмотреть, и пожалел, что не сфоткал чудовище до того, как за работу взялся. Превратилось оно теперь в настоящего короля хипстеров!

- Ну, как вам прикид? - спросил Василий с интересом.

- Аааааа! Харашо! - проревело бывшее чудовище, и к помойке направилось.

«Ну вот, в родную грязищу захотел, - подумал с нежностью Василий. – Непривычно, поди, бедолаге в таком-то виде».

А чудовище достало свои спортивки, вытащило из них кошель размером с гироскутер, отслюнявило зелененьких и сунуло своему добродетелю. Посмотрел на те деньги Василий и ахнул. То были не рубли привычные, а евро заморские - действительно зелененькие. Три штуки.

- Аааааа! Сдачу себе оставь! Ну, бывай!

И, похлопав афигевшего Василия по спине мощной лапищей, король хипстеров покинул нескромную обитель красоты. Мастер на все руки еще раз пересчитал зелень, сунул в карман и перекрестился. Он собирался пойти в ближайший вегетерианский ресторан и навернуть там чего повкуснее. В конце-то концов, он отстоял право своего барбершопа называться лучшим в городе, и награду честно заслужил.