Магазин закрыт до весны

- Как? Только не это! – Джонни беспомощно опустил руки, едва не выронив термос. Уголки его губ предательски дрогнули.

- Уже? – нахмурился Уилл и слегка оттолкнул приятеля от двери, чтобы протиснутся вперед. Уилл был той породы, что никогда ничему не верит, пока не увидит собственными глазами – Быть не может, еще ж и первого снега не было…

На двери красовалась табличка «Магазин закрыт до весны».

Конечно, это был не конец света. Ребята знали, что однажды это произойдет – так случалось каждый год – оттого и табличка была привычная, потемневшая деревянная досочка с выцветшей краской. В начале зимы старый Генри Честертон, известный среди местных также как Безумный Чес, Перелетный Гусь или даже, тс-с, никому не говорите, Тот-Самый-Полоумный, запирал свою лавку и уезжал туда, где солнце светит дольше. Кличка Перелетный Гусь приклеилась неспроста. Ни на какую другую птицу этот толстяк с белой бородой не был бы похож. Он всегда исчезал, ни с кем не попрощавшись, только оставив табличку на двери, а потом, также без предупреждения, его магазинчик вдруг открывался в самом начале весны.

Но в этот раз старый Генри закрыл магазин слишком рано…

- Может он что-то знал? – Подало голос шумное создание одиннадцати лет от роду, Джинни, рыжая как лесной пожар. Даром что Джинни младшая сестра Джонни – на целых полтора года – а казалось, что старше, да и вообще из других земель. – Может, снег уже завтра выпадет? Дикие гуси уже улетели, вот и он с ними.

- Еще только середина октября!

- Ну и что? В прошлом году снег уже в сентябре выпал – стояла на своем Джинни.

- Не в прошлом это было, а в позапрошлом. И растаял он сразу.

- Ну ты и зануда, Уилл – Джинни отвернулась от закрытой двери. Толку то теперь под ней стоять?

Сумерки, как холодная вода, медленно заполняли улицы. Воздух тянулся влажной нитью, пахнущей сырой листвой, и с краёв переулков уже крались тонкие призрачные струйки тумана. Обычная осень в Корнуолле. Самое время сидеть дома, кутаясь вместе в один плед, обязательно толкаться коленями и перетягивать теплую клетчатую ткань на себя. И пить горячее какао.

Что ребята и собирались сделать! Вот только магазинчик закрыт. А они страсть как любили собираться у этого старого гуся, мистера Честертона. Ведь и его антикварный магазинчик словно не магазинчик вовсе, а сокровищница. И редкие клиенты, что приезжали за его безделушками со всех концов света были порой не менее экзотичны, чем сами товары. Да, чудаковатый Генри Честертон слыл большим знатоком и экспертом по разным древностям. А еще он любил местную детвору и с радостью принимал гостей. А местная детвора любила рассматривать удивительные вещицы, словно сошедшие со страниц сказок или приключенческих книг, слушать истории о них, утонув в большом мягком диване, представляя, что они в лавке магии, где все зачарованное и волшебное. Поверить было очень просто.

- Чего ж теперь уже – вздохнул Джонни, сунув термос в оттопыренный карман пальто – пошли домой пить какао. Хоть дома он не такой вкусный.

***

Прошло полтора месяца и закрытый антикварный магазин Генри Честертона превратился в привычную городскую декорацию зимнего пейзажа — ветренного, сырого, промозглого. В такую пору Джонни мечтал сам превратиться в перелётного гуся. Он поклялся: вырастет – будет каждую зиму оставлять к чертям родной Корнуолл с его низкими свинцовыми тучами и ледяными дождями и отправляться в погоню за солнцем. Куда угодно! Хоть в Грецию, хоть на Сицилию, да хоть в Африку.

- Тебя там съедят – со знанием дела комментировала в таких случаях Джинни.

- Никому он такой не нужен – худой вон как скелет.

- Ты, Уилл, на себя посмотри – бурчал в ответ Джонни. Оба они вытянулись за лето и стали похожи на вешалки – длинные и тонкие.

- Африканские дикие племена людоедов могут сварить из тебя суп! – не унималась Джинни.

- Людоеды все закончились. Вымерли – ответил ее брат – так что опоздали они к супу.

- Съезди и проверь.

- Вот съезжу и проверю!

- Далась тебе эта Африка, они же зимы ни разу в жизни не видели.

…В тот вечер родители разрешили им загуляться подольше: ведь впервые за зиму снег выпал настоящий, с ладонь толщиной! Он был липкий и рыхлый, и все дети района разошлись по улицам, строя крепости и закидывая друг друга снежками. Жаль только, к Рождеству он, конечно, растает.

Возвращаясь домой, мокрые и разгорячённые, они проходили мимо лавки старого Перелётного Гуся. И вдруг Джонни остановился, словно наткнулся на невидимую стену:

- Смотрите!

На нетронутом снегу возле тропинки лежала тонкая-тонкая полоска желтого света. И свет этот выбивался из узкой щели меж плотно задернутых толстых штор в одном из окон антикварного магазина!

- Сэр Честертон вернулся?

Все трое как по команде ринулись к окну.

- Ну что там?

- Да не видно ничего.

- Дай я посмотрю!

- Джин, ты даже до подоконника не достанешь.

- Так помоги мне.

- Тшш! Не шумите вы так.

Брат с сестрой обернулись на Уилла

- А вдруг это не он.

- В смысле – не он?

- А вдруг – Уилл перешел на шепот – а вдруг это воры. Генри Честертон никогда не возвращался посреди зимы. Никогда! На то он и перелетный Гусь. А у него там, между прочим, сокровищ на миллионы фунтов, наверное. К нему же коллекционеры со всего мира съезжаются.

- И ты думаешь, кто-то решил его ограбить?

- Легко!

- Уилл, ты гений – Джинни аж подпрыгнула и затараторила — Это же идеальный момент. Хозяина не будет дома еще очень долго. Никто не хватится пропажи еще несколько месяцев, а за это время все украденное успеют продать.

Джонни опасливо озирнулся, будто ожидая увидеть воров, притаившихся на ветвях деревьев.

- Надо звонить в полицию! – выпалил он. – Уилл, беги, твой дом ближе нашего.

- Ага – кивнул тут и собрался уже припустить со всех ног, но Джинни ловко ухватила его за развязанный шарф.

- Стой! Стойте, вы оба! Вы что, не понимаете? Пока он добежит, пока позвонит, пока полиция приедет – воры уже сбегут. Все ограбления происходят быстро… я в книжке читала – чуть смущенно добавила она.

- Что нам делать?

- Остановить грабителей самим, конечно же!

- Джинни, да это ты гений, а не я – выдохнул Уилл. – А как?

- Для начала подпереть чем-нибудь дверь, чтобы они не могли выйти.

Однако возле двери ребят ждало удивительное открытие - дверь и так была заперта снаружи висячим замком и возле нее на снегу не было ни единого следа. Быстро обойдя магазинчик, ребята убедились, что вокруг вообще не было ни одного чужого следа кроме их собственных.

- И как они туда проникли? – Почесал в затыке Джонни и взглянул на сестру.

- Например, сделали подкоп…

- Тоже в книжке читала?

Джинни смерила его холодным взглядом.

- Да. Читала. Так часто происходят ограбления банков и ювелирных магазинов. Бандиты очень долго готовятся и копают туннель чтобы однажды ночью незаметно…

- Окно! – шепнул Уилл

Брат с сестрой разом обернулись.

- Окно под крышей! Могли ведь залезть через него.

Над боковым фасадом магазинчика чернел провал мансардного окна, встроенного в покатую черепичную крышу. Снега на этой стороне крыши не было. В темноте невозможно было различить, открыто оно или закрыто и поэтому все единогласно решили, что воры наверняка оставили окно открытым как путь для отступления. К фасаду примыкал ствол вяза, узловатый и кривой, словно созданный, чтобы по нему залазить.

- Кажется, это ответ – Джинни скинула с себя куртку и споро, быстрее чем брат успел ее отговорить, взобралась по стволу.

- Ну? Чего вы ждете?

Уилл и Джон переглянулись, пожали плечами и полезли следом.

Надо заметить, лезть им было невысоко. Антикварный магазинчик Генри Честертона располагался в маленьком старинном доме, скос крыши начиналась уже в полутора метрах над землей, а мансардные окна, врезанные в скаты с каждой стороны от входа, смотрели на одну большую комнату.

- Закрыто – разочарованно вздохнул Уилл. С той стороны окно было плотно задернуто толстой тканью, но, казалось, что даже сквозь нее мелькает свет.

- Тише – шикнула на него Джинни – дайте прислушаться.

Она приникла ухом к стеклу и закрыла глаза.

- Ну что? – спросил было Джонни.

- Тшшш!

Джонни оперся коленями об оконную раму и тоже приложил ухо. Действительно, если прислушаться, можно было различить какой-то невнятный шум внизу. Уилл последовал его примеру.

И вдруг окно не выдержало их тяжести и распахнулось внутрь.

Трехголосые крики резко оборвались, сменившись грохотом и тучей поднятой пыли. На счастье Джонни, под ним оказался мягкий диван. На несчастье – на нем оказалась Джинни, сильно приложив коленкой по уху. Уилл успел зацепиться за створку окна и теперь болтал ногами прямо над их головами.

- Что случилось? – ахнул зычный глубокий голос.

Джинни кое-как сползла с брата, суетливо оглядываясь. Джонни кряхтел и охал, пытаясь приподняться и раскрыть глаза. Комната было ярко освещена и, то ли после ночной улицы, то ли от неожиданности, свет ослеплял. Сквозь яркое марево проплыла большая фигура.

- Осторожно – пробасила она. – Дай я помогу тебе спуститься.

Джонни протер глаза и сел. Кололо в боку, но не сильно, терпимо, видимо, ударился при падении. Рядом Генри Честертон снимал висящего с потолка Уилла.

- Что вы здесь делаете?! – воскликнула Джинни.

Генри обернулся на нее.

- Нет, что ВЫ здесь делаете?! – спросил он.

- Мы увидели свет в окне и решили, что к вам залезли воры.

- И поэтому залезли сами?!

- Мы хотели… Мы не хотели! То есть мы хотели поймать воров.

- Ах вот оно что. Да, ко мне действительно кто-то залез. Только это оказались вы!

- Простите, пожалуйста – выговорил Уилл, когда его поставили на пол – спасибо.

- Вы целы? Не сломались себе ничего?

- Да, в порядке – крякнул Джонни.

- Отлично – большой белобородый старик выдохнул, удовлетворенно кивнул словно самому себе. – А теперь выметайтесь!

- Что? – не понял Джонни.

- Уходите. Живо! Никто не должен знать, что я здесь и вам нужно об этом забыть.

- Но почему? – заупрямилась Джинни.

- Потому что все думают, что я улетел на юг – отрезал Честертон – Все. Точка. И для вас этого достаточно. Ну, живо!

Джинни смотрела на старика исподлобья взглядом, способным зажечь фитиль свечи. Странно даже что большая белая борода не принялась тлеть. Джонни нехотя поднялся, потирая ухо. И в этот момент мелодично звякнул дверной колокольчик. Генри Честертон на мгновение замер, а потом молниеносно обернулся к двери, руками показывая ребятам, чтобы они скучковались у него за спиной. Вот только дверь наружу была справа, а сейчас отворилась левая дверь, которую Джонни и припомнить не мог.

Из двери хлынул свет, гораздо более яркий, чем был внутри. Это был свет майского полудня и следом за ним в тесный магазинчик ворвались головокружительные запахи цветов и трав, те самые, о которых остаются лишь смутные воспоминания, когда вокруг промозглая зима, но те самые, воспоминания о которых позволяют эту зиму пережить и дождаться весны.

Сквозь яркий свет в магазинчик вошла фигура. Джонни сдавленно охнул. Существо было одновременно уродливо и прекрасно, словно Творец взял лучшие черты у самых красивых людей, но соединил их столь гротескно, что сотворил чудовище. И все же от него было невозможно отвести взгляд – маленький тонкий рот на заостренном подбородке, вздернутый носик, несоразмерно огромные глаза, многократно огромные, почти как у насекомого, волосы скручены в тонкие косички, что топорщатся подобно ежовым иголкам. Отдельные черты лица казались миловидными, но вместе складывались в зрелище одновременно дикое и теребящее глубинные, потаённые страхи. А улыбка… лукавая и колючая, словно тонкий серп умирающей луны.

Джинни невольно прикрыла рот рукой.

- Thu gueredys dyveth golasson - произнесло существо нараспев.

- Ie, ena ynto - ответил Генри Честертон. В его устах мелодичный язык прозвучал ломано и гортанно. Старик наклонился к прилавку и извлек что-то небольшое. Джонни никак не мог разглядеть что это из-за его широкой спины. Существо улыбнулось, обнажив остро отточенные хищные зубки крахмально-белого цвета. Плавным движением руки оно поставило на стол круглый стеклянный пузырек, но руку сразу не убрало.

- A wre dhymm plî? - вновь произнесло оно.

Генри не ответил и развел руками, выражая некоторую досаду. Тонкие пальцы разомкнулись, обернувшись, существо вышло. Колокольчик звякнул одновременно со стуком захлопнувшейся двери. Не мешкая ни секунды, старик спрятал пузырек под прилавок.

- Кто это был? – спросила Джинни срывающимся голосом. О, её брат хорошо знал этот голос – Джинни была напугана, была готова расплакаться.

- Не важно, дети, не важно – запричитал Перелетный Гусь, который, как смекнул Джонни, похоже, не такой уж и перелетный – Черт возьми, вы не должны были этого видеть!

- Мы никуда не уйдем – заупрямился Уилл – пока вы не расскажете.

- Да, точно! – кивнул Джонни. Его все еще била дрожь, и он старался скрыть ее за бравадой.

- Не так страшно то, что вы видели, гораздо страшнее что ОН мог видеть вас – и Честертон ткнул пальцем прямо в лицо Джонни.

- Кто - он?

- Он один из Сидов – устало выдохнул Генри.

- Фейри?! Старший Народ?! – вскричала Джинни – это невозможно!

По ее лицу пробежал весь всплеск эмоций – от ужаса до восторга. Глаза стали что два блюдца и загорелись огоньками. Уши вспыхнули, а лицо побледнело.

- Да, невозможно, конечно, невозможно, это вам показалось, приснилось – забормотал старый Гусь – а теперь уходите.

- Что за дверью? – Уилл насупился – Куда она ведет? Там их мир, да? Мир Фейри?

Честертон замолчал.

Все знали о мире Фэйри, и Джонни тоже. Из старых сказок. Таинственный народ, что жил на островах Англии еще до прихода людей. Волшебный народ, обитающий под холмами и крадущий младенцев. Бессмертные существа, эльфы и хобгоблины, брауни, факханы и гобблеры… Где-то там, далеко за туманами, лежат их острова. Край вечного лета.

- Есть вещи, о которых вам лучше не знать.

Уилл, наконец, стянул с головы шапку.

- Но мы знаем! Что вы теперь сделаете? Сотрете нам память?

- Это как раз очень легко.

Старый Гусь обернулся, извлек из-под прилавка тот самый стеклянный пузырек, что принесло жуткое существо. Пузырек был пуст.

- Стоит мне открыть его и все ваши воспоминания окажутся внутри. Все. Даже родителей забудете – сказал он.

- Но вы этого не сделаете!

- Нет – Генри поставил пузырек на место – Не сделаю. Но мог бы – он поднял палец вверх, а вместе с ним и брови. – Вы умеете хранить секреты?

Ребята энергично закивали.

- Поклянитесь, что сохраните в тайне то, что видели и то, что узнали – потребовал старик – Это особое место, клятвы данные тут имеют вес. Если нарушите – покроетесь прыщами и коростой и станете выглядеть страшнее жабы!

Джонни сглотнул.

- Клянусь – быстро выпалила Джинни.

- Клянусь – проскрипел как через силу Уилл.

Джонни обернулся на своих друзей – вначале на сестру, потом на Уилла. Вздохнул.

- И я клянусь.

- Что ж – широко улыбнулся Перелетный Гусь – надеюсь, никто из вас не захочет испортить себе жизнь и стать жабой. Итак, да, вы верно поняли, за этой дверью – мир Сидов, каким бы невероятным это не показалось. Можете называть их Фейри, если вам так проще… Этот магазин… он стоит одновременно в двух мирах. Я закрываю магазин на полгода в одном мире и открываю в другом.

— Значит, вы никогда на самом деле не улетаете на юг?

Генри покачал головой.

- Вы обманщик! – безапелляционно заявила Джинни.

- Вовсе нет! Если хорошенько подумать, там тепло, солнечно – он указал на дверь слева – и бесконечно далеко от Англии. Так что я все же улетаю на юг… не покидая своего магазина.

- Но что Фейри может быть от вас нужно? – удивленно спросил Уилл – Что они покупают? И чем платят? Волшебным золотом?

- Ответ на этот вопрос тянет на целую книгу – недовольно нахмурился Честертон – я не смогу всего вам объяснить. А волшебное золото, на то и волшебное, что не золото вовсе, а камушки с наведенной иллюзией. Держитесь от него подальше, если не хотите разочароваться.

- И все же? – не отступал Уилл.

- Многие из Сидов ценят предметы искусства людей – развел руками Генри – но не всякие подходят, а лишь те, где вложена душа мастера. Они способны подобное определить, я лишь отчасти. А платят… - он задумался – скажу просто – они платят магией, разными зачарованными вещицами.

- Ух ты – взвилась Джинни – покажите!

- Я только что показывал – рассердился Генри – бутылочку для хранения воспоминаний. Могу еще раз показать и даже открыть.

- И… что вы с ними делаете? – Джонни постарался быстро сменить тему – с зачарованными вещицами Фейри?

Посмотрев на него, Честертон улыбнулся, но не самой доброй улыбкой.

- Продаю, конечно. Тем, кто знает, что ищет и понимает, что именно он покупает. Вы думаете, ко мне приезжают из разных концов света просто коллекционеры? Чаще всего нет.

- То есть все это… – Джонни обвел руками комнату – на самом деле волшебные предметы из мира Фейри?!

Тут стоит упомянуть что магазинчик старого Перелетного Гуся изнутри напоминал то ли лавку старьевщика, то ли раскрытый сундук сокровищ – по всем стенам, на полках и в открытых шкафах, на тумбах и на столах громоздились всевозможные предметы, названия и назначения которых ребята не знали. Один поблескивали золотом, серебром или медью, другие были завернуты в ткани, третьи – вырезаны из камня или самоцветов. Малахит, нефрит и аметист, бижутерия, глиняные таблички, книги в кожаных переплетах, холодное оружие в ножнах, письма и свитки, кубки и хрустальные статуэтки, маски всевозможных форм и гримас…

- Нет, не все, совсем не все. Это скорее для них – он скосил взгляд в сторону двери – а их предметы припрятаны.

Джонни вспомнил, как белобородый старик прятал бутылочку странного гостя под прилавок. Он наклонился, стараясь разглядеть за его фигурой что-нибудь еще.

Генри засуетился.

- А теперь уходите отсюда, пожалуйста – это его «пожалуйста» скрывало в себе такую глубокую просьбу и мольбу, что ребята невольно подчинились. Это «пожалуйста» говорило, что они все же зашли слишком далеко, на территорию, где им быть не просто ненужно – нельзя.

И тут вновь звякнул колокольчик.

Вошли двое.

Первый был словно ходячее напоминание о клятве, данной каждым из ребят – широкопузый, приземистый, землисто-зеленого цвета, покрытый глянцевой слизью, бородавками и гнойными язвами. Его голова вырастала из туловища, была даже скорее его частью – шеи не было видно, а рот тянулся на всю ширину головы. Ни дать ни взять – здоровенная жаба. Второй посетитель сидел у жабы на плечах. Тонкий и верткий, болезненно худой, весь состоящий будто из жердей и острых углов, с непропорционально большой головой и хитрым оскалом, он мог бы играть Голлума в школьной театральной постановке. Он первым заметил ребят и его глаза опасно заблестели.

- Еда? Еда?! – взвопил он на чистом английском.

- Прекрати, Пак – булькнула жаба и обратилась к мистеру Честертону:

- Ты обещал мне змеиную голову, горсть истинного золота и мумию кошки.

Получив желаемое, жаб не думал уходить.

- Это все? – спросил Генри.

- Я хочу купить этих детей.

- Дети не продаются! – Генри вскинул руки ладонями к жабе – это исключено.

- Жаль – вздохнул жаб – Я бы скормил мальчиков своей семье. А девочку преподнес бы в дар Оберону.

Внутри Джонни все похолодело. То, с какой обыденностью жаб произнес эти слова, парализовало его ужасом. Вертящееся на плечах жаба худосочное существо внезапно прыгнуло через прилавок и в мгновение ока оказалось перед Джинни. Оно встало на заднее лапы. Оказалось, росту в нем не меньше чем в девочке. Оно было похоже на голого подростка, истерзанного длительным недоеданием и побоями. Джинни слегка отпрянула, скривилась, но тут существо вцепилось узловатыми пальцами ей в подбородок, приподняло голову и стало пристально рассматривать.

- Посмотрись-ка в зеркальце, красавица.

Начались метаморфозы. Лицо существа поплыло, исказилось и вновь собралось в новый образ. Теперь перед Джинни стояла ее копия!

- Эй, отпусти ее! – крикнул Джонни.

Магия мгновенно развеялась. Существо в своем истинном обличье обернулось к парню, показало язык, длинный, змеиный, и зашипело. Взгляд его задержался на Джонни лишь секунду, скользнул по Уиллу, по стенам, по потолку, окну в потолке… Существо резко взмыло вверх. Одним прыжком оно оказалось на подвесной люстре, другим – у распахнутого мансардного окна, которое забыли закрыть.

- Пожалуй, кто-то сегодня повеселится!

И прыгнуло в ночь.

Честертон ошарашенно обернулся к жабе.

- Останови его! Это же твой питомец!

- Это пикси. Он не подписывал Договор. – Толстое слизкое существо пожало плечами, или чем-то, заменяющим плечи – Нагуляется и вернется.

А после оно вышло.

- Проклятье!!! – взревел Честертон. – Это просто самое худшее, что могло случиться! Ему нельзя просто так разгуливать среди людей!

В отчаянье он метался из стороны в сторону, от стены к стене, то хватаясь за голову, то вздымая кулаки к небу.

- Скорее! Бегите и поймайте его. – Он опустил голову и простонал – Попробуйте хотя бы…

Ребята, наконец, сбросили с себя оцепенение.

- А вы?

- Я не могу покидать магазин, я связан Договором. – Старик с мольбой посмотрел на ребят.

- Но как нам его поймать?

- Я не знаю – ответил Генри – я не знаю. Но оно не могло далеко уйти. Сидам некомфортно в нашем мире, тем более зимой, в холоде. Но этот… это пикси.

- Пикси? Озорной фэйри-проказник? – твердо и упрямо спросил Уилл.

- Хуже. Хитрец... Жулик… Метаморф.

***

Однако Фейри и след простыл. Найти его не удалось ни в тот вечер, ни на следующий день, ни в течение недели. По городу же в это время поползли слухи.

Кто-то утверждал будто видел, как на перекрестках светофоры сходили с ума, хаотично меняя зеленый и красный цвета и создавая аварийную обстановку. Кто-то жаловался, что вывески магазинов перепутались – под шильдой парикмахерской была булочная, а под вывеской The Old Sailor’s Pub оказался магазин для собак – к тому же слова и буквы в некоторых названиях улиц перепутались так, что невозможно было прочитать, на каком вообще они написаны языке – на английском или на корнском.

В конце концов субботний выпуск газеты The West Briton вышел с большим заголовком на первой полосе: «Злой дух оловянных шахт вырвался на свободу?» и длинными пространными рассуждениями о взаимосвязи старинных верований и новых технологий, прерываемыми цитатами жителей городка, столкнувшимися с необъяснимым:

- Я собирался послушать по радио BBC, но по всем каналам только Pirate FM, нет, не подумайте плохого, я ничего не имею против наших пиратов, но в тот момент я хотел послушать выпуск новостей на BBC!

- Менеджеры супермаркета Tesco прикрывают свою криворукость проделками ноккерсов! Они перепутали все товары - вчера в мясном отделе стояли макароны, а вместо хлеба – подгузники. Я целый час потратила чтобы найти привычные покупки. Устроили хаос и спихивают на злых духов!

- У меня в проводах завелись призраки. Я все время дозваниваюсь не туда. А настройка телеканалов постоянно сбивается. И не только у меня, все соседи жалуются. Мой муж, он бывший шахтер, вы знаете, он стал просыпаться посреди ночи и кричать что слышит стук по трубам – так неупокоенные духи предупреждают шахтеров об обвале!

В конце заметки все свелось к политическим вопросам – стоило ли закрывать оловянные шахты, с которых кормился город на протяжении поколений? Что будет с социальными пособиями уволенным шахтерам?

- И ни слова о том, как это исправить… - проворчала Джинни, с досадой отбрасывая газету – где все эти экстрасенсы, что снимают порчу по телефону?

Джонни захихикал.

- Не смешно – буркнула сестра.

На следующей неделе новости стали более пугающими.

Все началось с миссис Хадсон. Придя домой, она застала своего мужа в кресле за… вязанием! Но как только она спросила, какого черта он взял ее спицы, открылась дверь и из спальни вышел муж миссис Хадсон. Не подумайте чего предосудительного, у миссис Хадсон только один муж. И вот их вдруг стало двое. В одной комнате! И выглядели они совершенно одинаково. Тот, которого она заприметила первым, вскочил, швырнул миссис Хадсон клубок шерсти в лицо и с хихиканьем выскочил во двор. Второй мистер Хадсон, увидев убегающего себя, грохнулся в обморок.

Да, да, все так и было, по словам миссис Хадсон. Весь городок на следующий день гудел от этой истории. Конечно, большинство подняло миссис Хадсон на смех, но не в лицо – все же никто не хотел обвинить уважаемую леди – а исподтишка, да вот только история повторилась в школе в тот же день. Ученики пятого класса рассказали, как в их класс пришел растрепанный мистер Хопкинс – историк и заодно один из самых строгих и ненавистных учителей школы – и принялся возбужденно рассказывать про королевство фей за автобусной остановкой. Буквально через минуту, когда класс уже катался от хохота, в кабинет ворвался еще один мистер Хопкинс в ярости, с вопросом, что тут за шум.

Свидетелем происшествия были Уилл с Джонни. Это случилось в их классе.

- Теперь его зовут Пикси-Хопкинс! – никак не мог успокоиться Джонни.

-Вам нужно было броситься за ним и схватить!

- Ага, Джинни, посмотрю я как ты схватишь взрослого дядьку. К тому же он словно испарился, выскочив в коридор.

В тот день они втроем собрались дома у Джинни и Джонни.

- По городу уже говорят о Фэтче. – Джинни пнула брата под бок и тот, наконец, перестал смеяться.

- Кто такой Фэтч? – не понял Уилл.

- Тоже один из Фейри, вот только он считается предвестником смерти. Если встретишь свою копию – это знак того, что вскоре умрешь.

- Но это же не он!

- Это мы знаем, а все остальные – нет.

- И если так пойдет дальше – произнес Джонни – то все вокруг перестанут доверять друг другу. Ведь никогда не знаешь, кто перед тобой – настоящий человек или его копия. Представь, ты спускаешься утром к завтраку, а на кухне мама – но она не мама!

Джинни передернула плечами.

- Ладно мама. Мы даже не знаем, настоящие ли мы сейчас. Вот ты, Уилл, настоящий?

- Конечно, я настоящий. Какие вопросы?

- Вот и я настоящая. Джонни?

- Разумеется, ты же меня всю жизнь знаешь. По легендам некоторые Фейри, в том числе пикси, копируют внешность, могут скопировать поведение, но не могут скопировать память...

В эту секунду скрипнула дверь и в комнату зашел Уилл. Еще один.

- Ты не настоящий – вскочил Уилл-первый.

Следом за ним вскочили и брат с сестрой. Джинни опрокинула чай, но даже не заметила этого.

- Нет, это ты не настоящий! – закричал Уилл-второй.

Они стояли друг напротив друга совершенно одинаковые, как будто зеркальные отражения – в одинаковых свитерах, с одинаковыми родинками на щеке и свербя друг друга одинаковыми удивлённо-испуганными глазами. Оба тяжело дышали, как уличные драчуны, готовые наброситься друг на друга.

- Джонни, хватай его – прошептала сестра.

- Кого?

- Его! – Уилл-первый указал пальцем на второго. Тут же второй указал на первого.

- Ты так просто не уйдешь – прошипел один из Уиллов – наконец-то мы тебя поймаем.

- Зачем мне уходить? Это я настоящий, а не ты.

Они принялись кружиться один вокруг другого. Джонни быстро запутался кто из них был первый, а кто второй - они казались совершенно одинаковыми – они даже повторяли движения друг друга. Наконец, один из Уиллов, оказавшийся возле двери, с хохотом выскочил в нее.

- Быстрее! – Джинни прыгуна следом, оттолкнув другого Уилла, но ни на лестнице, ни в холле никого не было. Хлопнула входная дверь. Ребята как были – кто босиком, кто в тапочках - выскочили под моросящий дождь. Нет, улица не была пуста. Но ни Уилла, ни просто убегающей фигуры видно не было. Напротив пожилая соседка выгуливала собачку. Собачке не нравилось гулять под дождем. Через дом трое рабочих, переругиваясь, чинили фасад, чуть дальше грузчики разгружали фургон с напитками перед дверью в продуктовый, какая-то парочка спешила домой.

- Он может притвориться кем угодно из них! – воскликнул Уилл.

- Пойдем в дом – устало произнесла Джинни – я замерзла.

В доме она взяла тряпку и принялась оттирать пролитый чай, а брат поставил на плиту чайник, чтобы заварить новый.

- Уилл, тебе чай сделать?

- Угу. А пастисы есть?

Джонни заглянул в шкафчик.

- Еще есть. Мама вчера напекла.

- Уилл, ты точно настоящий? – спросила Джинни.

- Точно-преточно. Самое точное точно.

- Докажи – не унималась девочка – скажи какой-нибудь старый факт, о котором знаем только мы.

- Ты описалась на выпускном в детском саду.

- Ну спасибо что напомнил! – Джинни надула губы и отвернулась.

- Зато ты теперь точно знаешь, что я настоящий. А ты?

- Что – я?

- Ты – настоящая?

- Конечно!

- Докажи.

Джинни на мгновение задумалась.

- Ты в прошлом году сломал модель парусника своего папы и сказал ему что это злой дух сделал. А сам спрятал обломки под кроватью. – Джинни обернулась к Уиллу и ткнула его пальцем – и тебе стыдно!

- Я собираюсь его починить – проворчал Уилл. - Ладно. Ты тоже настоящая.

- И что теперь? - в комнату вошел Джонни с чаем - мы каждый раз при встрече будем проводить такую проверку?

- Угу – Джинни вздохнула – а ты настоящий?

- Отстаньте уже. Мне что, тоже сказать какой-нибудь неприятный факт?

- Зачем неприятный, можешь и приятный.

- Ты, Джинни, терпеть не можешь свою зубную пасту и все время пользуешься моей.

- Принято – нехотя кивнула сестра.

Чай пили молча, только Уилл сопел над пирожками.

- Я думаю, надо пойти в редакцию и все рассказать, как есть – Джинни подняла газету с пола.

- И кто нам поверит? – с набитым ртом произнес Уилл – и к тому же мы подставим мистера Честертона. И нарушим клятву. И превратимся в жаб!

- Ты правда веришь, что мы превратимся из-за этого в жаб?! – удивилась Джинни.

- А в Фейри ты веришь?

- Ладно, ты опять прав – она устало опустила плечи. Перспектива стать жабой ее не радовала.

- К тому же – продолжил Уилл – если в газете нас выслушают и напечатают, это будет выглядеть просто как еще одна теория.

- И кроме теории мы ничего не можем предложить – Джонни отставил чашку – ни как определить пикси, ни как поймать, ни что с ним потом делать.

- Джинни – спросил Уилл, схомячив последний пирожок-пастис – а что написано в твоих книжках про Фей?

- Это все детские сказки.

- Как видишь – не все.

- Я говорю про книги с легендами. Я все их пересмотрела. И дома и даже в библиотеке. Нигде не сказано, как поймать Фейри и тем более – умеющего принимать чужой облик.

- Но хоть что-то там есть? – чуть ли не взмолился Уилл.

- Стандартно – Джинни опять вздохнула – его можно отпугнуть, бросив щепотку соли или железные монеты. Можно показать ему зеркало, но это тоже заставит его всего лишь убежать от тебя. Написано, что встретить и пикси, и брауни, и других Фейри, проще все на перекрестках и мостах, потому что это «места перехода».

- Не сильно полезно…

- Угу – кивнула Джинни.

- Рано сдаваться – Джонни поднялся на ноги - Вспомните, однажды наш Джек победил великана. Чем мы хуже? Мы тоже сможем победить сбежавшего морфа.

- Но как? – всплеснула руками Джинни – мне кажется у нас только одна надежда. Хотя мне это не нравится.

- Перелетный Гусь? – спросил Джонни – ты тоже о нем думаешь?

- Да! Какого черта он сидит в своем магазинчике?! Пусть вылезет и поможет загнать морфа обратно, раз уж у него есть проход в их мир.

***

Надо признать, ребята натерпелись такого страху после первого визита к мистеру Честертону, что две недели не решались вернуться. И вот теперь они вновь собрались возле антикварного магазинчика.

- Уилл, скажи пароль – потребовала Джинни.

- Какой еще пароль?

- Докажи, что ты настоящий.

- Ах, это… - он задумался.

- Ты что, не мог заранее подготовиться? – шикнул на него Джонни.

- Знаешь, как-то и другие были дела.

- Ну?

- Ты, Джонни, влюбился в Мэри из параллельного класса, но никому не признаешься.

- Да? – сделала круглые глаза Джинни – Это правда?

Джонни покрылся румянцем. Даже в сумерках было заметно.

- Нет! Это не правда!

- То есть Уилл не пошел проверку?!

- Прошел – вздохнул Джонни – только я не влюбился. Она мне просто нравится.

- Ну конечно – проворчал Уилл – это со-о-о-овсем другое дело. Как проникнем к Гусю? – он перевел тему – вновь по крыше?

- Может быть просто постучим? – Джинни принялась колотить кулачком по двери.

- Джинни, на двери замок снаружи. Он не откроет ее.

В окне слегка, всего на сантиметр, приоткрылась штора и в щелочке мелькнул глаз старика. Мгновение спустя внешний навесной замок растаял и дверь отворилась.

- Скорее, ну же! – раздался голос.

Дважды уговаривать ребят не пришлось.

Внутри магазинчика ничто не поменялось, повсюду царствовал все тот же беспорядок загадочных предметов и артефактов.

- Ну как? – без лишнего приветствия начал Генри Честертон – рассказывайте! Вам что-нибудь удалось? Вижу, что нет…

- Вы хоть новости читаете? – крикнул Джонни – в городе хаос! Этот гад постоянно превращается в разных людей и… и…

Генри развел руками.

- Такова его природа.

- Мы не сможем его остановить сами – сказала Джинни – нам нужна ваша помощь.

- Увы, дети, все чем я могу помочь – держать окно открытым, чтобы он смог вернуться, когда захочет.

- И это правда все, что в ваших силах? – Джинни повысила голос. – Выйдите и посмотрите, что происходит.

Старый Гусь покачал головой

- Простите. Я не могу. Договор…

- Договор, Договор, только и слышно, что Договор – Джинни разошлась не на шутку – Что еще за Договор? Кому он нужен?

- Присядьте пока – Генри указал на диван. – Я сварю вам какао. Как раньше. И кое-что расскажу.

- В восемнадцатом и девятнадцатом веках Корнуолл славился своими пиратами и контрабандистами. В изрезанных бухтах есть множество пещер, где контрабандисты делали свои склады. Я уверен, что до сих пор находятся люди, которые во время отливов обшаривают пещеры в поисках забытых кладов. Ведь пещер и гротов там тысячи. Я, Генри Честертон, сам был из них, я возил из Ирландии контрабанду на небольшой корабле, с этого начался мой «бизнес» редкостей. От замка Тинтагель до самого Эксмура – я знал все тропы. Иногда брал на борт пассажиров, понимаете, тех, кто не мог иначе попасть в Англию. По разным причинам. И одним из пассажиров оказался Сид. В качестве награды он предложил сделку – он предложил мне стать привратником, одним из посредников между мирами, но раз уж я таскал разные запрещенные редкости, то и профессию торговца-антиквара мне сохранили. Я получил долгую жизнь, не имея права выходить из этого магазинчика. Мне, между прочим, уже почти две сотни лет. Но здесь, на границе миров, время не движется.

Генри охнул и присел на стул.

- Я был уже стар, когда заключил Договор. Таким и остаюсь. Стоит мне выйти в мир людей – и все эти годы вмиг настигнут меня. Выйти означает для меня верную и мгновенную смерть.

Ребята сидели ошарашенные. Чашки с какао застыли в руках, никто и помыслить не мог, каким именно договором связан мистер Честертон.

- А потом… - пискнула Джинни – вы же не будете сидеть здесь… вечно? Что потом?

- Вторая дверь всегда открыта для меня. Но пройти ее можно лишь раз и только в одну сторону. Если ты не Фейри.

- Но все же вы знаете Фейри как никто другой. Наверняка даже больше, чем всякие энциклопедии мифов. Помогите нам хотя бы советом! – голос Джинни против ее воли наполнился отчаяньем.

- Да, должен же быть какой-то способ заставить пикси вернуться в свой мир – произнес Уилл – заклинание там какое-нибудь или ритуал?

Мистер Честертон слегка ухмыльнулся в усы.

- Заклинаний для этого не существует. Вот это уж точно выдумки. Да и ритуалов, пожалуй, тоже – Он задумался и почесал голову – Есть несколько особенностей, которые я знаю про метаморфов из рода Сидов. Подумайте над ними как следует.

Дети насторожились.

Генри принялся загибать пальцы.

- Во-первых, они не могут никому напрямую причинить вред. Во-вторых, они постоянно меняют облик. Он морф, он может прикинуться чем угодно, даже красной водонапорной колонкой на тротуаре. Единственное, он не сможет долго держать форму. А если кто-то его раскусит – и подавно.

- Но как можно раскусить красную водонапорную колонку?

- Смотрите на отражения – витрин, окон, луж. Морф всегда отражает свою истинную форму. Поэтому он сам никогда не смотрит в зеркала. В-третьих, он не может напрямую лгать. Только увиливать, уходить от прямого ответа. – Честертон продолжил загибать пальцы - В-четвертых, он соблюдает закон подарка. Он ничто не может взять в дар или украсть, он обязательно даст что-либо взамен. Угостите его булочкой, найдёте в кармане монетку. – Он подмигнул – Например.

- Все это никак нам не поможет – нахмурилась Джинни.

- Разве что ходить с зеркалами по улице – поддакнул Джонни.

- И веревкой – буркнул Уилл.

- Обычной веревкой его не удержишь – покачал головок Генри – тут надо что-то иное.

- Может быть у вас есть зачарованная веревка? У вас же вот сколько всего!

- Увы, у меня нет ничего чем можно было бы пленить Сида… Это тоже условие Договора…

И тут старик хлопнул себя по лбу.

- Имя! Ну конечно, имя. Все Сиды хранят свои истинные имена от посторонних, потому что их имя - ключ к власти над ними. И морф будут всячески избегать того, кто знает его имя.

Джонни скривился как от лимона.

- Осталось дело за малым – съязвил он сквозь зубы – узнать его истинное имя.

- Я его знаю… - прошептала Джинни.

Все разом обернулись к ней и уставились широко раскрытыми глазами. Джинни указала на стойку возле двери, что вела в мир Фейри.

- Та жаба назвала его по имени.

***

Два дня спустя в городок, что раньше был сонным, а с появлением пикси взбаламутился и растревожился, прибыли репортеры газеты The West Briton. Они хотели новых интервью, а застали удивительно зрелище – по всем столбам были расклеены листы бумаги, такие же листы были на дверях домов и коттеджей, на автобусных остановках, на витринах кафе и магазинов, даже под дворниками на лобовых стеклах. И на всех листах было только одно слово, напечатанное большими буквами: ПАК.

Это же слово оказалось намалевано цветными баллончиками на кирпичных стенах фабрик и пабов, в подворотнях, на фанерных листах, которыми заколачивали окна заброшенных зданий и даже на билбордах поверх рекламных плакатов.

Жители были удивлены не меньше репортеров…

Ребята не спали две ночи и два дня, организовывая эту атаку на пикси. Уилл убедил отца помочь с типографией и напечатать тысячи листов с именем сбежавшего Фейри. В конце концов, это вышло совсем не дорого. Джинни с братом уговорили помочь одноклассников. И их друзей. И друзей их друзей. А те – своих друзей. И все они вышли ночью на улицы со скотчем, клеем и баллончиками с краской. Кто ж откажется похулиганить?

Лишь один перекресток остался чист от листовок и надписей. И конечно, Фейри оказался там. Никуда бежать он не мог – повсюду было его имя. Истинное имя. И каждый человек, глядя на бумагу, удивленно повторял его вслух.

- Тебе пора убраться, откуда ты пришел! – крикнул Джонни издалека. Они втроем обходили существо с разных сторон, окружали. Метаморф был в образе незнакомого мальчишки. Он испуганно озирался, словно не понимал, чего от него хотят. На мгновение Джонни засомневался – а он ли это? Не терроризируют ли они сейчас ни в чем неповинного пацаненка? Но вот взгляд незнакомого мальчика остановится на Джинни. Он сделал шаг в ее сторону. Еще один.

- Да, конечно, я уйду. – Негромко произнес он - Но прошу тебя – пойдем со мной.

- Что?! – Джинни оторопела. Морф тем временем начал меняться – волосы стали длиннее и налились медью, дутая нейлоновая куртка сменилась шерстяным пальто, на шее вырос шарфик. Еще секунда – и перед Джинни стояла… Джинни. Она взяла девочку за руки. Та замерла, не в силах ни вырваться, ни отвести взгляд.

- Пойдем – повторило существо ее голосом. - Там всегда тепло. Там мягкий летний вечер и аромат ягод. Там нет забот, а есть лишь наслаждение. Как будто вечные каникулы! Представляешь, как здорово! Пойдем вместе. Я знаю, ты всегда мечтала о сестре. – Джинни едва улыбнулась – Я буду твой сестрой-близнецом.

- Джин, это обман! – закричал ее брат, но девочка не обращала внимания. - Джин, вспомни, кто перед тобой!

Безрезультатно. Она зачарованно смотрела на свою копию.

- Я буду твоей сестрой-близнецом – повторил пикси вкрадчиво.

Тогда Джонни подбежал за спину к морфу и достал из-под куртки зеркальце. Оно было не очень большое, но в карман влезло с трудом. Джонни поднял зеркальце над головой морфа так чтобы его сестра видела отражение.

- Джин, посмотри в зеркало! Джинни, сейчас ты - Джек, срубающий великана!

Она увидела отражение краем глаза. Увидела – и морок развеялся. Перед ней стояло иссушенное тощее создание и держало ее руки в своих тонких, как веточки, пальцах. Создание, в котором не было ни капли привлекательности, как не было и зла, была лишь чуждость.

- Твое имя – Пак. – с напором произнесла Джинни – Исчезни. Вернись в свой мир.

***

В первый же день весны, когда с моря подул теплый ветер, Генри Честертон открыл свою лавку. Весть об этом распространилась по городку со скоростью лесного пожара, и неудивительно – с тех пор, как загадочные события с телефонным полтергейстом и двойниками улеглись, больше в городе никаких новостей не было всю зиму. Но люди на всякий случай не снимали особенно крепко приклеенные листы с именем и не спешили закрашивать граффити.

- Уилл, наконец-то! – Джинни увидела друга издалека и помахала рукой. Уилл ускорил шаг, а потом сорвался на бег.

- Фух! Вы что, меня ждали, да?

- Ага, пойдем, скорее – Джинни уже повернулась в сторону приоткрытой двери антикварного магазинчика, чтобы войти внутрь, как Джонни с подозрением сказал:

- А ты настоящий, Уилл?

- Ну конечно! Что?... Опять проверка?

Джонни кивнул.

- Ладно. – Уилл замер, задумавшись – День рождения вашего отца 23 марта.

Джонни похолодел.

- Вообще-то нет – медленно проговорил он. Уилл должен быть знать. Точно должен был.

Тут Уилл толкнул его в плечо.

- Да я тебя разыгрываю! Четвертое августа. И вы всегда семьей идете в кино. Даже если фильм интересен только вашему папе.

- Уилл! Не шути так больше.

***

… А в разгар лета у Джинни и Джонни родилась маленькая сестренка, точь-в-точь вылитая Джинни. Но ведь маленькие дети все друг на друга похожи, правда?