Фермер с астероида

1

— Дзинь, дзинь, дзинь! – механический будильник уныло бил мне по нервам, заставив открыть глаза. Спать хотелось до одурения, вчера я до вечера корчевал камни на поле. И пускай не своими руками, но управление тупыми донельзя полевыми роботами заставляло концентрироваться до предела. Твари они были жутко тупые. Особенно этот новенький, названный по заведенной мной традиции «Стивеном», в честь известного некогда писателя. – Дзинь, дзинь, дзинь!

— Алекс, уже семь часов утра по Гринвичу! – домашний робот Добби решительно пресек мою попытку заткнуть будильник. – У вас на сегодня уйма планов: сходить в душ, позавтракать, спланировать день, отремонтировать одного из роботов, корчевать поле, корчевать поле…

— Добби, да заткнись же! – буркнул я, потягиваясь.

— Невыполнимая команда! – замогильным, взятым из какого-то ретрофильма голосом, ответил Добби. – Вы сами запрограммировали меня, чтобы я нудел и не давал вам спать.

— Добби, да подай ты мне уже этот чертов халат! – эти слова практически автоматически остановили робота, и послушный Добби подал мне теплый махровый халат, выделанный из местного лишайника. Ростом Добби едва дотягивал до моей груди, но наличие четырёх лап и четырёх же длиннющих трехпалых рук всё компенсировало. Эти лапы могли дотянуться практически до любого уголка моего небольшого, но уютного жилища.

Я встал, сунул обе руки в халат, завязал на изрядно исхудавшем за последние три года теле поясок и пошел на кухню, откуда уже тянулись не умопомрачительные, но вполне достойные запахи. Что-то среднее между запахом жженых тостов, жареных грибов и куриного бульона. Забыл сказать, трусов под халатом у меня не было, не ношу я их до душа. Или не надо было это говорить…

На кухне меня ждали…точнее, ждал Добби.

— Алекс, Алекс! – вытянул он перед собой одну из пар рук. – Сначала надо сходить в душ.

«В душ, так в душ» – покорно поплелся я в небольшую нишу в спальне. Благо воды на моем астероиде хватало. Да и электроэнергии, чтобы её согреть, тоже. При астероидоформировании на астероид сбросили несколько ледяных глыб, которые образовали на нём озеро и три реки. А уже после того, как над астероидом зажгли маленькое искусственное солнышко и создали атмосферу, на его поверхность спустили энергоцентр с атомным генератором. По расчётам корпорации, генератора должно хватить на сто лет. Сначала мне, патриарху этого мирка, а потом моим потомкам и всем, кто захочет сюда мигрировать.

Струи теплой воды приятно поглаживали моё тело. Достав с полки кусок грибного мыла, я провел им по голове и подмышкам. «Хватит, пожалуй». Лейкой душа я смыл образовавшуюся густую и насыщенную синюю пену. Затем вытерся махровым полотенцем и закончил водные процедуры. Благо, чистить зубы зубной щёткой и пастой людям не требовалось лет пятьдесят. Достаточно раз в неделю проглотить таблетку с зубными бактериями и зубы блестят как вершина горы Олимп.

Сунув ноги в мохнатые тапки, заботливо подставленные Добби, я снова пошел на кухню. Робот мне на этот раз не мешал. На небольшом столике стояли тосты из лишайника, густой грибной бульон и чашка ароматного «кофе». Кстати, именно оно или он и пахли жженными сухариками.

Быстро отхлебнув кофе с ароматизатором корицы и ванили, я принялся за густой бульон. Минут за пять я по-быстрому выхлебал его через трубочку, закусывая хрустящими тостами. Затем взял в руки чашку с кофе и пошёл к своему любимому креслу. Несмотря на то, что я сам изготовил кресло в мастерской: оно было идеально. Высокая спинка с автоподстройкой под все изгибы позвоночника, два подлокотника с отделениями под кружку и очки и, наконец, две виброподушки под ноги. Сидеть в нём кайф.

Отдых – это то, ради чего я прилетел на этот угрюмый астероид в дальней части пояса Койпера. Правда, на отдых этим утром у меня оставалось ровно сорок минут. И не только этим утром и не только сегодня. Работы на астероиде хватало всегда.

Хлебнув ещё горячего кофе, я достал лежавшие на столике ай-очки и надел их. Миг, и я оказался на поле величайшего танкового сражения Второй Мировой войны. Конечно, после Великой Сахарской битвы две тысячи восьмидесятого года оно не казалось таким уж значительным. Но для «танкиста», коим я был уже лет сто, оно оставалось таким.

И вот я веду свой бронированный и оснащенный стодвадцатимиллиметровой пушкой Т-72 навстречу роте немецких «тигров». Выстрел, и один из «тигров», прежде жёлтый, стал почти красным, ещё выстрел, и красным стал я. «Бац-ба».Сразу два тигра попали мне в башню. А союзники, союзники уехали совсем в другую сторону.

Я медленно пячусь, но ещё два попадания врага вернули меня обратно в кресло. С грустью глотнув еще кофе, я снова погрузился в игру. Но две следующие катки меня не порадовали. С трудом выведя четвёртую катку на ничью, я с отвращением снял и положил очки на подлокотник. Чтоб я еще! Но одумался и снова надел очки, решив посмотреть новости. И неважно, что это были новости двухнедельной давности. Именно столько времени шли новостные каналы до спутника на орбите астероида. И дело тут не в скорости передачи, а в сети ретрансляторов, которые передавали сигнал от одних планет и астероидов к другим планетам и астероидам.

— На Марсе прошёл референдум об автономии. – начала новостной выпуск молодая светловолосая девушка в зелёном платье. – Большинство колхозников (семьдесят пять процентов) выступили за сохранение союза с Землёй. Рядом с девушкой появилось изображение марсианских колонистов на фоне флага Марсианского содружества и небольшая кучка недовольных под красным звездно-полосатым флагом.

— Межзвёздный ковчег «Ной» стартовал по направлению к созвездию Альфа Центавра! – девушка показала на изображение огромной рыбообразной машины, плывущей в космосе. – До цели он должен добраться через сто пятьдесят лет. На борту корабля героический капитан Джон и двое членов команды – штурман Ленар и механик Липчек. Голоэкран показал высокого седого мужчина лет восьмидесяти и двух его спутников: мужчину примерно одного возраста и рыжую девушку в костюме механика.

— Парламент Земли повысил налог на цифровые аватары! Это вызвало недовольство крупных корпораций. Акции «Маск индастриз» и «Цукерберг инк» упали на семь процентов. Также введен запрет на пересадку сознания в клон-тела! Главы крупных корпораций протестуют! – на голоэкране показали несколько солидных пожилых людей в костюмах!

Ладно, пора заканчивать с новостями! – решил я и снял очки. – Всё одно богачи недовольны, но богатеют, а бедные терпят и становятся еще бедней. Вот мне скоро ипотеку за астероид скоро платить, а денег и половины нет. Одно хорошо, войны с Марсом не будет – всё закончилось миром.

Я неохотно встал, снял халат и натянул на себя комбинезон и ботинки.

— Пошли чинить робота, Добби! – крикнул я дворецкому, и тот пошёл за мной, прихватив ящик с инструментами на все случаи жизни.

Я вышел из своей скромной, сложенной из камней, покрытых крышей из мха хибары и осмотрелся. Долина, в которой он жил и работал, тянулась почти на двадцать километров вдоль северного полушария астероида, занимая добрую его четверть. Потому-то именно сюда в свое время и скинули запасы льда и машины по переработки породы в почву. Спустя еще десять лет прилетели корабли-сеятели и забросали астероид капсулами с первичной жизнью: мхами, грибами, лишайниками, простейшими и бактериями.

И когда они распространились, прилетел я и поселился в самом удобном месте долины, рядом с большим серповидным озером. В озере этом спустя год появилась рыба, а затем я занялся посадкой деревьев.

Основную работу делали роботы: Айзек, Роберт, Аркадий, Сергей и Стивен. Последний оказался самым капризным и не только не выполнял норму, но и постоянно ломался.

Самый маленький из пятёрки, Стивен был ростом около пяти метров и кроме двух гусениц имел ковш, корчеватель и несколько манипуляторов. Сейчас он во всей красе стоял во дворе дома. Остальные роботы, тем временем, уже ехали в сторону очередной делянки.

— Так, посмотрим, что у нас! – я открыл дверцу двигательного отсека робота и стал там копаться! – Ну, как всегда, ротор барахлит.

Включил диагностический аппарат, но тот молчал, не найдя проблемы. Ротор двигателя же по-прежнему не двигался, несмотря на заряженный аккумулятор.

— Так, Добби! – приказал я рободворецкому. – Принеси-ка дедушкино спецсредство.

Добби, стоявший рядом с ящиком инструментов в руках, осторожно положил его на грунт и вернулся в дом. Спустя минуты две он вернулся, держа в руках огромную кувалду. Опасливо передав её мне, Добби отошел в сторону.

— Ну, сейчас всё исправим! – крикнул я и со всей мощи ударил по ротору, тот покряхтел, покряхтел и запустился. –А вслед за ним запустились и остальные системы Стивена.

— Готов выполнять поставленные задачи! – вкрадчиво заскрежетал оживший робот и огляделся. – А где мои напарники?

— На поляне уже работают! – рявкнул я, потрясая кувалдой. – Дуй к ним, а то я тебе кувалдой по башке тупой крякну, а не по ротору. Испуганный Стивен быстро рванул догонять напарников. Что весьма забавно, учитывая, что в голове у него были только сенсоры, нейропроцессор роботов по традиции размещали в самом защищенном месте, над двигателем. Но в процессе взаимодействия с человеком, даже самые тупые роботы усваивали человеческие представления и предрассудки.

— Я же говорил, дедушкино средство всегда поможет! – засмеялся довольный я, возвращая кувалду Добби. – Мы, Холодовы, знаем, как правильно работать с техникой.

Тем временем, пятеро роботов вовсю рыхлили свежесформированный слой почвы, готовя её к посадке деревьев. На радость корпорации, которая за каждое посаженное дерево прощало Алексу десять копеек долга.

2

— Оля, – обратился я к сорокалетней светловолосой девушке на голоэкране – даже не верится, что через месяц ты прилетишь ко мне?

— И мне Алекс! – ответила та, кокетливо поправив локоны – Не могу дождаться, когда я, наконец, свалю с Весты. Родаки меня уже достали. Сделаю всё, чтобы свинтить от них. Ой, извини, Алекс! – поправилась Оля – конечно, же я хочу попасть к тебе, а избавление от родителей, это так, попутный бонус.

— Ничего Оля, всё нормально!– успокоил я девушку – Мы с тобой давно уже обсудили наши с тобой мотивы. Уверен, что, когда ты прилетишь, у нас с тобой всё будет хорошо! Тем более, сексуальную сторону отношений мы уже протестировали. Хоть и удалённо.

— Конечно, Милый! – прикусив очаровательную губку, ответила мне Оля – мы тогда с тобой оторвались по полной. И ты ого-го какой!

Меня бросило в жар. Воспоминания о двух часах виртуального секса с Олей кого хочешь, заставит заволноваться. Она такое там вытворяла. Хоть и происходило всё в замедленном режиме. Из-за задержки скорость связи. Но опыт Оли наводило на мысли, что на Весте она вела отнюдь не монашескую жизнь. Впрочем, усиленное знакомство с секс-тренажёрами тоже не исключаю. Или наличие андроида-партнёра.

Сам я к сексу с андроидами отношусь отрицательно, хотя по молодости много чего попробовал. Наш кампус в Перми славился своей отвязностью. Но как постоянный вариант андроидов не рассматривал, хотя они практически ничем не отличаются от людей. Даже температура псевдотела та же. Что-то меня не туда повернуло! – подумал я – Надо заканчивать сеанс.

И тут, как раз, вовремя пришло сообщение со спутника о выходе из зоны приема с Весты.

— Ладно, милая пока! – обратился я к девушке и терпеливо стал ждать прощального «пока» – Я сейчас пропаду со связи.

— Пока Милый! – грустно ответила Оля и с огоньком посмотрела в камеру– Скоро увидимся!

Выключив, голоэкран, я сел в заботливо выставленное Добби на террасе кресло и посмотрел вниз на открывавшийся вид на долину, мою долину. Огромное по меркам марсианских городов и колхозов пространство, залитое только начавшейся расцветать зеленью: травой, кустарниками, модифицированными соснами и серебряный серп озера в самом низу долины.

Вода там была холодная и приятная. И это неудивительно, я сам отбирал состав минералов для обогащения астероидной воды. Ну, и чтобы рыба и моллюски размножались, пополняя мой стол натуральными продуктами. Кстати, о рыбе. У меня сегодня выходной и значит можно сходить на рыбалку.

— Добби! – крикнул я дворецкому – готовь снасти, идём на рыбалку.

— Слушаюсь хозяин! – ответил мне единственный способный к осмысленной речи и рассуждению собеседник на планете. Рабочие роботы не в счёт, даже самые умные из них, способны лишь выполнять команды.

Спустя три минуты явился Добби, с двумя удочками, пластиковым ведром для рыбы и пластиковой же банкой для червей. В одной из рук он держал еще и ветровку с капюшоном. Погода была ветреной, а запускать погодный зонт смысла не имело.

Спасибо Добби! – поблагодарил я робота, одевая куртку. Он же за это время убрал кресло, не забыв захватить с собой еще и раскладной стул.

По дороге мы зашли в теплицу с огурцами, луком, редиской и помидорами. Но не за закуской, выпивал я здесь очень редко. И то слабенький водорослевый сидр. В теплицу мы припёрлись за червями, которые в насыщенной удобрениями почве теплицы плодились как нигде на астероиде.

Тут! – указал я Добби ногой на участок грядки. Тот вытянул из одной из своих рук лопатку и принялся копать, одновременно выхватывая двумя другими и убирая в ведёрко жирных червей. Ведёрко держала уже четвертая рука. Вот такой он у меня был многорукий Бриарей. Точнее, Добби.

— Хватит! – сказал я Добби, заметив что банка с червями уже полна.– Давай мне удочку и червей, остальное понесешь сам. Добби покорно выполнил приказ, не включив своё фирменное ворчание.

По дороге к озеру я внимательно осмотрел кустарник с модифицированной жимолостью. Сорвав пару ягод, тут же проглотил их. Витамины. Когда экосфера планеты полностью сформируется: именно жимолость и кедровые орехи станут одним из главных предметов экспорта. Ну, ещё, конечно, свежие овощи и картошка.

Шахтерам на огромном пространстве пояса Койпера нужна натуральная пища и они готовы за это платить хорошие кредиты. Поэтому-то «Корпорация пояса Койпера» и запустила проект по созданию сельскохозяйственных астероидов. Таких как Рогозин, ставший для меня новым домом. Не забыв, при этом, предварительно избавить астероид от всего ценного.

Вот и берег озера. Моё любимое место, как раз, на середине внутренней стороны серпа. Несколько кустов, высокая трава и небольшой пляжик. Там я иногда купаюсь, под бдительным присмотром Добби. Но я направился не на пляж, а на расположенный рядом короткий галечный мысок. Идеальное место для рыбалки.

Я посмотрел на раскинувшуюся передо мной серебряную гладь озера и сел на предупредительно поставленный Добби стульчик. Самому Добби он был не нужен, он спокойно рыбачил, стоя на своих четырёх лапах. Лёгкий ветерок неспешно разгонял тучи на небе и заодно немного тревожил волнами озеро. Озеро спокойно реагировало на ветер, синхронно с ним выбрасывая на берег небольшие белые барашки.

Закинув с захлёстом самопальную удочку с насаженным на неё жирнющим червяком, я посмотрел на сделавшего тоже самое Добби. Откуда у давно устаревшего рободворецкого страсть к рыбалке я не понимал. Но однажды последовав моему приказу, Добби стал заядлым фанатом рыболовства. Порой он даже тактично напоминал мне о «дефиците» рыбы в холодильнике, если я вдруг на время забывал о рыбалке.

Поплавок внезапно дёрнулся. Я встал подсек добычу и резким рывком вытащил на берег серебристую форель.

— Вот и ужин пришёл! – самодовольно похвастался я Добби и тут мой взгляд упал на ведерке, в котором плескались уже две такие же форелины – И когда ты только успел.

Насадив на крючок червяка, я снова закинул удочку в воду. Мысли, тем временем, ушли от наивных попыток соревноваться с Добби и вернулись к Оле.

Невысокого роста светловолосая девушка из белорусской колонии на Весте. Я заметил её, когда в очередной раз просматривал женские анкеты на Ярмарке невест. В свои семьдесят лет Алекс был неженат, что для пояса Койпера было нормальным. При ста пятидесяти то лет жизни в среднем по Солнечной системе.

Так сложилось, что большинство шахтёров, фермеров и исследователей в Среднем Космосе были мужчинами, что порождало известные проблемы. Кто-то использовал секс-стимуляторов, девушек-андроидов или же, как Алекс, пытался найти невесту в одной из колоний. И мне в отличии от многих повезло.

Ярмарка была основным и главное легальным способом найти себе вторую половину на поясе Койпера, Большом астероидном поясе, а также на всех юпитерианских и трансплутоновых лунах. Раньше ещё была возможность заказать себе жену-клона и подождать, пока она вырастет. Но законом № 1234-ЗС от 03.04.20125 практика заказного клонирования была запрещена для всех, кроме Министерства обороны и Службы Дальнего Космоса. Поэтому только Ярмарка невест.

На словах всё выглядело просто. Ловишь спутник, заходишь на Ярмарку, оплачиваешь доступ и ищешь подходящую тебе красотку. Или не красотку. Потому что неумолимая математика ограничивала в выборе партнеров. И красивых хватало не на всех и не красивых тоже. Алексу повезло вдвойне, ему попалась красивая.

Особых иллюзий Алекс не питал. Он понимал, что девушка воспользовалась возможностью свалить от надоевших ей родителей и вечной картофельной зрады на Весте. И Ольга ухватилась за предложение Алекса, купившего ей билет на транспортнике до Рагозина и подписавшего предварительный брачный контракт.

Астероид Алекса тоже был фермерским миром, но одно дело работать на покрывавших почти всю Весту теплицах или выуживать металл из мелких астероидов рядом с этой малой планетой. Другое, быть женой отца-основателя нового, пускай и маленького мира. Да, и фамилия Алекса тоже привлекла девушку. Тут Алекс тоже не строил иллюзий. Холодовы были известным не только на Марсе, но и всей Солнечной системе семейством. Да и Алекс лет десять назад…Хотя про это она знать не должна.

— Хозяин! – вывел Алекса из размышлений Добби – Вы упустили свой клёв.

— А-что-а? – Алекс посмотрел на заполненное Добби ведёрко с рыбой и скомандовал – Сматываем удочки Добби, на ужин нам точно хватит. И на пять ужинов.

Вмиг загрустивший Добби, принялся исполнять приказ. Тем временем, искусственное солнце Рагозина уже вовсю клонилось к закату.

3

На следующее утро я, взяв с собой Сергея и Аркадия отправился к самой нетронутой части астероида, большой металлизированной скале недалеко от южного полюса. По данным корпорации там находились большие запасы железных руд. И потому её и не вычистили перед астероидоформированием, как поступили с другими полезными ископаемыми планеты. Железа в космосе и так будет полно, а будущим жителям Рогозина понадобится сталь при строительстве.

Мне сталь тоже оказалась нужна. Запасы корпорации уже закончились, а я задумал строительство новой площадки для космолётов. Мало того, что Оля прилетит, так еще раз в полгода к астероиду добирались космические торговцы. И не чаще раза в три года корабли Исследовательского флота. Так что космодром был нужен. Так я считал и с мной согласился региональный управляющий корпорации на Персефоне.

Добби я оставил приглядывать за хозяйством. Точнее, за оставшимися роботами, спутником, мини-домной, теплицей и печатной фермой. К тому же каждый раз после рыбалки он становился просто несносным. Так что и для меня, и для него хорошо побыть врозь.

К скале мы полетели на авиаплатформе, на неё же предполагалось и загрузить руду. Приастероидившись в трёх километрах от скалы, мы спустились на поверхность и двинулись дальше на своих двоих. Точнее, на своих двоих двигались роботы, я же уютно устроился на плече Сергея. За двумя роботами сзади двигался на своих шестерых ногах еще и горнопроходческий аппарат ГПА-741к, доставшийся в наследство от корпорации. Тоже робот, но с минимумом самостоятельности. Сказали ему «идти вперёд», поплетется вперёд, сказали «назад» и в пропасть шагнёт.

Наконец, мы достигли искомой скалы. Просканировав её на предмет залежей и пустот, я приказал ГПА начать работу на показавшемся мне перспективным участке. Между ним, и еще одним участком была, как раз, одна из пустот. И я рассчитывал использовать её для экономии времени.

Пока ГПА неторопливо тарахтел, я верхом на Аркадии сходил на разведку окрестностей. В отчёте корпорации были отмечены радиоактивные следы на девять часов от скалы. И мне стало любопытно откуда она: то ли природная радиоактивность, то ли шахтёры тут что-то взорвали. Защитный костюм и шлем я, кстати, одеть не забыл. Не такой я дурак.

Выйдя на указанную точку, следы радиоактивности обнаружил. Но это явно оказалась ни природная активность, ни последствия работы атомного бура шахтёров. Так мне показал анализатор. Вспоминаю университетский курс атомной физики…на что это похоже…ну, пожалуй, на остаточную активность от взрыва ядерного двигателя. Они не часто, но взрываются. На таких двигателях сейчас практически все и летают. Только вот…минуточку – я всмотрелся в строчки кода анализатора – хм…похоже космолёт взорвался семь тысяч лет назад…бред какой-то.

— Алекс! Алекс! Я Сергей! – вызвал меня оставленный у скалы робот – ГПА дошёл до полости. Что делать дальше?

— Стоп, все работы! – скомандовал я, взбираясь на Аркадия – Жди меня!

Через час Аркадий вернулся в пещеру. Спрыгнув с ГТА я двинулся по проложенному ГТА пути. Роботов я оставил у входа, в пробитое ГПА отверстие они бы не влезли. И тут я немного пожалел, что не взял с собой Добби. Он бы свободно прошёл в отверстие. Но представив ворчание Добби, жалеть перестал.

Серые своды с прожилками породы нависали надо мной. Я медленно шёл, освещая путь атомным фонариком. Фонарик мне в свое время подарил на День Рождения дед – легендарный марсианский инженер Сергей Холодов. Наконец, я дошёл до места, где застыл в ожидании команд ГТА. Всем своим видом он чем-то напоминал дворового пса, ждущего от хозяина ласки или, наоборот, битья. Правды, мы на Марсе собак не били, а, наоборот, берегли. Слишком уж мало их было, как и детей, которые пёселей очень любили.

— Ну, что песик? – поприветствовал я его – Ждешь пока тебя накормят и сводят погулять?

ГТА молчал. Команды я не озвучил – смысла реагировать нет. Да и говорить он не умел.

Пройдя сквозь пробитую ГТА дыру в скале, я зашёл в тёмную пустоту. Посветив фонарем во все стороны, я оглядел её. Размером она оказалась с рубку космического лайнера, на котором мне как-то довелось лететь по маршруту Земля -Марс – Европа. Да и внешним видом она напоминала эту самую рубку. Хотя и отдаленно, все-таки, это пещера, а не космический корабль. Но у природы фантазия работает не хуже человеческой.

Пройдя сквозь большой каменный зал, я оказался на своеобразном капитанском помосте, там даже стоял аналог каменного кресла. На секунду мне захотелось на него присесть, запустив молчавший семь тысяч лет двигатель. Но я быстро отвел наваждение. И только собрался возвращаться назад, как обратил внимание на одну из стен. На ней виднелись какие-то красноватые узоры. Может окись железа – подумал я и посветил сильнее, вглядываясь. Но нет…Больше всего эти узоры напоминали древнюю фреску. Примерно такими я любовался в Лувре и Эрмитаже, когда студентом посещал Землю.

Я подошел к стене и присмотрелся ещё внимательнее. Переплетение красных, черных и зеленых линий на моих глазах начало трансформироваться в фигуру. Сначала как мне показалось мужчины. Но еще раз приглядевшись, я понял, что это женщина или, скорее, девушка. Высокая, спортивная, одетая в длинный хитон, на её руках висело множество браслетов, а прекрасную голову с зелёными глазами венчало некое подобие короны. Рядом с грациозно идущей девушкой осторожно кралась большая чёрная кошка с такими же точно зелёными глазами и хищным выражением нп морде.

Я еще раз посмотрел на датчики. Они показывали, что этой пещере и фреске тоже более семи тысяч лет. Но это просто невозможно – подумалось мне – Невозможно. Человек вышел в космос в тысяча девятьсот шестидесятом, а до пояса Коплера мы добрались в начале двадцать второго века. Добрались не в смысле пролетели мимо, а реально начали осваивать его планетоиды и астероиды. Следов каких-то инопланетян ни на одной планете Солнечной системы найдено не было. Ученые, вообще, сомневаются – возможна ли вообще, разумная жизнь кроме человечества.

Словно в ответ своим скептическим мыслям я услышал мысленное хихиканье. Я как следуют выдохнул. Хихиканье в голосе не прекратилось. Тогда решил выйти, подышать свежим воздухом. Благо атмосфера на Рогозине после астероидоформирования была даже лучше, чем на Земле и Марсе. Плюс, началась сказываться высадка хвойных пород деревьев на астероиде. По плану корпорации они должны занять 40% его территории. Еще 30% горы и 30% сельскохозяйственные угодья и поселения людей. На выходе я снова услышал в голове хихиканье, а за ним протяжное мяу. Это резко ускорило моё передвижение, и через минуту я оказался на поверхности.

Успокоившись, я присел на небольшой камень рядом с пещерой и задумался, что сделать. Дальнейшие работы смысла не имели. «Фреска» явно имела инопланетное происхождение, земной она быть просто не могла быть, «творением природы» тоже, слишком уж она была реалистичной. Значит нужно останавливать работы и посылать сигнал на ближайшую базу Исследовательского флота на Персефоне. Там есть оборудование, люди, корабли. Не чета мне и моим шести роботам.

— Сергей, Аркадий! – приказал я «дремавшим» роботам – Забирайте ГТА и запускайте платформу. Мы возвращаемся назад. При этих, словах новая порция хохота и мяуканья ударила мне в голову. Я стартанул и отбежал подальше от пещеры. Вроде никогда таким впечатлительным не был.

По сигналу Аркадия ГТА завёлся и стал медленно пятиться в сторону выхода из пещеры. У выхода оба робота подхватили ГТА за специальные петли из гиперстали и погрузили на авиаплатформу. Я быстро запрыгнул на плечо присевшего на колено Сергея и перебрался к нему на плечо.

Обратный путь прошёл без происшествий, разве что меня все время не покидало ощущение, что за нами наблюдают. То из-за скал, то из-за деревьев, то откуда-то с высоты.

Наконец, спустя два часа мы вернулись в долину. Уже переживший свое расставание с рыбалкой Добби встретил меня горячей ванной, сложенной прямо из камней, ужином из вареного картофеля с синтетической говядиной и кружечкой грибного эля.

Сыграв под вечер пару каточек в «Космотанки», я лёг на кровать и быстро уснул. Лучше бы не засыпал.

Мне приснилась вся таже пещера при свете атомного фонаря. Высокая девушка с кошкой вылезающие прямо из стены. Как будто часть фрески набухла и превратилась сначала в барельеф, а потом в две живые статуи. Выйдя из стены, девушка посмотрела в мою сторону и коварно улыбнулась, кошка же алчуще замяукала, как будто я был мышкой, которую она только что поймала в лапы. И теперь думает съесть меня после небольшой порции издевательств или же помучить побольше и отпустить.

Поглядев сначала на меня, а потом друг на друга девушка и кошка вдруг стали соединяться между собой частями тела. Выглядело это кошмарно. Спустя минуту передо мной стояла женщина-кошка. Визуально она выглядела как человек, если бы не маленькие ушки на голове, хвост и огромные кошачьи глаза, плотоядно рассматривавшие меня.

Я побежал вон из пещеры, всё ускорясь и ускорясь. Вслед мне неслась дикая смесь смеха и мяуканья. Наконец, я оказался на свежем воздухе, и тут сон закончился и я погрузился в тревожную дремоту.

4

Проснулся я от того, что кто-то настойчиво лизал мне лицо шершавым языком. Испуганно открыв заспанные глаза, я увидел огромную чёрную кошку как две капли воды похожую на вчерашнюю с фрески. На автомате попробовал скинуть кошку правой рукой, но не тут-то было, кошка осталась лежать на кушетке рядом со мной, мигая желтыми глазами и мурлыкая. Еще две попытки скинуть животное успеха не принесли.

— Кто ты такая чёрт побери?– изумлённо спросил я зверя – И как сюда попала? Или мне опять снится?

Оглянувшись вокруг, я заметил стоящего невдалеке Добби с халатом, лучи микросолнца, проникшие сквозь ставни и запах грибного супа с кухни. Ущипнув для верности себя за руку, я стал вставать. Кошка спокойно соскочила с кровати и улеглась на пол рядом с кухней. У её морды волшебным образом оказалась моя миска с остатками ужина.

— Добби, предатель! – начал было я ворчать, но вспомнил что во всех рободворецких была установлена программа заботы о домашних питомцах – Ладно не предатель.

Покорно поплёлся в душ, сунул свое тело под струи теплой воды, параллельно обдумывая ситуацию. Откуда могла появится это животное на моем астероиде? Последний корабль здесь приземлялся полгода назад и вряд ли там были кошки. От команды астероидоформирования тоже не могла остаться. Кто-то специально забросил, чтобы свести меня с ума? Галлюцинация? На последней версии я и остановился, решив, что это последствия посещения пещеры с инопланетными фресками. Может там грибы какие-то инопланетные остались или газ?

Вернувшись на кухню, уселся за стол и принялся поедать приготовленные Добби грибные оладьи с вареньем из мхов. Мне привыкшему к не сильно разнообразному меню еда казалась вполне годной. Если бы на моем месте был землянин, он бы, конечно, взвыл. Помню, как я был удивлен шведскому завтраку в гостинице на Земле. Пять видов салатов, три вида гарнира, фрукты, колбасы, сыры, настоящий кофе. Кайф!

— Мяу! – просяще замяукала черная кошка под моими ногами – Мяу-мяв!

— А тебе чего надо? – моя рука непроизвольна взяла оладью и кинула кошке – ты же хищник, мясо и рыбу должна любить, а не грибные оладьи.

Но инопланетянская кошка начала с урчанием уплетать оладьи, словно не замечая мои слова. Добби, тем временем, положил мне на тарелку еще оладий, хотя обычно щедростью он не отличался. Программу экономии продуктов я закладывал в него сам. Иначе здесь не выживешь.

После завтрака я отправился в мастерскую – ремонтировать один из роботракторов, сломавшийся при очистке участка поверхности. Роботрактор стоял на домкратах над ямой с уже снятыми гусеницами, эту работу я поручил Аркадию, лучше всех роботов, разбиравшегося в технике. И дело тут не в программах, они у всех были одинаковые. Я давно заметил, у каждого робота, несмотря на стандартизацию, есть свои особенности. Аркадий – технарь, Сергей-исследователь, Айзек -копатель, а из Роберта получился хороший сажатель лесов.

Пока Аркадий ремонтировал траки, я залез в святая-святых – двигательный отсек. Формально обычный электрический мотор, конструкция которого не менялась уже триста лет. Но, при том, что все детали вроде неповрежденные, все провода на месте – не работает и все тут. Тестировщик тоже не помогает. И на этот раз не поможет и святая кувалда, в этом я уверен. Задумываюсь, что делать.

И тут под ногами замяукало. Смотрю, а это вся таже черная кошка. Привстала на задние лапы и тычет острой усатой мордой в одну малозаметную деталь.

— Куда лезешь, пантера недоделанная! – ругаюсь я на кошку и случайно взглянул на деталь. Вот оно. Малозаметная трещина, которую не заметил ни я, ни тестировщик. И изумленно хвалю её – А молодец, чудо кошачье.

Быстро меняю испорченную деталь, благо запасных деталей на 3d-ферме я напечатал много. Кошка, тем временем, довольно трётся о мою ногу.

После работы в мастерской идем с кошкой на обед. Добби приготовил нам обычный грибной суп и жареную синтетическую рыбу с рисом. Почему нам понятно,- полная миска с рыбой дожидалась кошака на полу. И лишь удовлетворив кошачье чревоугодие, Добби наложил еды мне.

После обеда я отправился на станцию спутниковой связи. Спутник не был ориентирован на Персефону, а значит придется возиться с установкой прямой связи, штукой капризной и нестабильной.

Сев на Аркадия я быстро полез на одну из скал, стоявших над долиной. Там располагалась небольшая башенка со связью. За нами увязалась и кошка, которую Аркадий поднял на правое плечо. Как? У него-то программы заботы о питомцах не было.

Зайдя в башню, я поднялся на самый верхний третий этаж. Естественно, в сопровождении кошачьего. Нажимаю красный рычаг и запускаю дальсвязь, вставляю в паз носитель информации с сообщением. Там фото и видео с пещеры, данные с анализаторов, фото и видео кошачьего и мои устные комментарии. Ввожу координаты Персефоны. Жму на зеленый рычаг.

Сообщение уходит. Вроде бы. Никто не знает, наверняка, дойдет ли сообщение, переведенное в набор гравитационных импульсов до плутоида, служившего базой Исследовательского флота в поясе Койпера. Жду обратный сигнал. Но лампочка на установке горит желтым. Не дошло. Жму еще раз. Снова жёлтая лампочка. Жму третий и последний. Теперь никакой дальсвязи целый месяц. Пока не исправится гравитационный фон вокруг астероида. Снова жёлтый.

Кошка же насмешливо мяукает. Кажется она даже довольна произошедшим. Я громко и протяжно ругаюсь. Теперь проще дождаться корабля торговцев и передать сообщение с ними. А пока, пока пошёл-ка я домой. Послушный Аркадий посадил сначала кошку, потом меня на свои широченные плечи, и мы зашагали обратно. По дороге проинспектировал остальных роботов, засаживавших елками очередной гектар подготовленной ранее почвы.

— Вот кто так сажает, кто так сажает! – распекал я Айзека с Робертом – только такие железные бестолочи как вы. Ни на что не годны Устав от собственного ора, я заставил Аркадия отвезти меня к любимому водопаду.

По дороге я осматривал уже высаженные деревья. Сотни гектаров сосен и елей мелькали передо мной. Отдельно стоял лес из сибирских кедров. На кедровое масло у меня особые надежды.

Наконец, показался белый водопад, бросающий в воду в небольшое такое же белое озерцо. Издалека он напоминал мне виденный на Земле водопад на Урале, где я отдыхал студентом Пермского федерального университета. В университет я попал после окончания колледжа в Гагарине. Сначала меня отправили в Луноград на курсы терроадаптации, а после них я попал на родину человечества.

Водопад организовал я сам, обнаружив, что если отвезти русло одно из речек в сторону, то её воды начнут падать со скалы. Образовавшееся озерцо я использовал для купания и отдыха. Добби сколотил там для меня шашлычную, кресло и повесил к большому дереву гамак.

Остановив Аркадия, я слез вместе с кошкой на землю и пошёл к креслу. Хотелось побыть в одиночестве, насколько это возможно в присутствии кошки. И дело даже не в неудачной дальсвязи, просто, вдруг, накатила грусть.

Сев в кресло, и устроив ноги на специальном валике из мягкого мха я погрузился в воспоминания.

Детство в марсианском колхозе. Воспитание в непростой семье Холодовых. Учеба сначала в колхозной школе, потом в колледже. Переезд на Землю, получение заветного инженерного диплома. Повторная адаптация к марсианской жизни. Годичная Служба в Космическом патруле. Двадцать лет работы на Марсе и поясе астероидов. Должность директора астероидной шахты, потом заместителя директора «Марсианской рудной компании». Директором, кстати, в ней был его дядя Сергей Холодов. И чёткое понимание, что всё. Больше я этой коллективной марсианской жизни не хочу. Да система взаимовыручки тотального контроля – это хорошо. Но не всё же время. И я принял решение улететь с Марса. Сначала думал на Землю.

Но Марс в последние годы очень сильно влиял на Землю-матушку. И марсианская идеология и бытовые привычки стали вдруг модными и там. Чего стоит только возрождение колхозов в Сибири и их появление в Северной Африке. И преподавание принципов «Экологии жизни» в земных школах. Ты должен жить коллективом, коллектив – это основа выживания человечества. Интересы коллектива выше интересов отдельной личности. От всего этого я и так хотел сбежать. Но, прежде всего, от своей семьи. С её принципами и целями.

И тут подвернулось объявление «Корпорации пояса Койпера» и ипотека на астероид. Благо деньги на первый взнос у меня были. Пришлось, правда, тайно от семьи продать свою долю акций «Марсианской горнорудной». Но лежа сейчас в кресле у водопада я ни о чем не жалел. Наверное!

— Мяу! – сидевшая у моих ног черная кошачья морда жалостливо смотрела на меня и успокаивающе мяукала – Миу! Мя-я!

— У-у-у! Морда тигриная!

5

Корабль торговцев появился на дальней орбите Рогозина спустя месяц. Размером с земной небоскреб корабль тащил кучу разных товаров шахтерам и фермерам пояса Койпера прямо с Европы, где располагался главный логистический хаб Среднего Космоса.

— Холод, Холод! Я – Смирный! – вызвал меня капитан корабля еще на подлете.

— Смирный, Смирный! Холод на связи!– ответил я и тут же спросил – Как посылка?

— Посылка в рубке! – засмеялся капитан – И кому-то сегодня прилетит за Посылку!

— Алекс! Это Ольга! – раздался знакомый голос – Не слушай его, я с нетерпением жду встречи с тобой!

— Здравствуй, Милая! Скоро увидимся! – ответил я и передал капитану координаты посадки для челнока с Олей и моими заказами.

Вчера я закончил строительство нового дома, нашего с Олей Дома. Два этажа, шесть комнат, ванная, терраса. Всё как положено. На корабле торговцев летела мебель для этого дома и два домашних робота: кухонный и уборщик. На этом настояла Ольга, которая хотела по минимуму сократить домашнюю работу, которая и так ей надоела на Весте. Правда, Добби был недоволен планами хозяина, но времена домашней диктатуры Добби заканчивались. Скоро на Рогозине будет новая хозяйка.

Наконец, челнок отстыковался от корабля торговцев и приготовился к спуску на астероид.

Я же с двумя роботами и робоплатформой отправился на большую равнину между долиной и северными горами, которая служила Рогозину космодромом, ну, или, точнее, местом сброса челноков. Кораблей на Рогозин никто не сажал, несмотря на его слабую гравитацию. Перед встречей с Олей я переоделся в новый комбинезон и ботинки. Даже роботов немного подкрасил, парадного вида ради. Со мной, как всегда, увязалась кошка.

Наконец, челнок появился в небе и начал садиться, запустив посадочные двигатели, на заранее очищенную площадку. Размером челнок был примерно с мою кухню и вмещал в себя собственно Олю и килограммов сорок ее вещей. Все что накопила она за свои сорок лет и что ей дали с собой родители. Двадцать килограммов одежды, два килограмма косметики, килограмм электроники, три килограмма посуды и так по мелочи. Всё это я знал из грузовой декларации, заранее высланной торговцами.

Гул челнока все нарастал и, наконец, метрах в тридцати от поверхности он замедлился и, достав всполохами пламени до грунта, стал садиться. Три-два-один челнок сел на землю, двигатели стали постепенно глохнуть и, наконец, спустя минуту затихли. Еще минут пять челнок остывал и, наконец, верхний люк открылся и оттуда появилась тоненькая фигурка в защитном скафандре.

Я вскочил на Аркадия и рванул навстречу Оле. Подскочив к челноку, я приказал Аркадию забрать девушку с крыши челнока, что он и сделал. Десять секунд и Аркадий вышел из санитарной зоны со мной и Олей на обеих плечах.

— Привет, Оля! – сказал я, смотря ей в серые глаза – Наконец-то приехала. Очень рад!

— И я очень рада, Алекс! – ответила Оля своим слегка бархатным голосом. Таким же как на видео. – Теперь у нас всё будет хорошо.

Затем Аркадий вернулся и вытащил из челнока кейс с багажом моей будущей жены. Всё это время смотрел на Олю, держа её за тонкие руки и лишь мелком заметил черную тень, залезшую в люк, когда робот доставал оттуда кейс. Приглядевшись, ничего не обнаружил. Показалось! – подумал я и мне стало не до тени.

Погрузив, кейс на платформу, я забрался туда с Олей, и мы, также держась за руки, поехали домой. Вокруг мелькали горы, леса и реки нашего общего с ней дома. Всю дорогу, мы разговаривали, взявшись за руку. И только потом, я задним числом вспомнил, что черной кошки с нами не было. Ни на платформе, ни на плечах роботов, ни рядом. Тогда же меня это совсем не волновало.

***

Вечером вместе с Олей мы сидели на террасе нашего нового дома, обнявшись. К тому времени корабль вольных торговцев уже покинул орбиту Рогозина, сбросив на прощание несколько контейнеров с заказанными мной товарами.

Но это меня уже мало волновало. Я смотрел на сидевшую со мной невысокую светловолосую девушку с серыми глазами.Одетая в тонкое белое платье и белые кроссовки, она наслаждалась открывавшимся с террасы видом на долину.

— Как же Рогозин похож на Землю. – восторгалась она – ну, на те картинки с Земли, что я видали.

— Да, это наша с тобой маленькая Земля! – ответил я, целуя девушку, та охотно ответила на поцелуй. – Ты её принцесса!

— Ну, если я принцесса! – довольно засмеялась она – то ты принц этой планеты. Мой маленький принц!

— Это я-то маленький? – улыбнулся я. – Но ты права. В школе меня называли «Маленьким», несмотря на мои метр девяносто. Для родившихся на Марсе с его низкой гравитацией, это не показатель.

— Я не на это намекала… – начала она объяснять.

— А на одноименную книгу Антуана де Сент-Экзюпери и многочисленные фильмы по нему! Я это сразу понял…

— Ты понимаешь меня с полуслова!

Ольга Разумова оказалась ровно такой, какой я её представлял и какой видел на сеансах голосвязи. И такой, какой он показала себе на сеансе виртуального секса. Это я тоже ночью успел проверить.

Мне было хорошо, очень хорошо, но одно воспоминание тревожило меня и мешало мне отдаться моменту. Про него я почему-то забыл и вспомнил только сейчас, перебирая вещи в своем старом доме. Завтра его должны были разобрать, а камень пустить на новую мастерскую, которую я решил пристроить к новому дому.

Та ночь после неудачной попытки отправить сообщение на Персефону. Я лежал в кровати и размышлял о происходящем. Что за раса оставила следы в пещере, откуда взялась кошка, кто она такая? И тут под моими ногами раздалось призывное мяукание

— Иди сюда, Кыс! – на автомате сказал я и тут в мою кровать прыгнуло по кошачьи гибкое женское тело с черными волосами и большими глазами с узкими зрачками. Женщина-кошка с вызовом посмотрела на меня. Не в силах сопротивляться, я взял её за руки…

Ночь пролетела как юпитерианская молния, вылетевшая из облаков и упавшая где-то в области большого красного пятна…Утром же я всё забыл. И про посещение пещеры, и про фреску, и про неудачный сеанс связи. Мне казалось, что кошка жила со мной с самого поселения. Как Добби, Аркадий, Сергей и другие.

***

Прошло несколько месяцев. Я живу счастливо с Олей, у нас скоро будет ребёнок. Кошка же так и не появилась. Кто она такая, откуда пришла и что несёт её появление человечеству? И как её остановить, если придется. Об этом я думал тихими спокойными вечерами, когда они у меня были.