Ловушка для клопов

У капитана космической геологоразведочной платформы Роя Карвера страшно болела голова. Казалось, что ее обвил маленький, но очень злой дракон. Кольца его чешуйчатого тела крепко сдавили виски, когтистые лапы впились в челюсть. Острые клыки рептилии глубоко вонзились в мозг, а ее раскаленное дыхание обжигало кожу.

Рой глянул на запястье. Там на квадратике пластыря мерцали цифры: «120/80; 36,6». Индикатор показывал, что запас лекарства исчерпан. А легче не становилось!

«Что за черт? – с раздражением подумал Карвер. – Я же здоров, как бык, иначе бы в рейс не выпустили. За что мне это? Как задолбала эта хрень! Целую неделю уже!»

Сидя на жесткой кровати, он хмуро разглядывал постер с обнаженной блондинкой. Едва получив это назначение, Рой налепил его на стену своей каюты. Дешевая дрянь – ни объема, ни анимации – однако эти два года красотка была ярким пятном среди серости будней. Но, увы… Сейчас чарующие формы вызывали лишь тошноту. Впрочем, если отвести взгляд, становилось еще хуже. Перед глазами начинал клубиться багровый туман, а в углах комнаты из него свивались жуткие монстры.

Неожиданно затрещал дверной звонок. Поморщившись, Карвер бухнулся на кровать и накрыл голову подушкой. Но звонок не унимался, а вскоре к нему добавился стук. Кто-то ломился в каюту, будто пьяница в двери бара. Каждый удар будто забивал в голову капитана большой и толстый гвоздь. И словно этого мало, через пару минут стук дополнился приглушенными воплями. Ну, такого уже вынести было нельзя! Выплевывая проклятия, Рой вскочил на ноги и направился к двери.

За ней оказался бортинженер Сагава. Его глаза, всегда похожие на щелочки, так и лезли из орбит, лицо перекосилось, с уголка приоткрытого рта свисала ниточка слюны.

«Он чего, в свои игрушки переиграл? – нахмурившись, предположил Рой. – Слыхал, от виртуальных забав и в дурдом попасть недолго».

– Они уже тут! – выпалил Сагава, тяжело дыша. Он указал куда-то в сторону. – Вон там, в коридоре! Щупальца, когти, рога! Капитан, нужно что-то сделать, иначе нам всем крышка!

Рой выглянул в коридор. Ничего, только облицованные зеленоватым пластиком стены, приглушенный свет плафонов и мерное гудение оборудования.

– Звездная пыль вам в задницу, Сагава! Сейчас полпервого ночи, а вы ввалились ко мне с какой-то хренью. Идите проспитесь, а потом идите опохмелиться к нашей медсестре. И меньше играйте!

Он хотел было захлопнуть дверь, но Сагава наседал.

– Нет, вы не понимаете! Корабль в опасности, да что там, все человечество! Нам нужно оружие, срочно дайте на него разрешение!

Глядеть на перекошенную рожу инженера было тошно, еще чего доброго, в кошмарах потом приснится. Карвер развернул его лицом к коридору и пихнул в сутулую спину.

– Валите к дьяволу, и без вас голова трещит!

Но Сагава, упершись в дверной косяк всеми четырьмя конечностями, не дал себя вытолкать. Он посмотрел на крепкие руки Карвера, перевел взгляд на его накачанный торс, вгляделся в щетину на квадратном подбородке, сосредоточился на шраме поперек орлиного носа. А потом истошно завопил:

– Да вы один из них! Капитан убит! Ну, ничего, я просто так не дамся. Спасу корабль!

Взбесившимся ягуаром он прыгнул на Роя, принявшись драть его ногтями. Это было так неожиданно, что Карвер – при всем его опыте в уличных драках – упал, сильно ударившись копчиком. Боль помешала ему сосредоточиться, а Сагава уже вскочил на него верхом. Впился в бычью шею капитана: откуда столько силы в этих руках-прутиках? Рой попытался вывернуться, но в теле этого задохлика проснулась невероятная сила: пальцы давили, как струбцины тисков. Кряхтя, Рой с силой пихнул противника под дых, лягнул в пах, но тот и не ойкнул. Попытался сбросить Сагаву, перекатиться, но тот намертво пришпилил капитана к полу. Перед глазами начало темнеть, горло пронзала острая боль, грудь заныла от недостатка воздуха.

«Как глупо… Выходит, правильно меня послала та блондинка? Так и надо дураку-нищеброду. Я еще напился с горя, подрался и вылетел из армии. Вот теперь сгнию у черта на рогах», – проваливаясь в черную бездну небытия, подумал Рой.

Нарастающий шум в ушах вспорол дробный цокот каблуков, а затем раздался пронзительный вскрик. Послышался треск, в нос пахнуло легким запахом грозы, и хватка Сагавы резко ослабла. Глухой стук – и тяжесть чужого тела исчезла. Возня и прерывистое дыхание рядом, а потом чьи-то тонкие пальцы торопливо ощупали Карвера. Холодное касание к шее, укол. Липкие объятия смерти нехотя выпустили несостоявшуюся жертву.

– Капитан, вы целы? – с беспокойством спросил женский голос. – Черт, я слишком поздно поняла, что происходит. Слава богу, выследила Сагаву по сигналу нейрочипа!

Рой, кашляя и жадно ловя ртом воздух, сел. Перед глазами все плыло, но постепенно из круговерти радужных пятен сложилась худенькая и нескладная фигура судового врача Элеоноры Гриффит.

– Вроде порядок, но еще минута, и ублюдок сломал бы мне шею! Док, что за дерьмо здесь творится?

– Это уже четвертый случай за две недели, – поправив роговые очки, печально вздохнула Элеонора. – Теперь, после электрошока, он не скоро очухается. Помогите отнести его в лазарет, там разберемся.

Вместе они подхватили Сагаву и кое-как отволокли на кушетку. Прилепив на лоб, грудь и бока инженера датчики, Элеонора развернула в воздухе диагностический экран, по которому поползли колонки цифр и ломаные линии. Пока она задумчиво изучала эти непонятные диаграммы, Карвер мрачно осматривался. Лазарет – крохотное помещение с двумя кушетками, целой стеной хитрого оборудования и шкафом – был переполнен.

На одной кушетке – Сагава. Он лежал, как бревно, закатив глаза. Рядом с ним – специалист по двигателю и реакторам Елизаров. Было странно видеть этого здоровяка, заросшего клочковатой бородой, нежно обнимавшим скрученное в трубу одеяло. Он гладил его, целовал, нашептывая нечто любовное. Узнать бы, что ему сниться, но Карвер уже был в курсе: тормошить бородача бесполезно. А были еще другие! В промежутке между кушетками, на расстеленном по полу одеяле лежал толстяк-геолог Совиньи. С него градом лил пот. Он метался из стороны в сторону, дрыгал ногами, словно удирал от кого-то, а потом вдруг замер, молитвенно сложив руки. У стены свернулся в позе зародыша связист Вэнгри. Уткнувшись головой в подушку, он тихо рыдал. Вся команда в сборе, и почти все в ауте!

Карвер досадливо сплюнул и подошел к Гриффит.

– Эй, док, что все-таки за фигня тут происходит?

Элеонора только руками развела.

– Судя по мозговым волнам, они крепко спят и видят сны. Никаких отклонений в здоровье я найти не могу, но и разбудить их не получается. Космическое безумие?

Рой стал темнее тучи. Космическое безумие… Он столько раз слышал об этом недуге. Еще в летном училище о нем рассказывали кучу баек, причем далеко не все они – вымысел. Ну, это понятно! Космос – среда враждебная. Человеку тяжело дается многомесячное сидение в консервной банке корабля, тело или разум могут не выдержать. У кого-то просто голова болит, других мучают галлюцинации, а в тяжелых случаях и вовсе начинается что-то вроде шизофрении. Говорят, есть где-то психушка, в которой держат больных этой напастью, некоторые там даже умирали.

– Хм, я слышал, это большая редкость, – нервно скребя подбородок, заметил Карвер. – А тут накрыло всех, у меня тоже голова раскалывается.

Тонкие губы Элеоноры растянулись в грустной улыбке.

– Обезболивающие не помогли? – Рой тоскливо покачал головой. – Ваши анализы в норме, будем надеяться, что это просто усталость. Могу еще дать сбор из лечебных трав. Заварите, хуже не будет. Кстати, меня вот тошнит и голова кружится…

Скосившись на Гриффит, Карвер покривился. Черт, почему Элеонора зрение не исправила? Думала, в очках умнее кажется? Скорее нелепо: с ее мордочкой она напоминала лисичку-врача из плохой детской книжки. Эх, почему сегодня все раздражало?

Только сейчас Карвер заметил, что под маленькими глазками Гриффит залегли темные круги, а кожа приобрела зеленоватый оттенок. Еще эта обильная россыпь веснушек… Кукурузную крупу высыпали на тарелочку, да птицы ее клевать не стали, и все поросло плесенью – вот как это выглядело. И без того некрасивая, Элеонора теперь смотрелась натуральной кикиморой.

– Ладно, пойду на командный пост, – пробурчал Рой и подцепил пакетик с травами. – Буду думать, как нам быть. Сообщайте, если чего выяснится.

Прихлебывая ароматный отвар, Карвер сидел на командном посту. Перед ним подковой изогнулся пульт управления, помигивая множеством индикаторов. Тут же разместилось созвездие всевозможных диаграмм. Капитан сверлил хмурым взглядом обзорный экран в центре, на котором, озаренный лучами белого карлика, переливался странный объект. Планета, астероид? Нет. Искусственное сооружение, артефакт неизвестной цивилизации? Может быть, но за все четыреста лет исследования космоса человечество так и не встретило следов существования инопланетян. Да и зачем строить такую штуку, а главное – как? Звездообразная структура с множеством направленных во все стороны отростков. По виду она казалась снежинкой в тысячу километров в диаметре, выточенной из цельного кристалла александрита. Ровные грани красиво переливались оттенками фиолетового с зеленым и очень эффектно смотрелись на фоне огненной феерии пылегазовых облаков.

Собственно, об эту штуку они и споткнулись. Наверное… В рейс их команда отправлялась с тяжелым сердцем. На фоне экономического кризиса Межпланетная горнорудная компания несла огромные убытки, начались сокращения. Карверу в свое время хватило позорной отставки из армии: намыкался потом в поисках работы, чуть не объедками питался и под забором спал! Что теперь, вылетать из горняков? В карманах-то пусто, между прочим. Опять навыки, приобретенные на выселках для бывших зэков, вспоминать? Нет уж, хватит. В свое время насилу вырвался из поганой дыры, где не повезло появиться на свет. Радовался до слез, когда сумел в летное училище поступить. Думал, счастливый билет вытащил. Куда там! Не так уж много мест, куда может устроиться навигатор звездолета, а в любом порту теперь болталась куча безработных звездных волков с послужным списком как у героя боевиков.

Хуже того, Карвер уже три рейса подряд без толку жег топливо Компании, не в силах найти даже захудалого месторождения. Просто поразительно, насколько пустым на поверку оказывается космос. Нет, по идее много чего встретить можно. Круто ведь звучит: целое облако из редкоземельных металлов! Да только рассеяны они по иону в объеме пары кубических парсеков…

– Так и знай, – жестко заявил начальник, – если и теперь впустую сгоняете, всей командой вылетите, как пробки. И так у Компании долгов с десяток терриконов. Еще убытки за свой счет покроете! – и он сунул под нос Рою пахнущий табаком кулак.

В былые времена Карвер за такое сразу бы челюсть выбил, но сейчас пришлось кивать, извиняться и улыбаться. Обещать, что все обшарят, но без добычи не вернутся.

В ходе мозгового штурма было принято отчаянное решение. Идти на предельное расстояние, в неисследованный сектор космоса. Там, среди огарков звезд наверняка найдется немало ценного. Целых два года мотались по глубокому фронтиру, несколько раз пришлось на задворках звездных путей бесстыже красть топливо. На абордаж ходили, в десантников играя! Рассказать бы Карверу лет десять назад, что будет таким заниматься – ни за что бы не поверил! Хорошо, что в таких местах встретишь лишь совсем психов, причем вообще без защиты, – зачем она на фронтире? – а то первый патруль разнес бы их в щепки. Все же, опыт службы в армии – полезная штука, хе-хе.

Но вот все мытарства позади. Нашли! Не пойми что, но интересное, даже уникальное. Вот этот кристалл в системе белого карлика. Сперва были озадачены – все приборы при анализе состава показывали лишь ошибки, – но потом даже обрадовались. За открытие чего-то неведомого Компания всегда щедро вознаграждала, ведь в очередь за правами на исследование выстроятся лучшие университеты. Да что ученые: мало ли, кого такое чудо заинтересует?

Впрочем, возникли трудности. Оборудование, крошившее в труху самые прочные породы, кристалл не смогло даже поцарапать. Он был непроницаем ни для каких волн, вернее, поглощал их, выдавая обратно излучение, характеристики которого нарушали законы физики. Что делать? Не возвращаться же с пустыми руками, сказав: «Вот там то, черт знает что»? Или не поверят, или тайно все разведают и присвоят открытие. А тебя все равно вышвырнут с волчьим билетом.

Однако вскоре все это отступило на дальний план. Однажды утром Совиньи, вместо того, чтобы готовить новый зонд, принялся метаться по ангару, с пронзительным визгом колотя обрезком трубы по оборудованию. Он вопил, что его преследуют насекомые, а потом вдруг рухнул на пол и забылся беспокойным сном, от которого не очнулся до сих пор. Через день начались перебои с энергоснабжением, и когда отправились искать Елизарова, нашли его в реакторном отсеке. Совершенно голый техник обнимался с конденсатором системы охлаждения, шепча облезлому кожуху нежные слова.

Начались проблемы с другим оборудованием, и проверить главный вычислительный блок бортового компьютера отправили Вэнгри. Уйдя утром, он не вернулся ни вечером, ни на следующий день. Связиста нашли в закутке под терминалом данных, где тот, уткнувшись лбом в пол, то ли молился, то ли просто плакал. Так или иначе, он ни на что не реагировал.

«Ох-х-х, какой-то дурдом», – допив чай, подумал Карвер.

Он еще раз просмотрел отчет по сканированию кристалла, но там была сплошная белиберда. Здесь бы и академик спасовал.

«Наверно, есть в космосе места, куда лезть нельзя. Может, на нас божество какое озлилось?»

Странно, но перспектива погибнуть тут, на окраине галактики, внезапно перестала беспокоить Карвера. Проблемы обратились чем-то вроде небольшого облачка, висевшего на самой границе сознания. Даже голова прошла, а по телу, теперь словно сделанному из ваты, разлилось приятное тепло.

– Хм, а эта штука хороша, – зевнув, Рой заглянул в кружку и принялся с интересом рассматривать размокшие листья. – Почему Элеонора раньше этого сена не предлагала?

Веки стали тяжелыми, как бетонные плиты. Поерзав, Карвер нашел удобное положение, и даже жесткое кресло теперь показалось устланным периной. Капитан клюнул носом один раз, другой, и вот его голова свесилась на грудь.

– Изучаете данные?

Встрепенувшись, Карвер увидел Элеонору. Она стояла, широко улыбаясь, и ее глаза – неожиданно большие, глубокие, теплые, как тропическое море – игриво поблескивали. Ее халат был застегнут всего на пару пуговиц, а под ним, вместо формы виднелась только кружевная сорочка с глубоким вырезом да мини-юбка – по сути, только полоска ткани. Что за чудесное преображение дурнушки?! Черт, еще один эффект от снадобья? И это далеко не все… Две бомбы невиданной мощи готовы были прорвать кружевной батист. Поразительно! Обычно ведь как было: что на судового врача блузку надеть, что на вешалку – разницы никакой. А эти бедра, осиная талия, кожа, гладкая и белая, как слоновая кость! Как он мог так в ней ошибаться?! Но наповал разило все же не это. Жиденькая рыжеватая шерстка, всегда стыдливо собранная на макушке в узелок, наконец-то вырвалась на свободу и бурлила на плечах золотистым водопадом.

Карвер часто заморгал, в низу живота разлился жар. Он понял, почему эти черты его так взволновали. В самом деле, мальчик он, что ли – баб не видел? Видел и немало, но все вместе и в таком сочетании – только в одном незабываемом случае.

«Прямо как она… та блондинка! – промелькнуло в голове, и сердце заколотилось, словно взбесившийся воробей о прутья клетки. – Неужели… Мне выпал еще один шанс?! Но как?»

Щеки то ли от восторга, то ли от волнения расчертила влага. Рой и вспомнить не мог, когда плакал последний раз. Возможно, когда года в четыре разбил коленку. Отец – бывший контрабандист – заехал ему сапогом под дых и наорал. После такого сразу реветь разучишься, если жизнь дорога! Но теперь…

Видя, как ее пожирают глазами, Элеонора сладко потянулась, покрутилась так и сяк. Нравится? Любуйся, мне не жалко! Однако разум устоял под ударом цунами из гормонов и Карвер усилием воли заставил себя спросить о деле:

– Кто-то очнулся? Вы разобрались, что с ними происходит?

– Их читают, – проведя изящной ладонью по бедру, томно отозвалась Элеонора. – Сперва, когда муравей тебя кусает, ты хочешь его прибить. Честно говоря, раньше так и делали. Но так ли глупа эта букашка, если у нее и домик есть, и разные игрушки? Становится любопытно, и ты ее разглядываешь. Трогаешь там да сям, следишь за реакцией.

«Что за бред? – нахмурился Карвер. – Впервые ее такой вижу. Она же натуральный робот, только о службе думает. А тут так выделывается, да еще несет галиматью. Она тоже чего-то напилась?»

Элеонора очутилась рядом, как змея скользнула вокруг кресла и… уселась капитану на колени! Рой аж подпрыгнул от неожиданности, но Гриффит обвила его руками, плотно прижалась к нему пышным бюстом. Карвер забыл дышать, весь мир сузился для него до размеров декольте прелестницы.

– Идем ко мне? Или нет, сольемся прямо тут, – страстно прошептала Элеонора и буквально впилась в губы Роя.

Карвер закатил глаза. Ему казалось, что жаркое дыхание Элеоноры плавило его, и он растекался по креслу, словно мороженое по вазочке. Рот приоткрылся будто сам собой, и в него юрким слизнем метнулся чужой язык. Этот моллюск все удлинялся, выпустил целый лес щупалец, и те зашарили по деснам, проникли в гортань, полезли в носовые ходы. Вязкая слизь, не давая вздохнуть, затекла в пищевод. Показалось, или из тела Элеоноры тоже выросли отростки, опутывая капитана, проникая в каждую складку и закуток.

Стоп! Рой вздрогнул от ужаса и отвращения. Он целовал немало женщин, но такого и близко не случалось. Да и быть не должно!

С силой оторвавшись от Элеоноры, Карвер с грохотом скатился на пол. Он хотел встать, но не смог. Желудок скрутило узлом, горло терзали мучительные спазмы: казалось, там ползали десятки червей и насекомых. Руки и ноги – всегда такие сильные, как манипуляторы экзоскелета – мелко задрожали, обмякли. Кое-как Рой уполз за пульт и выглянул оттуда. Он брезгливо наблюдал, как жуткая карикатура на судового врача встала с кресла. Изо рта у нее свисал, трепеща множеством щупалец, огромный, в полметра длиной, слизень, а в вырезе сорочки шевелился целый газон из колючих отростков. Руки волочились по полу, кисти на них теперь напоминали грабли. Позвоночник украсил частокол из длиннющих шипов.

– Что ты за тварь?! Пошла прочь отсюда!

Элеонора смерила его долгим взглядом, в нем читалась… Неужели грусть?

– Жаль… Так вышло бы проще и быстрее. Что ж, сделаем жестче.

Карверу показалось, что тело Элеоноры взорвалось. Так лопается стручок бальзамина: одежда, кожа, конечности скрутились спиралями, выпуская наружу пузырящуюся массу с темными включениями. Из той выросло несколько членистых ножек, каждая вооруженная чем-то острым: пикой, шипастой плетью, лезвием. Вверх вознесся конический выступ с множеством глаз, чем-то похожий на голову креветки. Ниже раскрылось несколько клыкастых пастей. На пол свесились толстые и длинные щупальца. Пошатываясь, чудище поползло к Рою.

– А-а-а! – завопил тот и бросился наутек.

«Так, отсюда доберусь до лифта. Опуститься на нижнюю палубу и в оружейную!»

Пулей миновав коридор, Карвер принялся тыкать в кнопку вызова лифта. Раздалось мерное гудение, но тут плафоны на потолке мигнули и погасли, наступила тишина. Черт, перебои с энергоснабжением! Включив фонарик на плече, Рой увидел, что монстр уже недалеко. Надо спускаться по лестнице, быстро! Перебежав к черному ходу, капитан дернул за ручку, и тут… с легким шипением дверь крест-накрест опутали тысячи черных нитей. Карвер с сомнением потрогал их: неужели волосы? Но откуда? Ч-черт… вокруг двери распахнулось несколько десятков глаз. Их взгляды шпагами скрестились на Рое.

А чудище, издавая булькающие звуки, приближалось. Рой заметался. Искать другой выход? Поджечь волосы, но чем? Внезапно его ноги намертво приклеились к полу, а потом начали в него погружаться, будто в трясину. Вскрикнув, Карвер попытался высвободиться, но тут из стен с чавканьем выросли десятки щупалец, замотав капитана в подобие кокона. Рой задергался, но куда там! Склизкие путы сдавили его не хуже голодной анаконды. Его и монстра разделяла уже всего пара метров. Бледный луч фонарика озарял клешни чудища, лезвия на его теле, усики. Утыканные тысячами острых зубов пасти казались провалами в ад, грозди глаз пылали злобой. Неужели конец? Не в силах глядеть на этот ужас, Рой плотно зажмурился. Как такое вообще может происходить в этом мире?!

Вдруг словно молния пронзила его мозг. В это невозможно поверить, но он уже бывал в такой ситуации! Убегал от чудовищ, и ноги вязли в земле. Он проваливался в преисподнюю, и что потом? Он просыпался! Правильно, наука достаточно изучила и старую Землю, и космос, но монстров нигде не нашла. Что же получалось?

Вспомнилось училище, а именно занятия по основам медицинских знаний. Там рассказывали, что у переживших множество бед и потрясений – например, на войне – нередко мозги встают набекрень. Помимо всего прочего их начинают мучить кошмары. То есть…

Выходит, это ему снилось? Ну да, он ведь устраивался в кресле поудобнее, а потом начал клевать носом. Сперва сработали гормоны, наделив Элеонору чертами недоступной возлюбленной, а потом верх взяли тревоги и страхи. Постой… Совиньи метался во сне, дрыгал ногами. Ему мерещилось нечто подобное, и он не мог очнуться? А вот Елизаров улыбался и обнимал подушку.

Но что из этого следовало? На занятиях рассказывали, как помочь таким больным. Тут пригодятся особые техники: когда ты спишь, осознай это. В царстве снов нет ограничений, и если ты понял, что все увиденное порождено твоим мозгом, можешь как угодно перекроить сюжет, а значит – победить кошмар. Так… это уже интересно!

«Мне нужно оружие, – подумал Карвер, вспоминая популярные фильмы. – Что-нибудь крутое и эффектное. Всегда мечтал попробовать себя в такой роли, а виртуальные забавы мне не по карману».

Путы, сковывавшие Роя, разлетелись во все стороны склизкими ошметками. Капитан выпрямился, широко расставив ноги, и его тело оделось в сияющую броню. Он стал напоминать могучего воина из мультфильма, который Рой обожал в детстве.

Похоже, чудовище дизайн не оценило и, издав громоподобный рев, набросилось на Карвера. Казалось, еще секунда – и его размажут по полу.

– Мой меч! – громко произнес Рой, воздев руку к потолку.

Темноту прорезал золотой луч, и вот уже Карвер держал двухметровый фламберг, украшенный затейливым узором. Поразительно, но оружие было легким, как перышко.

«Это точно сон», – вздохнул Рой, делая широкий замах.

Золотая молния вспорола темноту, и отрубленные щупальца, клешни, усики и шипы, орошая все вокруг зеленой слизью, с глухим шлепаньем попадали на пол. Длинный выпад, широкий взмах, а потом еще один. Чудовище, рассеченное на несколько частей, превратилось в кучу зловонного мяса.

Выждав несколько минут, Карвер осторожно приблизился к останкам, потыкал их мечом.

– Вроде, готов. Но что теперь? В общем, как проснуться?

Чуть в стороне лежал обрубок: плечо с рукой и половиной головы – все, что в этом монстре осталось от Элеоноры. Вдруг перемазанные кровью пальцы шевельнулись, глаз моргнул и пристально посмотрел на Роя. Разрубленные пополам челюсти сами по себе склеились, губы задвигались. Сердце Карвера едва не выпрыгнуло из груди, а по телу прошла волна крупной дрожи. Изо всех сил вцепившись в рукоять меча, он напряженно разглядывал останки.

– Хм, а неплохо! – пуская кровавые пузыри, прохрипел обрубок. – Не такие вы уж и клопы, а вполне занятные существа. Начнем переговоры?

Карвер шарахнулся в сторону так, будто из груды мяса полезли ядовитые змеи. Вжавшись в стену, он не сводил глаз с говорящего обрубка, а тот… улыбался? Впрочем, изгиб разорванных губ, да на неровной половине лица… Как бы потом такое во сне не приснилось!

– Элеонора… ты еще жива? – просипел Рой. – Но как? Что ты за тварь? Какого черта тут происходит?!

– Эта ваша эмоция – страх? Реакция существа на угрозу, когда оно ведет себя не вполне рационально, – бормотал обрубок. Возникло ощущение, что поверженный монстр совещался сам с собой. – Но нам нужен нормальный диалог. Ладно, сменим обстановку.

Вдруг все заволокло плотным туманом, а потом пала непроницаемая тьма. Секундой спустя яркий свет заставил Карвера зажмуриться. Проморгавшись, он с удивлением увидел себя… сидящим в дешевом кафе. Обстановка казалась знакомой. На столике перед ним, испуская ароматный пар, стояла чашка чая, а рядом разместилась вазочка с пирожными. Напротив сидела та самая блондинка, которая так жестко отшила Роя. Девушка пристально глядела на него, поигрывая золотыми прядями, и мило улыбалась.

Черт, ведь именно так проходило то провальное свидание! Неужели судьба дала второй шанс? Боги услышали мольбу человека вернуться назад и переиграть все заново?

В груди заболело так, словно под ребра вонзили длинную иглу, и Карвер поморщился. Ему хотелось столько высказать, вскочить, схватить блондинку за руки, может, целовать ее изящные пальчики, но… он быстро вспомнил, что произошло за несколько секунд до этого.

«Сон, просто сон, – сказал себе Рой. – Я должен следовать за сюжетом и быть готовым ко всему. Надо найти ту ловушку, куда угодили мои подчиненные».

Вслух же, затравленно озираясь, он пробормотал другое:

– Ой, где это я? Куда эта… ну та тварь… в общем, Элеонора делась?

– В портовом кафе, – отозвалась блондинка. – Судя по данным из вашей памяти, такая обстановка вызывает у вас сильные эмоции. Вроде бы… – блондинка задумчиво нахмурилась, – вы хотели совокупиться с этой самкой. Можно реализовать это желание, чтобы вы расслабились. Нет нужды торопиться с переговорами.

На мгновение сердце Роя радостно стукнуло, кровь быстрее заструилась по венам, но потом… он мелко задрожал, на спине выступил ледяной пот.

«Ага, это все тот же сон и мне из него никак не вырваться, – остановил он себя, набирая полную грудь воздуха и задерживая дыхание. – А передо мной та же тварь, хотя и выглядит по-другому».

Конечно, покувыркаться с королевой его грез было бы совсем неплохо. В принципе. Однако Карвер живо представил, как в самый острый момент у нее из боков вырастают колючие щупальца и начинают его душить… в смысле, ласкать. Говорят, нынче в виртуальной реальности любовники могли вытворять штуки и похлеще, но Рой для такого был слишком консервативен. Тем более, одно дело – развлекаться дома, и совсем другое – довериться неизвестно чему, болтаясь внутри утлой посудины посреди холодной пустоты. Ох-х… в животе болезненно заурчало. Почудилось, будто под кожей извивались то ли черви, то ли слизни.

«Так, успокойся. Помнишь, как ты нашинковал эту гадость? Вот и расслабься. Во сне бывает что угодно, а потому лучше разберись, что нужно этой заразе».

Карвер кое-как взял себя в руки. Он вспомнил еще кое-что с тех занятий в летном училище. Иногда подсознание пытается через сны достучаться до человека, потому важно понять смысл различных символов и образов. Значит, надо идти вслед за ними, искать ключ к решению своих проблем. То есть, если с тобой заговорили – отвечай. Так можно освободиться от пут кошмара, а может и стать сильнее в реальной жизни. Если начнутся проблемы, он снова может взять режиссуру этого фильма в свои руки.

– Мне и в кафе хорошо, – сглотнув, решительно заявил Рой. – А близость с женщиной приятнее всего, когда ее добился сам. Так о чем вы хотели поговорить? И что вы такое? Мне важно получше узнать партнера.

Блондинка осклабилась. Ее зубы были идеальны, как две нитки крупных жемчужин, но сейчас этот оскал нагонял жуть. Аллигатор, который разнежился на солнышке.

– О, интересно. Надо было сразу за вас браться, а то от ваших товарищей толку никакого. Но поди разберись, что делать, когда впервые общаешься с абсолютно незнакомыми существами. Мы и не знали даже, что тела на основе белков могут обладать сложной психикой, иметь культуру и прочее. Так что не обижайтесь, если я вдруг выкину что-то странное. Ваше поведение, мимика и жесты нам не особо понятны. Впрочем… попадались нам похожие и раньше. Но мы считали их досадной помехой и раз за разом вычищали галактику.

Карвер заерзал на стуле. Он мало что понял, но все равно обидно, когда о тебе говорят как о букашке. Особенно если такое говорит химера из дурацкого сна. Заметив его реакцию, блондинка на некоторое время замолчала. Подперев щеку кулаком, она рассеяно глядела на визави. Эти большие глаза были бездонными и чистыми, как степное небо в июле. Рой не смог бы объяснить, но четко понял: человек так смотреть не может.

– Зайдем с другой стороны. Вы ведь интересовались кристаллом в системе белого карлика? Так вот, это непросто кусок какого-то неизвестного вам материала. Как бы объяснить… Он – один из узлов в нашей сети, ретрансляционная станция. По всей галактике их разбросано немало, только вероятность наткнуться на подобное ничтожно мала. Слишком велик космос, да и обычно эти узлы недоступны для наблюдения. Почему? Они могут находиться внутри планет и астероидов, даже звезд, представлять собой облака пыли или ядра небесных тел.

– Постойте, – с сомнением прищурившись, перебил Рой, – выходит, это как наш Интернет? А кто такое сделал? Хотите сказать, я подключился к инопланетной сети?

– Не совсем так. Эти кристаллы – остатки изначальной материи, первого, что родилось в пламени Большого взрыва. Большая ее часть преобразовалась во что-то другое, но некоторые фрагменты сохранились. Они тоже менялись, но на информационном уровне. Обрели то, что вы называете разумом, а потом наладили контакт между собой. Так и родились мы – чистое сознание, единое информационное поле, охватывающее всю галактику. Впрочем, думаю и в других частях вселенной есть похожие структуры, только расстояние мешает нам дотянуться до них.

– Ничего себе! Цивилизация мыслящих камней! – воскликнул пораженный Карвер и присвистнул.

– Наша сеть существовала миллиарды ваших лет, мало обращая внимание на то, что происходило вокруг. Где-то копошились некие существа, но мы не обращали на них внимания. Нам было неплохо и в своем обществе. Впрочем, рано или поздно мелюзга подбиралась слишком близко, и потому мы от нее избавлялись. Скажем так, вспышка – и все клопы дохнут, даже следов не остается. Однако… со временем все наскучивает. Чем бы еще скрасить бессчетную череду лет?

Блондинка вдруг вытаращилась, растопырив пальцы, и Карвер нервно вздрогнул.

«А, это она наверно как раз с реакцией на слова чего-то напутала», – торопливо объяснил он себе, хотя в животе все равно противно заурчало.

«Ага, конечно. Я бывало кекс куплю, в холодильник брошу, а потом забуду. На нем плесень вырастает. Жалко выбрасывать, срежешь ее и в мусор. Даже в голову не придет, что она жить хочет».

Он по-новому взглянул на блондинку. Наверно, так муравей смотрит на человека, толком не понимая, что это такое, но ощущая неясную угрозу. Можно, конечно, куснуть, но толку-то?

А блондинка, глотнув чаю и зачем-то с силой поскребя столешницу – на той остались заметные борозды, – продолжила:

– И вот – новая встреча. Она во многом случайна. Раньше этот узел находился в недрах звезды, но взрыв выбросил его наружу. Когда вы начали ковырять кристалл, это привело к возмущению во всей нашей сети. Новое поколение клопов создает проблемы! Как обычно убрать их? Мы думали об этом, но тут возобладало любопытство. Прибить назойливых малявок недолго, но сперва решили их изучить. Неплохой способ развлечь себя. Стали исследовать ваш корабль, присоединяться к вашему разуму. И, кажется, это было не зря! Получили немало данных, и они нас ошеломили! Подумать только, у клопов такое занятное общество, много знаний. Неужели они в чем-то похожи на нас? Стоило изучить находку получше, вот только… Ваши товарищи страдали и выпадали из привычной жизни. Похоже, для более эффективного обмена нужно, чтобы хозяин открыл свободный доступ к информации.

– То есть, вы хотите наладить с людьми что-то вроде дипломатических отношений? А с нашим кораблем и командой что будет? – осторожно спросил Карвер, вглядываясь в прелестные черты собеседницы. Увы, в них сквозила безмятежность, достойная Будды. Поди догадайся, о чем она думает.

– Мы – информационная сущность, для развития нам нужны новые данные. Мы порядком закисли в своей среде и новые впечатления не помешают. Итак, было бы неплохо, чтобы вы открыли доступ к накопителям вашего бортового компьютера и разрешили общаться с теми из команды, кто этого пожелает. В идеале мы бы желали наладить контакт с вашими учеными и центральными хранилищами. Судя по тому, что мы узнали, там много любопытного.

У Карвера голова шла кругом. Встреча с иным, абсолютно чуждым разумом? Да это же мечта человечества! Однако… теперь понятно, почему свидание настолько запоздало и отчего галактика оказалась пустой. Правда теперь эти неизвестно кто предлагали дружбу, но стоило ли им доверять? По их милости оборудование на корабле барахлило, а большая часть команды лежала в отключке. Вдруг эти твари решат просто съесть и переварить человечество: мол, и так данные получим. Или устроят музей вместе с зоопарком. Не хотелось бы остаток жизни просидеть в вольере!

– Ну, не знаю… Конечно, все это выглядит занятно, и за такое открытие нашей команде неплохо заплатят. Впрочем… пока что я видел от вас только гадости, – Рой помедлил, подыскивая красивую отмазку. – У нашей Компании жесткая политика безопасности. С подобным грузом наш корабль ни в один порт не пустят! Да и вдруг мы сами заразились чем-то нехорошим?

– А, понимаю, о чем вы, – блондинка улыбнулась, но только краем рта и тут же погрозила кулаком. – Нам жаль, что попытки сканировать ваше оборудование и отдельных людей привели к неполадкам, но мы не знали, как взяться за дело. Вы – первое существо, с которым удалось наладить нормальный контакт. Только сейчас мы более или менее разобрались, как с вами общаться.

Карвер в ответ угрюмо молчал, скрестив руки на груди. Куда только девалось все вожделение и восхищение? Теперь он глядел на блондинку, как на ядовитого паука.

– В принципе, вы можете просто улететь. Наверняка оказавшись отсюда на большом расстоянии, ваши люди придут в норму. Хотя… у нас тоже есть разные мнения. Мол, если вы уберетесь, то все же лучше вас уничтожить. Все равно проку от вас не вышло. А то прилетят другие, начнутся еще худшие проблемы.

– Это что, угроза?! – в голосе Роя звякнул металл. Он привстал, сжимая кулаки. – Имейте в виду, у нас на борту есть оружие! Если что, мы можем просто испарить этот кристалл!

Вид у Карвера был грозным, но в груди сосала тревога. Он сам себе казался кем-то вроде жука, который встает в угрожающую позу перед человеком. Тому-то прибить насекомое – всего одно движение! Но, как и у жука, у Роя не нашлось идей получше. Ну не переговорщик он, а просто солдат родом из захолустья! Привык с детства: когда слова кончаются, остается только припугнуть. А вот про оружие – блеф. Откуда оно на геологоразведочной платформе? Так, кое-что легкое для самозащиты экипажа. В принципе, можно повернуть к кристаллу маршевые двигатели и включить их на полную, но если эта штука миллиарды лет выдерживала жар звездных недр…

– Успокойтесь, этот вариант нам теперь видится нежелательным. Пожалуй, зря мы так делали и раньше, но многое понимаешь лишь спустя время. Теперь мы бы предпочли взаимовыгодный обмен. Получаем доступ к вашим архивам, а в ответ ваши ученые узнают данные, копившиеся миллиарды лет. Интересное предложение, не так ли?

– Сперва выполните кое-какие условия, – поразмыслив, заявил Рой.

Он развалился на стуле, постаравшись выглядеть барином. Честно говоря, он чувствовал себя, как на хлипком плотике на реке с пираньями, и это было трудно скрыть. Какой все-таки плохой из него актер! Но надо было следовать сценарию: если партнер купился на блеф, время смягчиться и предложить что-нибудь. Впрочем, купился ли? Эх, наверняка его видели насквозь. А что еще можно придумать?

– Во-первых, я просыпаюсь, а все мои товарищи выздоравливают. Ну и неполадки прекращаются. Во-вторых, если вы так много знаете, то наведите нас на парочку богатых месторождений, – Рой сделал паузу, чтобы немного отдышаться, а то сердце того гляди выпрыгнет изо рта. – А как вернемся в порт, вы поможете мне… ну… подружиться с той девчонкой, образ которой сейчас натянули. Вы ведь запросто подключитесь к ее мозгам и выясните, что ей нравится и как к ней подъехать? Идет?

– Что ж, как вам угодно, – блондинка повернула голову на бок и вроде бы улыбнулась, но смотрелось это жутковато.

Рой прикусил губу. Как легко эта тварь согласилась! Ловушка или опять морок? Очнешься – и на тебе дырку от бублика, а то и не проснешься вовсе. Надо бы попросить что-то более простое и осязаемое. Так, чтобы сразу понять: правда или бред.

Рой подался вперед и грубовато ткнул в блондинку пальцем. Его глаза сузились, в них колючими огоньками мерцало подозрение.

– И еще одно. Дайте Элеоноре… ну… шанс.

Вдруг он замялся и покраснел. В голове вертелась куча неприличных слов, и надо было выбрать нечто цензурное. А то мало ли?

– Стать посимпатичнее. И без того на этой посудине тошно, а тут увидишь Гриффит и хоть вой. В фильмах-то медсестры такие, что сразу поднимается… настроение, вы не подумайте чего!

Блондинка состроила совершенно неописуемую мину. Что? Эти неизвестно кто – такие моралисты?

– Всего-то! Стоило ли на вас время тратить? Интересы, как именно у клопов: нагребать ресурсы, поглощать биомассу и размножаться. Как примитивно…

Блондинка пришпилила Роя неприятным взглядом. Такое ощущение, будто капитана пронзили две ледяные иглы и от них во все стороны, раня внутренности, начали разрастаться острые колючки. Но особенно нервировало другое. Уголок пухлых губ чуть покривился, приоткрыв остренькие зубки. Насмешка или жажда крови? Так мальчишка разглядывает жука, решая, то ли подсунуть ему вкусняшку, то ли просто отпустить, то ли лапы оторвать и на булавку насадить.

Сердце с каждой секундой ускоряло бег, вот его удары уже слились в сплошной грохот. Виски пронзила острая боль, желудок скрутило узлом, воздуха не хватало. Плоть трепетала, ожидая, что ее сейчас раздерут по волокнам, а потом сошьют заново, в самого непредставимого монстра. Но вдруг, по ощущению за секунду до того, как в голове что-нибудь должно было разорваться, блондинка издала странный, булькающий звук. Смех?

– Вы такие забавные! Мы даже не думали, что наблюдать за мелкой живностью может быть настолько интересно. Пожалуй, мы пойдем вам навстречу, – вдруг она смолкла, и взгляд снова стал пронзительным. – Но помните! Когда клопы начинают досаждать, вытравить их – минутное дело. Ну и ваша Эленора получит шанс, но разбирается с ним пускай уж сама. Ведь она не бревно, чтоб его обстругивать?

Перед глазами полыхнула яркая вспышка, заставив Карвера зажмуриться. Он быстро заморгал, потряс головой и огляделся по сторонам. Кафе исчезло, блондинка – тоже. Рой сидел в кресле, а перед ним стояла кружка с раскисшими листьями на дне. Подковообразный пульт, бледно-зеленый пластик стен и – серый, под мраморную крошку – пола, монотонное гудение приборов. Привычная до тошноты обстановка командного пункта. Само время, казалось, уснуло, увязло в пропитанном запахами машинного масла и нагретой изоляции воздухе: на таком корыте приходилось экономить на всем, и вентиляция работала на минимуме. Просиди так хоть сотню лет, – не изменится ничего, только будут ползти по экранам линии графиков и высвечиваться строчки отчетов.

«Значит, это и правда был сон. Да, наверно так и начинается космическое безумие. Переутомился в нескончаемом рейсе».

Карвер осторожно ощупал себя. Вдруг где-нибудь выросла чешуя, а ноги обратились щупальцами или чем похуже? Нет, порядок! А что это за странное чувство засосало в груди? Неужели легкое разочарование?

Он взмахнул рукой, и в воздухе развернулся экран с отчетом о состоянии корабля. Все в норме? Нет! Карточка Элеоноры мигала ярко-красным! Быстро открыв канал медсестры, Рой услышал:

– Капитан! Тут… они… – от волнения голос срывался. – Скорее!

«Черт, снова какая-то хрень!» – полыхнуло в голове, и Карвер живо вспомнил превращение Элеоноры в монстра.

Он буквально выпрыгнул из кресла и пулей понесся по коридору. На задворках сознания точилась мысль: а что делать с таким чудищем? За пределами страны снов волшебных мечей нет! Но сейчас он не мог остановиться и подумать. Тело просто не смогло бы оставаться на месте.

– Что стряслось? – выпалил Рой, едва не вырвав автоматическую дверь. – Чудища?!

На полу сидела Элеонора и размазывала по щекам слезы. Ее волосы выбились из прически, глаза покраснели, под ними образовались темные разводы от расплывшейся туши. Карвер поморщился: черт, она и так-то крокодил, а теперь медсестрой можно было пугать детей. Мол, не шали, а то нечисть утащит!

Элеонора подняла глаза на вошедшего, сняла очки и близоруко прищурилась.

– Капитан, - выдохнула она. – Я сидела здесь и работала. Пыталась понять, что случилось с экипажем, и вдруг… Наверно, отрубилась. Я блуждала по темному лесу, и меня преследовала тьма. Из нее рождались монстры, я убегала, но не могла скрыться. А потом меня поймали, – тут ее голос сорвался и она принялась всхлипывать. – Разные чудища терзали меня. Это было настолько ужасно… В какой-то момент я снова оказалась в лазарете, но до сих пор не могу понять, мерещилось это или было на самом деле.

«Нечисть не могла найти кого-то получше такой уродины?» – подумал Рой с раздражением.

Карвер опустился на корточки рядом с Элеонорой, и, крепко взяв ее за плечи, заглянул в глаза. В них – вытаращенных и полных слез – метался безумный огонек.

– Мне тоже чудилась разная хрень, но мы все еще на корабле и живы. А значит, можем отсюда выбраться. Дышите глубоко и успокойтесь. Не может такого быть, чтобы у двоих людей глюки были одновременно, так?

– У троих, – раздался слева густой бас.

Рой обернулся и вздрогнул, как будто увидел призрака. На кушетке, оперевшись на локоть как патриций на пиру, устроился Елизаров. Поглаживая бороду, он внимательно рассматривал Элеонору, и на его суровом лице читалась растерянность.

– Вы очнулись? Давно? Что с вами произошло?

– Да сам не понял, – бородач пожал плечами. – В оборудовании копался, а потом вроде как сморило. Хотел пойти вздремнуть, а дальше… – он замялся и вдруг густо покраснел, – поди разбери. Снилось всякое. И рассказать стыдно. А потом вдруг вопли, плач. Открыл глаза и вижу вас двоих на полу. Вы тут шашни водите, пока другие спят? – он хохотнул.

«Юморист чертов», – проворчал про себя Карвер и довольно неласково отпихнул Элеонору, которая начала жаться к нему.

В лазарете становилось оживленно. Тут – вздохи и сопение, там – растерянное бормотание на незнакомом языке, к этому всему добавился тонкий вскрик. Остальные члены команды заворочались, начали осматриваться, щурясь и моргая. Вид у них был растерянный, даже испуганный.

Карвер первым взял себя в руки и велел Элеоноре:

– Хватит рассиживаться! Кажется, больные очнулись. Осмотрите их, анализы сделайте. Вдруг помощь нужна? За работой сами скорее в себя придете. Что случилось, пускай потом на базе разбираются, но главное – мы все живы!

Гриффит вытерла лицо и засуетилась. Выгребла из шкафов какие-то приборчики и баночки, забегала с ними от одного больного к другому. Ее движения были дергаными, неуклюжими, она постоянно спотыкалась и пару раз едва не упала. Казалось, ей трудно было совладать со своим телом, да и голос ее звучал неестественно, она то и дело шмыгала носом. Похоже, сказывались последствия слишком реалистичных кошмаров.

Тут перед глазами Карвера вспыхнул сигнал о нескольких новых сообщениях. Развернув список и начав читать, он даже присвистнул. Бегло просмотрев все, он едва сдержал рвущееся наружу волнение.

– В чем дело, кэп? – насторожился Елизаров. – Новые проблемы?

– Нет, все отлично! – нервно отозвался Рой.

Сознание пока отказывалось верить, но тело уже распирало. Рассмеяться в голос, спеть песню или пуститься в пляс? Подошло бы все сразу. Три планетных огарка, вращавшихся вокруг белого карлика, оказались просто забиты рудой. А среди пояса астероидов, который плотной вуалью укутал систему, нашлось немало глыб из чистого золота, серебра, платины, титана… Да чего тут только не было! Это прямо происки нечистой силы: будто долго ходил по лесу, не нашел ни одного гриба и вдруг чуть не споткнулся о целую семью огромных боровиков. Вот и здесь их команда несколько раз без толку обшарила систему, а тут – такой сюрприз!

«А ведь наша красотуля получила шанс, и существо держит слово», – отметил Рой про себя, а вслух объявил:

– Мы сорвали большой куш, господа! –заметив растерянный взгляд Элеоноры, он добавил: – Наконец-то пришьете себе симпатичную мордашку и обвес получше, а то глянешь на вас и тоска берет!

Не обратив внимания на недовольный возглас Гриффит, Карвер поскорее выскользнул из лазарета. Капитан обязан держать себя в руках, особенно сейчас. Лишь завернув в рекреацию, он смог расслабиться. А потом, набрав полную грудь воздуха, испустил победный клич и крепко сжал руку в кулак.

«Наконец-то! Удача на моей стороне! Скорее возвращаемся в порт, и там все толком зарегистрируем. Отдам все долги, съеду к чертовой матери из своей конуры. Я на курорте виллу куплю! И… – он помедлил, и по его лицу расплылось такое мечтательное выражение, как у кота, который слопал целую банку сметаны, – еще раз подкачу к той блондиночке. Пусть только попробует отказать! Да на меня бабы как мухи слетятся! Нет… хватит себя опускать. Как пчелы!»

Он заторопился было на командный пункт, но вдруг прямо в голове прозвучал голос. Зычный, громкий и абсолютно нечеловеческий:

«Ну-ну, полегче, господин Карвер. Это лишь аванс, знак нашей доброй воли. Но теперь и вы обязаны выполнить свою часть договора. Мы можем сотворить с материей многое, но никто не станет тратить энергию попусту. Понимаете, что это значит? В интересах людей не разочаровать нас или мы придумаем вам лучшее применение. Может, не убьем, но пересоберем».

Восторг как ветром сдуло, и силы улетучились, словно воздух из пробитого шарика. Ноги перестали держать, и Рой едва доковылял до скамейки под пальмой в кадке. Он уронил голову на руки, и мрачно уставился в пол. В груди засосало противное, жутковатое чувство. Так бывало в детстве, когда на спор проглотил гусеницу, а потом мерещится, будто она ворочается в животе. Тут и становится совсем невесело. Вдруг вылезет? Куда ее вообще понесет в твоем нутре? А если она кусачая и ядовитая?

Человечество… Бестолковое, погрязшее в войнах, социальных проблемах и разных непотребствах. Скопище болванов, которые зачастую ведут себя глупее клопа и сами разрушают мир, где живут. Что оно может предложить существам, которые живут миллиарды лет? Отдельные люди достигли многого, но не покажутся ли их творения чем-то вроде детской поделки – корявой и смешной? Теперь ясно, почему галактика пуста: другие не выдержали экзамен у такого судии. Пришел черед и людей?

– Черт, не подписал ли я нам всем приговор? – тяжело вздохнул Карвер. – Или это наша судьба? Так нам и надо?