@ndron-©

NL2307

NL2307
Работа №149
  • Опубликовано на Дзен

Атмосферный слой небольшой планеты прорезало десять спасательных капсул, раскрылись парашюты — приземление на поверхность, покрытую рассыпчатой породой, вышло мягким. Только мелкие бежевые частицы взметнулись, создавая танцующую завесу. Красные лампочки на капсулах замигали.

Пик.

Пик.

Пик.

Пыль осела, покрыв тонким слоем капсулы. Красные лампочки будто выдохнули и ускорились.

Пик-пик.

Пик-пик.

Пик-пик.

Парашюты сложились в подобие рюкзака, модуль управления капсул затянул их в специальные отсеки. Лампочки красные снова увеличили темп.

Пик-пик-пик.

Пик-пик-пик.

Пик-пик-пик.

Капсулы словно ожили, от них пошли волны — модуль управления исследовал атмосферу на пригодность для жизни своих пассажиров. Лампочки сменили цвет с красного на зеленый, а скорость мигания продолжила нарастать.

Пик-пик-пик-пик.

Пик-пик-пик-пик-пик.

Пик-пик-пик-пик-пик-пик.

Пока не раздался щелчок — защитные замки у капсул открылись, внутри раздалось шипение. Пассажиров выводили из криосна.

Вера открыла глаза. Поморгала. Сознание медленно вернулось. Она осмотрелась — догадка ей не понравилась.

— Мать зеленая, мы не на корабле. Что-то случилось. Кать, доложи обстановку, — обратилась она к личному помощнику, встроенному в капсулу.

— Метеориты. Повреждения слишком сильные. Большая мать приняла решение об эвакуации.

— Куда?

— Планета NL2307 по радиусу…

— Хватит, не надо мне все 100500 ее данных. Давай к сути.

— Пригодна для жизни. Воздух без угрожающих примесей, температура по ощущениям 35 градусов по Цельсию. Ветер.

— К звездам детали. Давай к выводу — без скафандров?

Помощник будто завис — в ответ тишина.

— Кать?

— Простите, еще раз все перепроверила, показатели в пределах нормы. Без скафандров капсулу покинуть можно.

— Точно?

— Состав воздуха…

— Да шучу я. Не грузи. Лучше с членами экипажа свяжи.

Пока Катя синхронизировалась с другими помощниками, Вера закрыла глаза и прислушалась к организму — ток крови постепенно разгонялся, чувствительность к конечностям возвращалась. Пальцы сгибались, ноги, руки шевелились. Желудок проявлял первые признаки голода.

Только бы Большая мать не забыла сбросить провизию. У нее же все по протоколу. Не могла забыть. Не могла отправить подопечных на гибель, спасая от другой катастрофы. Было бы странно. Но все же она не человек… Ей есть не нужно. Что, если…

— Раз-раз. Прием, — раздался первый хриплый голос.

— Димыч?

Помехи не пропустили ответ — связь пока не стабильная.

Вера прищурилась, вспоминая чернобрового смуглого красавца — свою правую руку. Их в шутку члены команды звали мамой и папой, а за спиной делали ставки, когда же они, наконец, станут парой. И ведь не сомневались, станут ли, спорили только о том, как скоро и кто первый сдастся. Не понимали, что Вере не до отношений, на ней корабль, команда, миссия — вернуть всех после долгой экспедиции домой. А Димыч… Он просто надежный, с ним прикрыта спина, на него во всем можно положиться — не удивительно, что именно он первым отозвался.

— Раз-раз. Попытка два. Вера?

— Да, Дим.

— Ты как?

— Дышу, не сплю.

— Все шутишь? Значит, в порядке.

Вера улыбнулась, в эфир подключались остальные, слышалось их дыхание. Димыч подул, привлекая внимание:

— Так, перекличка. Игорь?

— Я.

— Пашка.

— Тут.

— Вася?

Тишина.

— Вася?

В эфире раздались смешки.

— Дай ты ему поспать, он же всегда самый последний встает.

— Игорь?

— Был.

— Твою мать, — Дима закашлялся.

— Дим, достучись до Васи, — перехватила инициативу Вера. — Я закончу.

***

Спустя час десять человек суетились возле спасательных капсул. Символично, что именно капсулы Веры и Димы приземлились рядом, остальные разбросало, но не критично, все оказались в пределах видимости, и их быстро получилось переместить в импровизированный лагерь.

Команда самоорганизованная — каждый занялся своим делом: связь со штабом наладить, определить точное местоположение на звездной карте, позаботиться о провизии, о ночлеге. Вера прислонилась к боку своей капсулы и наблюдала, но не за ребятами, им она доверяла, знала, что справятся, а если не справятся, то придумают, как решить проблему, не отвлекая ее по пустякам. Вера всматривалась в местность. Необычную местность. В местность, где вряд ли есть жизнь, судя по метке NoLife в названии планеты.

Вокруг песок или что-то похожее на песок. Нет ни намека на горы или барханы, как в пустынях, нет ни деревца, ни куста — никакой растительности. Нет ощущения, что где-то поблизости есть водоем.

Надо сваливать отсюда — в этом команда была единодушна. Но как? Помехи не давали возможность даже подать сигнал SOS. Вася обещал, что не сдастся, будет пытаться пробиться сквозь завесу. Митя по воздушным потокам и облакам предсказал, что грядет буря.

— Справа движется, скорость просчитать не могу, но судя по всполохам, — он показывал на тонком экране лэптопа завихрения и вспышки, похожие на молнии, — либо до бури, либо во время, а может, и после появится брешь и сигнал наш прорвется сквозь пылевую завесу.

Ребята загоготали.

— То ли будет, то ли нет. То ли в бровь, а может, в ухо.

— Хорош, парни, — Вера пожала плечо Мити и развернула его, чтобы тот посмотрел за пределы лагеря. — Как поймешь, откуда ждать ветреного гостя, дай знать.

Митя вздрогнул. Вера тоже — от донесшегося:

— Да!

Димыч, сжав кулак, двинул локтем, словно ударил невидимого противника за спиной. Команда тут же окружила Димыча, Вере пришлось проталкиваться, чтобы узнать, что так обрадовало старпома.

— Вот, включились маячки. Костя, Серый, Гога идете за ними — там сухпаек. Спасибо, Большая мама, — Димыч отправил воздушный поцелуй в небо.

— Как ты узнал? — Вера взяла у старпома лэптоп, увеличила карту, убедилась, что лампочки сигнализировали не об опасности.

— Большая мама отправила сообщение, я только что расшифровал, и карта ожила.

Тут же от команды полетели вопросы:

— А что еще там показывают?

— Кабаки есть?

— Я б от коньячка не отказался.

Парни оживились, в экран лэптопа заглядывали, подтрунивали, толкали друг друга. Юмор — универсальное средство отвлечься от стресса из-за неизвестности. Вера же думала о другом.

— Почему Большая мама тебе сообщение отправила?

Димыч забрал у нее лэптоп, пожал плечами.

— Сбойнуло что-то в твоем приемнике, вот она и перенаправила мне. Да и какая разница, — Димыч подмигнул. — Главное, голодными мы сегодня точно не останемся.

Вера нажала на мочку уха, активируя связь с электронным помощником.

— Кать, проверь пропущенные сообщения. Проверь внимательно, найди даже упущенные попытки.

— Вер, ну ты чего? Обиделась, что ли? — Димыч обнял ее за плечи, встряхнул. — Ну то машина, ну ей же что главное — чтобы информация дошла. Вот, —Димыч повертел перед лицом Веры лэптопом. —Она у нас.

— Приемный модуль поврежден, — отрапортовала Катя.

— Найди… — Вера запнулась, она хотела попросить найти причину повреждения, но передумала, сейчас важнее другое. — Найди способ его починить.

Димыч картинно вздохнул.

— Ладно, все при деле, пойду прогуляюсь.

— Дима! — раздался возглас девяти человек разом.

— Да чего вы так напряглись-то? У меня есть карта, — он повертел лэптоп на уровне головы.

— У нас тоже, — повторила его жест троица, получившая задание найти по маячкам сброшенный «сухпай».

— Вот и замечательно. Маршрут уже проложили? Не заметил ваших пяток.

— Дим, ты как ребенок, — Вера потянулась за лэптопом, будто могла, забрав его, отговорить старпома от глупой затеи.

— Верунчик, мы здесь застряли. И расположение лагеря ну… такое себе — ничего нас не прикрывает, не скрывает, не защищает. Что, если там дальше что-то есть типа горы или не знаю постройки какой? То, где мы сможем от бури спрятаться, поисковый отряд там спокойно дождаться. Я далеко не уйду, буду в зоне видимости.

Хоть сердце и сжималось от беспокойства, Вера понимала, что разведка нужна. Осторожная. Вдумчивая. И кто как не Димыч с ней справится? Умеет он находить то, что другие не замечают в упор.

— Обещаешь быть осторожным?

— Ну конечно, я же вальс торчу тебе. Забыла?

— На небоскреб не полезу.

Димыч чмокнул Веру в кончик носа, ребята зааплодировали, засвистели, заулюлюкали.

— Костя, Серый, Гога, вы еще здесь? — буркнула Вера, насупившись и ткнув Димыча в бок кулаком.

— Ребятишки, кому какие подарочки привезти? — Димыч включил в лэптопе режим заметок и приготовился записывать.

Шутники…

Вера пошла к своей капсуле, хотела посмотреть сама приемный модуль и помедитировать над ситуацией.

— Водички!

— Девчонок!

— Дичь!

Парни вошли в раж. И тут у Веры будто само вырвалось:

— А мне цветок.

— Аленький? — Вася расхохотался.

Митя подхватил, встал перед ним на колено.

— Я сделаю, наконец, тебе предложение.

— Да хорош, — Вера показал им кулак. — Вам местный воздух в голову, что ли, ударил? Цветы — это трава, трава — это растение. Растение — это вода. Вода — это жизнь.

Ребята подняли руки. Смех прекратился. Все вернулись к своим делам. Димыч подмигнул Вере и, уставившись в лэптоп, пошел на разведку.

Вот только обещание не сдержал, он исчез из виду. Вера вглядывалась, пытаясь найти его силуэт или растущую точку, означающую, что Димыч возвращается. Но его все не было и не было. Зато буря к ним приближалась, Митя подходил к Вере несколько раз, показывал, как она менялась.

— Мне буря напоминает зверька. Он будто побаивается нас, но присматривается, принюхивается. Видишь, какая траектория странная?

И правда, напоминало маятник, набирающий ход. Или качели. Будет жутко, если буря их окружит и не даст шанс убежать от нее.

Димыч… Где же ты?

Вася… Когда на связь выйдем?

***

Примерно в километре от лагеря

Песчаная поверхность не менялась, насколько бы Дима не отошел, но его это не удивляло, он видел, что на карте бежевый цвет разливался на десятки километров во все стороны. Отсутствием какой-либо жизни эта планета и привлекла, когда он просматривал каталог звездных пустышек. Такие находки описывали исследователи, на какие-то — люди спускались сами, на какие-то — отправляли дронов. Некоторые получали запрет на посещение, другие отмечались, как потенциальное место для туризма.

Эта же неприметная планетка будто затерялась в ворохе бюрократических согласований. Ни название нормальное ей пока не дали. Ни статус не присвоили. Гласила только короткая справка: тишина, пустота, да ярлычок NL, как у необитаемой

Если бы планета была опасна для жизни, ее бы пометили красным сразу. А тут… Видимо, не определят, как ее лучше использовать: для туризма или добычи ресурсов. И пока этой определенности нет, планетка может послужить целям Димы.

Он обернулся, убедился, что лагерь не виден, а значит, не виден и он. Достал из кармана датчик. Нажал на него, тот увеличился и размножился. Каждую деталь Дима вставил в песок, составляя из них SOS. Соединив цепочку, запустил процесс генерации сигнала — буквы замерцали, как новогодняя гирлянда.

Дима постоял немного, посмотрел на небо, развернулся и пошагал к лагерю. Сверялся с лэптопом, но… Затылок сдавило от осознания — силуэты лагеря должны быть уже видны.

Что за…

Дима прошел еще сотню шагов.

Ничего.

Пустота…

Казалось, что кто-то водил Диму кругами, а перед взором невидимый полог раскинул.

Стоп.

Дима подышал. Зажмурился. Потряс головой. Постоял не моргая. Посмотрел в одну сторону, немного сдвинулся по часовой стрелке, повторил действие. В шутку прошептал:

— Леший, леший, как запутал путника, так и распутай.

Ничего не произошло.

Ну а чего ты хотел? Волшебства?

Дима со злостью пнул надоевший песок и заметил блеск. Опустился на колени, подул — взору открылось что-то похожее на небольшое стеклышко.

Из глубин родовой памяти всплыла картинка, как девчонки прятали под такими же секретики. А мальчишки на спор их находили. Рука сама по себе потянулась к стеклышку. В последний момент Дима отдернул ее.

Идиот! А если это что-то опасное и заразное?

Он поднялся, покрутился еще — лэптоп лагерь по-прежнему не пинговал, его словно спрятала завеса.

— Ладно, давай так. Может, подгон какой надо оставить?

Дима засунул руку в карман, вытащил первое, что попалось — медальон. Вера подарила ему, поздравляя с должностью старпома.

Порыв ветра выхватил медальон и засыпал песком. А Дима, наконец, заметил свои следы. Словно свет иначе преломился, и временная как бы слепота прошла. Или и правда кто-то принял дар? Символично.

Дима усмехнулся, показал фак тому, кто шутить с ним вздумал, и ускоренным шагом направился к своим.

***

— О! Батя вернулся, — пошутил Вася, — что принес? Вести хорошие? Воду или… — он обернулся на Веру, — цветок аленький?

Тихие смешки волной пролетели по лагерю. Вера покраснела. Она места себе не находила, пока Димыча не было и сейчас хотела подбежать, обнять, но сдержалась — подпитывать домыслы команды не собиралась. Она вразвалочку подошла к Диме, сложила руки на груди и дернула подбородком, давая знак, что готова услышать отчет. Как капитан!

— Докладывай, что видел, что слышал.

— А пожрать тут не наливают? — Димыч подмигнул.

Парни снова загоготали.

Вера пристально осмотрела костюм Димыча.

— Ты в порядке? — Ей не понравился слой пыли на одежде старпома, частички отличались цветом от тех, что лежали под ногами и будто шевелились.

Димыч опустил взгляд, вытянул руки, покрутился тоже осматривая себя.

— Да в норме я.

Он похлопал по костюму, и Вере показалось, что пыль отделилась, будто живая и словно тонкая кожа опала к ногам Димыча. Не просто опала — она, коснувшись поверхности, собралась и поползла… Хорошо, что не в лагерь. Вера поморгала, потерла глаза. Посмотрела еще раз — никакой ожившей пыли. Все хорошо. Димыча уже окружила команда, выспрашивала, что да как, а он проверял, выполнены ли его указания.

Отчет дали кратко: «сухпай» доставлен, контур лагеря обозначен, защита от известных внешних угроз настроена, график дежурств определен.

— Мить, что там с бурей твоей? — Димыч всмотрелся вдаль.

— Она приближается. Мы с Верой уже…

— Ах, ну раз вы с Верой, то я спокоен. Ладно, парни, кто за костерок и байки на ночь глядя?

***

На свежем воздухе спать лечь не рискнули, устроились в капсулах, настроив систему сигнализации.

Вера долго ворочалась, ей раз за разом виделась ожившая пыль, упавшая с костюма Димыча, и не отпускало предчувствие, что она что-то важное не замечала. Митя еще брякнул про вероятность, что планета разумна.

Что, если это правда? Что, если…

Она вспомнила разговоры с любимым профессором про то, как формируется жизнь, вспомнила, как он подпитывал тягу Веры к исследованиям.

Что, если они на этой планете мы оказались не просто так?

Вера почувствовала зуд в теле. Подталкивающий. Не смогла ему противостоять и вылезла из капсулы. Осмотрелась. Желтые маячки связи мигали. Вася пообещал, что как только прореха в завесе появится, то сигнал пройдет, про них узнают и обязательно заберут.

Но на это все равно уйдет время. Хорошо бы получше узнать место, куда их волей случая отправила Большая мать.

Веру будто кто-то убеждал в этом.

Димыч ведь что-то увидел во время разведки, но почему-то не рассказал. Нужно проверить, убедиться, что все в порядке. Она должна…

Хорошо, что ночь была звездная. Фонарь не понадобился — все видно. Вера неспешно двинулась от лагеря, то и дело оглядывалась, чтобы не потерять из виду капсулы. Пейзаж не менялся — пустота и песчаная гладь простирались бескрайние, насколько хватало глаз.

Странно. Разве такое бывает?

Под ногами зашевелился песок.

Не тот ли, что с костюма Димыча спрыгнул?

Да нет… Это от ветра? Точно от ветра, ну а отчего же еще… Вон как разошелся, с ног сбивает, за шиворот залезает. Причем так резко налетел, еще пару секунд назад все было тихо.

Вспомнились слова Мити — буря ему напомнила зверька.

Что, если это и есть жизнь планеты? Песчинки… Что, если они восприняли нас как угрозу?

Вера повернулась лицом к лагерю и зажала рот рукой — звездное небо скрыла чернота и она разрасталась. Буря оказалась совсем близко. Ее темную завесу можно было разглядеть невооруженным глазом. Вера связалась с помощницей Катей и попросила ребят разбудить, чтобы они были настороже. Мало ли как эта стихия отразится на капсулах.

Позади послышался шорох. Вера замерла. Она почувствовала, что рядом кто-то есть. Или что-то. Вера пощупала, что за спиной — что-то шероховатое, рассыпчатое. Она развернулась — ничего. Все та же пустота. Вытянула ладонь и ощутила все ту же шероховатость.

— Вера! — донеслось от лагеря, заставляя ее снова развернуться.

Димыч и… похоже Митя? Зачем они вылезли из капсул. Идиоты!

Буря уже раскачивалась возле крайней капсулы. Вера поняла, что не успеет вернуться… Да ей и не дали — порыв ветра толкнул в грудь. Вера сделала пару шагов назад и почувствовала, как прошла сквозь шершавую преграду.

Сразу исчезли все звуки, ветер больше не трепал волосы, словно она оказалась в вакууме. Неполноценном. Дышать все же можно было. Вера зажмурилась, сделала глубокий вдох и повернулась вокруг своей оси в третий раз.

То, что она увидела, заставило замереть.

Она словно оказалась в кукольном домике. Ее любимом кукольном домике. Вот розовый столик с чайным сервизом. Чашечки с тарелочками — у одной трещина посередине, у еще одной — ручка погрызена. Справа платяной шкаф. Внутри шубка, за ней дыра, откуда можно было бы попасть в волшебную страну. Кровать с балдахином. Ковер в виде солнышка: мягкий и электризующийся, почти как гирлянда светился, когда его зубной щеткой почешешь. А вот и кухонька с плитой, холодильником и самым настоящим самоваром с бусами из баранок.

Вера не удержалась, прошлась по домику, все пощупала — на иллюзию не похоже. Взяла баранку, понюхала — от аромата заурчал желудок. Баранка пахла ванилью, маком, была еще теплой, будто ее только что испекли. Самовар тоже не спал, вода в нем забурлила — как отказаться от вкуснейшего чая?

Как в сказке Вера после перекуса легла на кровать. Застонала от наслаждения. Не сравнить перину с анатомическими псевдоматрасами в капсулах. По спине разлилась нега. Не заметив Вера уснула.

***

Разбудил звон посуды и шепотки.

Вера открыла глаза, потянулась и вскочила с кровати.

Где я? Что, мать вашу, произошло? Где мой мозг? Там команда в беде, а я дрыхну… Под трибунал захотела… В отставку уйти не под фанфары с завершенной миссией, а с наручниками? Идиотка… Это все пыль. Это все пыль… Жаль, на нее в рапорте не сошлешься.

Игнорируя ароматы яичницы с помидорами и кофе, летевшие с кухоньки, Вера подошла к краю комнаты. Она поняла, что находилась под куполом — стены домика были прозрачные. Буря успокоилась. Лагерь цел, его хорошо видно. Он тоже оказался под куполом.

— Они в порядке, — выдохнула Вера.

— Да.

Вера обернулась. Кто это сказал?

— Ты хороший капитан. Не ругай себя. Буря утихла благодаря тебе.

— Как?

На столе затанцевали чашки.

— Моя фантазия создала этот купол? — Вера посмотрела на лагерь. — И на них это тоже сработало?

— Да.

— Но… Как же сигнал бедствия? Он пройдет сквозь эту защиту?

— Да.

— Какой ты разговорчивый, — Вера улыбнулась. — А еще что-то кроме «да» скажешь?

— Пока ты здесь, твоя команда под защитой. Я усилил сигнал датчиков, которые установил твой друг.

— Датчики? Какие датчики?

Невидимая рука подтолкнула Веру, провела вдоль стены купола к противоположной стене. Взору открылся выложенной красными лампочками SOS — удобное оповещение, куда лучше посадить корабль, так чтобы лагерь не накрыло поднявшимся песком.

Ну Димыч. Вспомнил же об этом, позаботился, как всегда, чтобы я без него делала. Но почему не рассказал? Хотел сюрприз устроить?

Вера вернулась к месту, откуда виделись капсулы. По пути краем глаза поискала дверь — ничего похожего не было.

— Я заложник?

Голос промолчал.

— Ты спас меня, спас моих ребят. Почему?

Тишина.

— Не те вопросы задаю, поняла, — Вера вздохнула.

— Да.

— Выйти за купол я не могу? Верно?

— Да.

— Иначе вернется буря?

— Да.

— Почему? Она… Она на меня реагирует? Почему на меня?

Послышался вздох.

Бесит!

Вера сжала кулаки и зубы. Вот такими же вздохами ее выводил на эмоции профессор, мол, много слов комарами жужжат.

— Ну а чего ты хочешь? Я в западне, я не могу подбирать вопросы, да еще и задавать по одному. Или выпусти меня, или объясни, что происходит!

Вера топнула ногой. И мысленно рассмеялась — домик будто ее в девчонку капризную превратил.

— Ясность важна. Команда важна. Рискнешь ими?

— Нет.

— Ты гость. Нужно время. Все хрупко. Подожди… — последнее слово так ласково прозвучало, будто собеседник погладил Веру по голове.

— Никакой ниточки связи с моими? — Вера коснулась шершавой прозрачной стены купола.

— Да.

— Неужели любое мое действие притянет бурю? Пока я здесь она уходит все дальше и дальше?

— Да.

***

Следующие несколько дней Вера словно в криосне провела— есть не хотелось, усталость не приходила. Она пыталась разговорить того, кто создал купол, но он был немногословен, чаще всего она слышала от него короткое «да», иногда чуть длиннее фразы, но они будто не его были. Вере казалось, что она общалась со своим наставником — профессором кафедры исследования и аналитики.

Поглядывая на лагерь, Вера отбрасывала зудящую мысль — почему никто из команды не отправился ее искать?

Может, это и правильно — зачем рисковать? Буря ведь караулила.

Но…

Хоть одну попыточку…

Неужели всем на нее плевать?

Нет. Бред. Они видят же показатели в модуле управления капсулы — я в норме, вот и не переживают. И купол что-то, наверняка им сказал. Вот и не глупят — не рушат защиту. Пережидают. Как корабль прилетит за ними, так и встретятся они, посмеются, обнимутся.

— Скоро. Сигнал поймали, — оповестил утром голос.

Вера растянулась в кровати, улыбнулась.

— Значит, я могу, наконец, к своим пойти?

Тишина длилась долго.

— Они знают, что корабль летит?

Молчание.

— Я туда и обратно, поделюсь с ребятами новостью.

Вера подошла к краю купола, прислонилась к нему лбом, и не сразу поверила, услышав:

— Хорошо, но вернись до того, как в небе погаснет последняя звезда.

— Как поэтично.

***

Сердце вальсировало, ноги почти танцевали. Вера спешила к лагерю — за неделю разлуки она по каждому из ребят соскучилась.

— Парни! Я с хорошей новостью! Сигнал поймали, ждите гостей!

Димыч вышел навстречу первым. Ни один мускул на лице не дрогнул — смотрел на Веру, как на чужачку.

— Вась, проверь.

Тот подтвердил.

— Да! Только что получил. Вы уж простите, пойду переговорю с такси, что, кого, куда.

Шутник…

Вера вздохнула. Все как всегда. Или нет?

— Ты погибла, — Димыч сощурился. — Это не ты. Что ты? Зачем ты здесь?

— Дим, ты чего? Это же я. Я в порядке. Я… — Вера не стала говорить про купол, чуйка подсказала промолчать.

Димыч развернулся, головой подозвал к себе Митю.

— Ты же видел, как нашего капитана поглотило облако пыли?

Митя потупился и кивнул.

— И сам подтвердил, что показатели жизни в капсуле замерли. Ты же констатировал смерть.

У Веры комок встал в горле. Как это? Она же вот, вполне себе живая. Какого черта происходит?

Команда не смотрела ей в глаза, все ждали вердикта Димыча. Он кивнул, и Вера почувствовала иглу в шее — ее вырубили… И заточили в капсуле — без возможности покинуть ее, пока не позволит капитан. Аналог карантина. Вера все понимала.

Позже Димыч соизволил с ней связаться и объясниться.

— Вер, ты прости. Но я не мог иначе. Ты пропала, капитанство перешло ко мне. Ты появилась спустя неделю — что я должен был сделать? Как бы ты поступила?

Он прав. Рисковать командой точно не стала бы.

— Дим, отпусти меня.

— Не могу.

— Дима!

Он отключился, и как Вера не уговаривала Катю соединить их — та не смогла выполнить просьбу. Или не захотела…

Тишина капсулы давила и раздражала. Но уж лучше она бы оставалась, а не паника, проникающая сквозь обшивку. Буря возвращалась — она помешает спасательному кораблю…

Вера нажала кнопку связи, она поколотила по стенкам.

— Кто-нибудь. Ребята. Отпустите меня! Буря пришла за мной.

— Что ты имеешь в виду? — старпом вышел на связь.

— Дим, планета живая…

— Вера, — Димыч вздохнул. — В этом вся ты. Ты помешалась на поиске этой самой жизни. Пойми, есть просто звезды. Незаселенные.

— У них есть душа.

— Ага. Какая? Реинкарнированная?

— То, что ты не веришь в перерождение…

— Вера! Не о том речь. Ты вся в этих поисках. Профессор твой сам выбрал, как закончить жизнь, он распылил частицы в космосе, но это не значит, что от них появилась жизнь на планете. Ты зациклилась, мне приходилось твои рапорты править. Нас бы всех замотали проверками или чего еще хуже —списали. А ребята живут космосом…

— Дима, только не говори, что это сделал ты? — Веру бросило в жар от догадки.

— Да. Я же последним ложился в капсулу.

— И ты поменял координаты? Как Большая мать позволила?

— Вер, я же говорю, ты зациклилась на своих поисках. Я как лучше хотел.

— И Большая мать давно считает тебя капитаном.

Что ж. Справедливо. Вера сама виновата.

— Что ты собираешься делать?

— Если буря и правда на тебя реагирует…

— Отпусти меня!

— Не могу.

— Дима! — Вера сжала зубы, была бы рядом с Димычем, тряхнула бы его за грудки, хоть и ростом была меньше.

— Вер, ну пойми ты. Пустая капсула капитана вызовет море вопросов, а я о команде забочусь.

— Проще оттащить меня вместе с капсулой как можно дальше? Скажете, что в космосе затерялась? А команда поддержит?

Молчание.

— Позаботься о них.

— Вер, не держи на меня зла. Я ведь не прогадал с выбором планеты, у тебя с ней коннект случился. Может, и правда частица души профессора здесь?

Вера отключила связь и закрыла глаза.

Больно?

Да.

Обидно?

Да.

Любопытно?

То же да.

В голове прозвучал голос профессора из прощального сообщения: «Девочка моя, не грусти, мы с тобой встретимся. Ты найдешь меня — я это чувствую. Ты докажешь, хотя бы себе, что твоя теория про реинкарнацию во вселенной реальна. Что каждый человек может возродиться кем-то или чем-то в любом уголке космоса, оставаясь при этом собой».

Капсулу начали двигать, Вера это понимала — по вибрациям, по сигналам. Будто песок ей говорил, куда они направлялись.

Спустя время воздух завибрировал, Вера поняла — прибыл корабль. Она представила, как ребята ее поднялись на борт. У них все в порядке. Она за них рада.

Замок капсулы щелкнул. Спасибо, Димыч. Поставил на таймер или дистанционно открыл.

Жаль, что поздно— на планете день вступил в свои права.

Вера бежала вперед, слушая зов сердца, она искала купол, где пряталась от бури, но его не было. Он пропал. Она осталась одна. Вера упала на колени, позволила себе разрыдаться и не сразу поверила в реальность прикосновения — ей кто-то сжал плечо.

— Митя? А ты что…

— А мне и здесь нравится. Да и как я мог оставить тебя одну?

***

Правда ли, что человечество началось с Адама и Евы? Если да, то могли ли бы это повторить Вера и Митя? Кто знает… Время покажет. И ярлык NL у планеты сменится на другой. 

+4
00:06
337
08:01
+1
Неплохой рассказ. Правда в конце запутался — Митя и Димыч это всё-таки разные люди, или один человек? Хотя всё указывает на то, что разные.
Немного сумбурное изложение, односложные диалоги сбивали с ритма, но всё равно неплохой.
Рассказ напомнил повесть «Запрещённая планета» Филипа Макдональда.
Комментарий удален
23:44 (отредактировано)
«Помехи не пропустили ответ — связь пока не стабильная». Нестабильная слитно.
100500 — современный сленг, в рассказе о далëком будущем смотрится чужеродным.
«Символично, что именно капсулы Веры и Димы приземлились рядом, остальные разбросало, но не критично» Некритично слитно.
«Помехи не давали возможностИ даже подать сигнал».
Загрузка...
Alisabet Argent

Достойные внимания