Заслужи место на небесах
Под утро ему снова явилась Мариса, окутанная зеленым сиянием. Наверное, потому что он опять заснул с нейро-пиявкой на виске, без сил свалившись на продавленный диван рядом с рабочим столом. Прошёл почти год, как хакерское гнездо Марисы накрыли Устранители, а он всё продолжает вспоминать её. Гибкая фигура, одетая только в зеленый свет, приблизилась, наклонилась к самому уху и тепло выдохнула его имя:
- Захар…
Свои фиолетовые дреды Мариса обычно собирала в высокий пучок. Но сейчас она неуловимым движением вытащила заколку из причёски, и пряди волос, словно призрачные змеи, легли на её плечи и спину. Продолжая что-то шептать, она перекинула через него одну ногу, и Захар, сходивший с ума от её дыхания, щекотавшего ему шею, скинул на пол плед и спустил ниже одежду, открываясь самым желанным прикосновениям.
Мариса устроилась поудобнее и мягко качнулась вперед. Захар задержал дыхание, чтобы продлить этот миг, и попытался ухватить её за ягодицы.
Писк дверного датчика и шелест двери, уползающей в сторону, разрушили сон, и руки Захара прошли сквозь туманный образ Марисы.
- В рот твои небеса! – воскликнул с порога Григóр, отворачиваясь и вытягивая перед собой растопыренную пятерню. – Прикрывайся, по-братски тебя прошу! Или штаны надевай, не один тут живёшь! – он поморщился и брезгливо дёрнул мощными плечами, которые едва проходили в узкий дверной проём.
Захар безуспешно попытался удержать в памяти стройную фигурку в зелёном ореоле, но свет из открытой двери разрушил магию. Захар шумно выдохнул и опустил руку, нащупывая на полу сброшенный плед. Григор глянул сквозь пальцы, проверяя вид старшего брата, и проворчал:
- Что, пирсинг навтыкал в непотребные места, теперь больно трусы носить?
Захар криво ухмыльнулся и сел. Потащил на себя плед, чтоб прикрыться. Синтетическая ткань затрещала статикой, неприятно кольнув голую кожу.
- Отвали, - беззлобно сказал он.
- Харе спать! Ты наш мозговой центр, - с напором сказал Григор, подошел к столу и вывел ноутбук из спящего режима. – Ты же сам согласился подсадить себе в мозг наноботов и после этого даже не сдох. Мы столько крипты спустили на них, пусть окупают себя! Доломал вчера защиту?
- Это центральное цифровое хранилище Гигаполиса, - Захар встал, подтянул штаны и застегнул ремень. В отличие от брата-качка, он был худой и жилистый. – Тут работы еще на несколько недель. Ассиметричный протокол шифрования, динамическая смена ключей, - он подошел к столу и недовольно посмотрел на заставку монитора – восьмиугольная звезда, словно составленная из четырех неоновых букв «М», расположенных под прямым углом. На выбритом затылке Григора, который наклонился над клавиатурой, набирая пароль, красовалась такая же татуировка. После смерти родителей они с братом сделали одинаковые тату на затылке – четыре М, семья Маркиных навсегда вместе. Только Захар потом отрастил волосы, так что его знак оставался скрытым.
- Так работай, браток! – сказал Григор, выпрямляясь. – Меня Стальные Кулаки на счётчик грозились поставить, мне крипта как воздух нужна. Сам понимаешь, если я не отдам, меня в расход пустят, а с тебя остатки всё равно спросят. - Он поскрёб волосатую грудь под майкой, и задумчиво перечислил: – Печень у меня за двадцать лет пивом посажена, лёгкие от вейпа забиты. Только почки да сердце можно продать, наверное.
- Ещё глаза, - равнодушно сказал Захар, садясь за ноутбук.
- Да едрит твою конём, - в сердцах воскликнул Григор и, махнув рукой, пошел к дверям, - брат называется. Лучше б свой пирсинг продал, титан сейчас по выгодному курсу идёт.
- Не я со Стальными Кулаками в покер на крипту играю, - в спину ему крикнул Захар. – Все знают, что у половины их банды датчики вшиты в пальцы, а у второй половины – встроены в протезы! – он прислушался, но ответа не дождался. – И кстати, признайся наконец, что это ты оформил «посмертие» для аккаунта Марисы! Моя пиявка постоянно ловит её сигнал.
- Зачем мне тратиться на нейросетку, которая от имени мёртвой девки будет постить в соцсетях? – издалека ответил младший брат. – Тем более девка была не моя и никогда мне не нравилась, - судя по звукам, Григор достал из холодильника и открыл очередную банку пива.
Заставка ноута сменилась строками кода, оформленными под ретро – зелёные рубленные буквы на чёрном фоне. Зелёное свечение напомнило Захару Марису. Её шёпот был такой сладкий и такой… странный. Захар нахмурился и напряг память: кроме имени она говорила что-то про взлом кода. Не самое романтичное в тот момент, поэтому он больше слушал голос, чем вникал в смысл её слов.
Подключив тонкий кабель, выходящий из нейро-пиявки на виске, к разъему ноута, Захар пролистал папки своей памяти. В нужном моменте не было видео – конечно, ведь глаза его были закрыты, а грёзы пиявка не фиксирует, только импульсы с нервных окончаний. Зато там лежал текстовый файл, словно Захар чётко сформулировал каждое слово и велел сознанию сохранить текст. Такого раньше не случалось. Он слышал, что некоторые владельцы пиявок используют их вместо диктофона или клавиатуры, записывая свои мысли. Но для этого нужно иметь определенный навык, потому что поток сознания обычного человека – это размытые мысли обо всём и ни о чём.
***
Год назад, когда Мариса попалась Устранителям, у Захара осталась часть её вещей. Перебирая их, он нашёл футляр со спящей пиявкой – подруга не пожалела крипты и перестраховалась, купив запасную. Вообще квазиживые пиявки считались вечными, но иногда по непонятным причинам переставали работать. Недолго думая, Захар спиратил учебники по последним языкам программирования и уговорил брата потрать их общий запас крипты на мозговых наноботов. Его не смущало, что вероятность выжить и остаться в здравом уме для тех, кто подсаживал этих ботов, - пятьдесят на пятьдесят.
Наноботы были давней разработкой – предполагалось использовать их для пожилых людей, чтобы укрепить нейронные связи, которые со временем слабеют. Однако электрические импульсы ботов, которые ускоряли поступление сигналов в нужные части мозга, почти не поддавались калибровке. Первые испытуемые умирали от инсультов, от отёка мозга или теряли рассудок из-за разрушенных нейронных связей. Изобретение нейро-пиявки снизило вероятность отторжения наноботов, но риск оставался высоким.
Квазиживая пиявка вступала в технологический симбиоз с наноботами и могла контролировать их работу. Кроме того, оказалось, что пиявка может переводить сигналы мозга в машиночитаемый вид. Видео и аудио записывается в неизменном виде, при этом длительность сохраняемого промежутка можно задать в настройках.
Пожилые не спешили использовать новое изобретение, а вот хакеры быстро приспособились – четкие команды можно было передавать с пиявки на ноут буквально со скоростью мысли. Фантомные сигналы, которые выдает воображение, пиявка обычно не обрабатывала.
Захар всегда восхищался, как Мариса, подсоединив провод от пиявки к ноуту, ловко справляется с бегущими по экрану цифрами и буквами, взламывая общественные криптоматы через вай-фай. Точнее, справлялась.
Его устраивала их совместная жизнь – он немного зарабатывал на татуировках и пирсинге, она – мелким хакерством. Через пару месяцев отношений он серьёзно предложил ей сделать заявку в муниципальное отделение «Ребенок в пробирке» и сдать свои половые клетки. Но оказалось, что Мариса сдвинута на реальности. Выслушав его сбивчивую речь, она нервно начала теребить своё правое ухо, унизанное десятком колечек – она всегда так делала, когда что-нибудь обдумывала. А потом вдруг сказала, что хочет родить естественным образом.
Они тогда впервые крупно поссорились.
Разрешение на беременность выдавали только тем, кто жил на «Небесах», - на верхних этажах небоскрёбов в центре Гигаполиса. Это были лучшие люди, которые получили (или имели с рождения) привилегию смотреть в настоящее окно, есть настоящую еду и заводить детей по-настоящему. Остальные горожане жили в бетонных коробках, ели сублиматы из сверчковой муки и пили водопроводную воду, густо сдобренную гормонами, которые предотвращали любую беременность – желательную или нежелательную.
Если пара хотела здоровое потомство, в муниципальной лаборатории из искусственно оплодотворенной яйцеклетки выращивали младенца, потом до годовалого возраста он находился в общественных яслях, получая ударную дозу прививок, и, если выживал, его выдавали счастливым родителям. Что происходило с погибшими, никто не знал. По закону бесплатно можно было сделать три попытки получить ребёнка из пробирки.
Ровесники Захара не заморачивались продолжением рода, поэтому он только по слухам знал обо всём этом. Их с Григором семья была в какой-то степени уникальной – редко кто подавал заявку на второго ребёнка, слишком много крипты уходило на одежду и еду. Захар хорошо помнил, как отец скачал пакет обучающих программ для первого класса и грустно сказал, что на среднюю школу им не хватит. А через пару дней в доме появился младший брат. Бесплатные четыре класса Захар отучился легко, и мама надеялась, что его зачислят в пятый по квоте для одаренных, но в том году квоту отменили, и желанная ссылка на бесплатное скачивание и подключение к онлайн обучению к ним не пришла.
В воровскую компанию будущей банды Стальных Кулаков он не вписался, так что пришлось искать подработку. Более зажиточные семьи со средних этажей платили за репетиторство и присмотр, так что Захар подключался онлайн, а иногда даже приходил лично и помогал мелкоте с арифметикой и чтением.
Ему нравилось узнавать новое. Но информация из учебников, закачанных с пиратских ресурсов, с трудом укладывалась в голове. Нужен был наставник. Или мозговые наноботы, ускоряющие работу мысли, в комплекте с нейро-пиявкой. Но стоил такой набор больше, чем легальная учёба в средней и старшей школе, к тому же оставался риск неудачной подсадки ботов.
Оставив надежду на престижную профессию, которую с четырьмя классами точно не получишь, Захар подался в ученики к тату-мастеру из соседнего небоскрёба.
Основное время жители Гигаполиса проводили внутри громадных по площади и высоте зданий, каждое из которых было словно маленький город – тут были жилые этажи и общественные, со своими магазинами, спортплощадками, ночными клубами и, конечно, отделениями Устранителей и муниципалитета. Помещения в центре здания были без окон, но для нижних этажей это был плюс – не нужно переживать, что с улицы кто-то влезет или запустит дрон.
Доходы Захара не позволяли практически ничего, только снимать крохотную комнату без окон на нижних этажах и получать социальный паёк – бесплатный и безвкусный.
После их разговора и ссоры Мариса решила перейти от мелкого хакерства к крупному ограблению. Или к подмене документов, чтобы получить статус «небожителя». Захар так и не узнал её планов – она несколько дней не появлялась в их общем жилище, а потом новостной канал сообщил, что Устранители во время очередного рейда накрыли гнездо хакеров. В бегущей строке было имя его девушки.
Позже, увидев среди вещей Марисы пиявку, он испытал забытую жажду новой информации, и пообещал Григору стать хакером не хуже Марисы, если ему оплатят подсадку наноботов. Правда, пока теории из электронных книг не хватало, чтобы ломануть что-то серьёзней общественного криптомата или электросамокатов.
***
Гадать, откуда взялся текст в папках памяти, было бесполезно, так что хакер-самоучка открыл файл и прочёл: «Захар! Коды текут по оптоволокну, туда пиявке не пролезть, ей нужен холод, чтобы прогрызть окошко».
- Эпические небеса, - ошарашенно протянул Захар. – Откуда это?
- Что там? – из кухни вернулся Григор и включил на стеновой панели имитацию окна, выходящего на солнечный луг. Полумрак в комнате рассеялся, но от этого пространства как будто стало ещё меньше. Здоровяк потыкал в сенсорный экранчик на стене и со вздохом отметил: - Запахи не оплачены. Что ж, хотя бы вентиляцию тебе включу.
Тихо загудела вытяжка. Захар, ни на что не обращая внимания, стучал по клавишам ноута. Благодаря подсказке – неважно, из подсознания или от фантома Марисы – у него появилась идея.
***
Модификация настроек наноботов была готова к следующему вечеру. Ломать хранилище решили из кофе-шопа на нижнем этаже – там в дальнем углу был столик, рядом с которым отвалилось пластиковое стеновое покрытие. Если присмотреться, почти возле пола из бетона выступал кабель-канал, через который пролегало сетевое оптоволокно и электропроводка гигантского здания.
Заняв нужный столик в углу, Григор, опустив руку, обрызгал пластик кабель-канала жидким азотом из баллончика, замаскированного под краску для граффити. Ставший хрупким пластик он сломал несколькими пинками. Открылась мешанина проводов, среди которых заметно выделялся толстый оптоволоконный кабель.
Захар поставил на столик ноут, аккуратно разделил на две веточки провод, идущий от пиявки на виске, и подключил одну веточку к ноуту, а вторую вытянул, как расплавленный сыр, наклонился и приложил к нужному кабелю. После чего закрыл глаза и сосредоточился на танцующих искрах под веками.
Постепенно хаотичные световые сигналы собрались перед его мысленным взором в пучок, а затем сжались в точку. Из точки, словно из пушки, расположенной вдалеке, в Захара выстрелила и понеслась, увеличиваясь в размерах, вертикальная линия, размытая по краям. Следом за ней горизонтальная, косая, снова горизонтальная. Линии света ускорили бег, они накладывались друг на друга, и в результате слились в ровный белый круг, который чуть подрагивал, как живой.
- Давай, - скомандовал Захар с закрытыми глазами и услышал шипение баллончика – Григор дополнительно охлаждал оптоволокно.
Захар наблюдал за тем, как дрожание светящегося круга усиливается, и он приобретает объем, заполняя пространство. Словно кто-то надувал шарик или мыльный пузырь прямо перед хакером. Стенки пузыря расширились, прошли мимо и скрылись за спиной.
- Я внутри, - сказал Захар, по-прежнему не открывая глаз. Он словно поплыл по цифровому течению, периодически выглядывая в реальный мир через камеры видеонаблюдения: коридор рядом с кофе-шопом, магазин одежды, площадь возле лифтовых шахт, потом вверх через несколько этажей, свернуть мимо зоны отдыха с лавочками и вот вывеска «Криптобанк Надежность». Захар упивался этим путешествием. Такого не описывала ни одна инструкция по использованию наноботов, их стандартная прошивка была рассчитана только на вывод информации через пиявку.
Григор проник внутрь цифрового хранилища, не ломая код: он трансформировал электрические сигналы своего мозга в оптические и стал для системы одной из многих переменных. Он словно стоял возле общественного криптомата, на экране которого нужно было ввести нужную сумму и номер счета. Руки его, лежащие на клавиатуре ноута, вслепую напечатали несколько строк.
– Перевёл. Проверяй, - безжизненным голосом велел он брату и замер.
Шорох, треск и сдавленный возглас Григора. Что-то пошло не так. Надо было выходить. Захар мысленно отступил за пределы раздутого шара и открыл глаза. Рядом с их столиком стояли несколько человек. Свет падал на них сзади, отчего лица невозможно было различить. Григор сидел, привалившись спиной к стене, глаза его были закрыты, а баллончик с жидким азотом валялся рядом.
- Молодец, справился, - сказал незнакомый голос и Захар, получив разряд электрошокера в шею, осел рядом с братом.
***
И снова Мариса шептала ему на ухо, гладила по волосам и целовала горячими губами. Жаль, что эти сны так достоверны – до дрожи в пальцах и до мокрых дорожек из глаз. Лучше бы он её забыл.
Захар пришёл в себя в незнакомом помещении. Он лежал на кушетке в центре пустой комнаты, стеновая панель показывала чистое голубое небо. Неудавшийся хакер сел и зашипел сквозь зубы – боль стрельнула в висок и в шею. Он тронул голову – пиявки не было, только крошечное отверстие, через которое она коннектилась с наноботами.
За спиной открылась дверь. Захар обернулся и встретился взглядом с высоким седым мужчиной, одетым в светло-серый костюм и чёрную рубашку. Пружинистым шагом мужчина обошел кушетку, встал, скрестив руки на груди, и сказал:
- Захар Маркин.
Тон его не был вопросительным, он фиксировал факт. Поэтому Захар не шелохнулся – не стал кивать, протягивать руку для приветствия, даже бровью не повёл. Он разглядывая собеседника: лицо почти без морщин, серые глаза в тон костюма, волосы зачёсаны назад, высокий лоб. Мужчина так же внимательно разглядывал его, задерживая взгляд на кривой переносице (после перелома неудачно срослась), на темных волосах с зелёной чёлкой и на кольцах пирсинга в ушах и в носу. Наконец взглянул прямо в карие, почти чёрные глаза Захара.
- Вы оправдали ожидания, - сказал мужчина. – Поздравляю.
Он кивнул кому-то позади Захара, и тот снова обернулся, услышав лёгкие шаги. От двери к нему шла Мариса, одетая в простое белое платье до колен. Живая. Только причёска изменилась – дреды уступили место прямым фиолетовым волосам чуть ниже шеи. Она слабо улыбнулась и сказала:
- Захар Маркин, теперь ты «небожитель». Пойдем, я тебе всё покажу.
- Где мой брат? – хмуро спросил Захар, не двигаясь с места. – Где Григор Маркин?
- Там, где ты его видел последний раз, - ответила Мариса. – Не переживай, ему ничего не будет за попытку ограбить криптобанк. Мы позаботились об этом.
- А «мы» - это кто? – уточнил Захар.
- Или это было поспешное решение? – невпопад сказал седой мужчина, задумчиво постукивая себя пальцем по подбородку. – Он не выглядит особо умным, дорогуша.
- Это он из-за шока, то есть из-за шокера, - поспешно ответила Мариса и схватила Захара за руку. – Пойдем, пожалуйста, - в голосе её слышалось напряжение.
Он неохотно поплёлся за ней следом. Едва они вышли из комнаты в просторный коридор со светлыми стенами, Мариса прильнула к нему и прерывисто вздохнула:
- Наконец-то! Как же я рада, что ты здесь! – не чувствуя ответных объятий, она шутливо стукнула его кулачком в грудь: – Ну, ты чего? Это же я!
Захар заторможено посмотрел на девушку и повторил:
- Где мой брат?
- Мы его вытащим, - шепнула Мариса ему на ухо, - как я тебя вытащила. Только это дело не быстрое. Пока не знаю, какой его талант можно использовать, чтобы получить статус «небожителя». – Она потянула его по коридору: - Пойдем подальше от лишних ушей.
Они пришли в комнату с широкими окнами. Настоящими окнами! Захар не мог поверить, что синее небо – это не трансляция, а реальный вид с верхнего этажа. Он остановился, привалившись плечом к стене у окна. Облака плыли далеко внизу, он смотрел на них и не мог насмотреться.
- Правда, здорово? – Мариса закружилась по комнате и остановилась рядом с ним, прильнув всем телом.
Ощутив её живое тепло, он наконец-то сбросил оцепенение, и обнял девушку, проводя руками от талии ниже.
- Пойдем в душ, - шепнула она, выскользнула из его рук и, отступив на шаг, стянула через голову платье. Оставшись в тонких белых трусиках, она поманила его пальцем к дальней двери.
За дверью оказалась комната, с потолка которой, как дождь, лилась чистая вода. Скинув одежду, Захар последовал за ней. Наконец-то сны стали реальностью, и теперь он может ощущать гладкость её кожи и мягкость её губ.
- Я так скучала, - выдохнула она, прервав долгий поцелуй.
Освободив Марису от последнего ненужного кусочка ткани, он заново исследовал самые чувствительные места на её теле, – руками, губами, языком. Её ответные ласки сбивали ему дыхание, и он, больше не сдерживая желание, проник в самую глубину нежности.
***
Позже, когда они лежали на широкой кровати, Мариса рассказала, что произошло год назад:
- Мы тогда вчетвером придумали хитрую схему взлома, такого до нас никто не делал. Поэтому Устранители не стали нас убивать, а привели сюда. Карлос, он тут главный, ты его сегодня видел, поговорил с каждым отдельно и всё объяснил. На «Небесах» живут люди, которые двигают прогресс и помогают налаживать жизнь Гигаполиса. Здесь обучают инженеров, программеров, медиков – всех и не упомнишь. Но детей здесь рождается мало, поэтому сюда можно попасть с нижних этажей, если у тебя есть какой-то нужный талант, – она подняла голову с груди Захара и посмотрела ему в лицо. – Тут все из нашего хакерского гнезда: и Семён, и Валькирия, и Костя, представляешь?
- Я думал, вас на органы пустили, - сказал Захар и коснулся её волос. – Думал, ты умерла.
- Для остальных так и есть. Нам запрещено выходить на связь с нижними этажами, для них мы мертвы. Но на самом деле у нас началась новая жизнь, когда нас взяли в «небожители».
- И как же вы, хакеры, налаживаете жизнь Гигаполиса? – скептически спросил Захар.
Мариса не заметила сарказма в его голосе и с готовностью ответила:
- Сначала мы все с кодами работали, ту дыру в защите закрывали, через которую сами же хотели прорваться. Но потом ребята обучились на другие специальности, с наноботами это быстро. Я продолжаю программером работать, ищу уязвимости в сети. Одну не стала исправлять, чтобы тебя вытащить, - она ласково погладила Захара по щеке. – Подсказки через пиявку потихоньку скидывала, когда ты её подключил. Ты долго соображал, но всё-таки догадался переделать прошивку ботов и использовать охлаждение.
- Значит, это было не озарение, - сказал Захар. – Понятно. А остальные что?
- Семён обучился на биохимика, сейчас как раз какие-то лекарства тестирует. А про Костю с Валькирией не знаю точно, они в другой небоскрёб переехали. Точнее, перелетели. Тут есть вертолётная площадка на крыше, представляешь? В общем, у них там разногласия были с Карлосом, а в соседнем здании свой куратор, так что они оформились туда. Вроде работа у них с протезами связана.
- И что, теперь я тоже тут буду работать?
- Ну да, тут дальше по коридору зона программистов, попозже сходим, и тебе всё расскажут. А через год второго ребенка заведём! – воскликнула Мариса. – Я так мечтала об этом!
- Подожди, почему второго? – нахмурился он.
Она замялась. Потом села на кровати, повернувшись к нему спиной, и ответила:
- Потому что первый родится через полгода.
Захар приподнялся на локтях и переспросил:
- В смысле из пробирки? А чьи клетки… Кто отец?
Она помотала головой и прикоснулась к своему животу:
- Я же говорила, что не хочу ребенка из пробирки.
Он нервно вскочил с кровати и, сжимая кулаки, повторил:
- Кто отец?
- Карлос, - ответила она, по-прежнему сидя спиной к нему. – Я не знала, получится у тебя или нет…
- В рот твои небеса! – сквозь зубы сказал Захар и огляделся в поисках одежды. Подобрал на середине комнаты штаны, резкими движениями натянул их. Потом поднял белое платье и кинул на кровать рядом с девушкой. – Спасибо, конечно, что вытащила меня сюда. Только пока я там, внизу, тебя мёртвой считал, ты знала, что я жив, но трахалась с другим за возможность вкусно жрать и смотреть в окно!
- Всё не так, - сказала Мариса. – Карлос был очень рад, что я хочу ребёнка. Он так заботился обо мне, пока у меня восстанавливался гормональный уровень. И поддерживал после неудачных попыток.
- Так там ещё и несколько попыток было? – Захар задохнулся от возмущения.
- Это не то… - попыталась возразить девушка, но он резко махнул рукой, не желая слушать.
Помолчав, язвительно спросил:
- А работа твоя тоже на благо Карлоса? Те, кто внизу, никогда не смогут использовать ни лекарства, ни протезы, которые тут делают! У них нет на это крипты, как у моих родителей не было, которых после той аварии не спасли! А как мы с тобой жили, ты разве не помнишь?
- Помню, - согласилась она, надевая платье и вставая, - но мы смогли вырваться, Захар! Зачем жалеть неудачников, которые остались внизу?
Он несколько секунд смотрел на неё, тяжело дыша, затем сказал, чеканя каждое слово:
- Там. Мой. Брат.
- Игроман и тупой качок, - сказала Мариса и пожала плечиком. – Это из-за его покера у вас нет крипты, разве нет? Не хотела тебя расстраивать раньше времени, но у Григора реально нет шансов сюда попасть.
- Вот как ты о нём думаешь?
- Всегда так думала. У тебя к нему странная привязанность. Ну, ладно, вы росли вместе, детская дружба, всё такое. Но теперь-то он здоровый мужик, сам со своими проблемами разберётся. Это раньше мы все были внизу, но сейчас-то понятно, где чьё место. Я и ты здесь, - она подошла к нему и попробовала погладить по щеке. Захар отбросил её руку, шумно выдохнул и сказал:
- Понятно. То есть ты мне предлагаешь жить втроём с Карлосом и по очереди отсасывать ему в знак благодарности? Нет, Мариса.
- Жаль, что ты всё не так понял, - с грустью сказала она и пошла к двери. – Ещё увидимся.
- Стой! – крикнул Захар. – Как мне забрать сюда Григора?
Она пожала плечами:
- Я же говорила – нужно доказать, что твой брат достоин жить на «Небесах». Вряд ли у него это получится.
***
- Абонент временно недоступен, - безразличным голосом сообщил браслет-смартфон.
Григор стукнул кулаком по стене и сел за ноутбук. Что делать? Захара, похоже, повязали Устранители, второй день на связь не выходит. Стальные Кулаки поставили-таки карточный долг на счётчик – Григор торчит им восемь косарей, а на счету у него меньше сотни единиц крипты. Безнадёга. Через три дня его разберут на органы. Бежать и скрываться бесполезно, у них везде свои люди, да и по камерам отследят как два пальца.
Браслет завибрировал – с неизвестного номера пришло сообщение: «Азот шоп 11».
Григор дважды перечитал нелепицу и удалил, проворчав: «Совсем спамеры разленились, не пойми, что шлют».
***
Захар вздохнул, наблюдая, как брат удаляет его сообщение. С соображалкой у него всегда было плохо, ребусы он решать не умел. Придётся по-другому.
Через два дня после общения с Марисой Захара пригласил на личную встречу Карлос. Как и ожидалось, расписал перспективы жизни на «Небесах» и неприкрыто шантажировал смертельным исходом, если Захар откажется или нарушит правила.
Случись этот разговор раньше, хакер-самоучка был бы счастлив стать «небожителем» и применять свои таланты (если они всё-таки есть), как и Мариса, на благо Гигаполиса. Теперь же он едва сдерживался, чтобы не разбить Карлосу ухоженную рожу.
Согласившись на всё и подписав обязательство о неразглашении, Захар получил обратно свою пиявку и спросил:
- А можно увидеть Семёна? Мариса говорила, что он какими-то лекарствами занимается.
- Что, вам тоже интересна биохимия? – поднял седые брови Карлос. – Какие разносторонние друзья у Марисы. Он в лабораториях, это на один этаж ниже.
Захар кивнул и поспешил на выход.
***
На браслет Григора снова пришло сообщение: «Григор Маркин, вам следует явиться в Муниципальный центр в течение часа с момента получения данного сообщения для исполнения гражданского долга».
Это уже не было похоже на спам.
«Что за гражданский долг? – подумал Григор. – Первый раз слышу. Стальные Кулаки прикалываются? Но у меня еще два дня до расплаты. Схожу. Вдруг заработать получится. Или уехать подальше».
В Муниципальном центре его ждали два Устранителя в стандартном обмундировании: чёрная униформа, полнолицевые респираторы с затемненными стёклами, пуленепробиваемые жилеты, электрошокеры на поясе и автоматы в руках. Его красный спортивный костюм рядом с ними выглядел по-клоунски.
- А чё происходит? – спросил Григор, когда, проверив его документы, они запихали его в лифт и втиснулись следом. – Это из-за того случая с криптобанком?
- Мы доставляем вас наверх, - глухо ответил один из них, не снимая респиратор. – Вы включены в список.
- Какой список?
- Не разговаривай с ним, - приказал второй Устранитель.
- Скажите хоть, хороший список? – нервно спросил Григор, но сопровождающие промолчали.
Они дважды пересаживались на лифы, ведущие всё выше и выше. Каждая следующая кабинка была просторнее и чище, и Григор понял, что его везут на «Небеса».
Наконец они вышли из лифта и попали в светлый круглый зал, из которого уходили коридоры влево и вправо. В центре зала их ждал невысокий лысоватый мужчина в расстёгнутом белом халате, такой упитанный, что его животик нависал над брючным ремнём.
- Так. Хорошо, что вы его быстро привели, - сказал он, потирая руки, - а почему он в сознании?
- Чтоб на себе не таскать, - ответил один из Устранителей. – Сейчас до точки доведём и уложим. Куда?
- Это чё началось? – с угрозой спросил Григор. – В смысле «уложим»?
Он начал пятиться к лифту, но в спину ему уткнулось дуло автомата.
- Вперёд, - скомандовал Устранитель позади него, - и руки на затылок.
Толстяк пошел по коридору, уходящему влево, за ним, подняв руки к голове, шёл Григор, замыкали шествие два Устранителя.
Через несколько метров мужчина в халате остановился возле двери с надписью «Лаборатория 5», нажал на кнопку, и створка уползла вбок. Он вошёл и, чуть повернув голову, велел Устранителям:
- Сюда на кушетку его.
Григор притормозил на пороге, разглядывая помещение, похожее на палату в больнице: несколько кушеток, отделенных перегородками, какие-то приборы, почти у входа столик с медицинскими инструментами.
В памяти Григора всплыла картинка из детства: когда Захар бил тату или делал пирсинг клиентам, он тоже раскладывал своё барахло, как в операционной. А младший брат, который постоянно крутился под ногами, каждый раз норовил сложить из блестящих деталек три неприличные буквы.
Широкая фигура Григора с поднятыми руками перегородила Устранителям путь, и тот, что шёл следом, снова ткнул его дулом в спину.
Григор шагнул вперед и чуть в сторону, пропуская Устранителя. Когда тот переступил порог, Григор обеими руками схватил дуло и дёрнул автомат вбок, выворачивая его из рук служителя власти. Устранитель не выпустил автомат, по инерции сделав несколько шагов в сторону Григора, и тот тяжёлым кулаком припечатал его по макушке. Устранитель осел на пол, оставив оружие в руках здоровяка в красном спортивном костюме.
Второй Устранитель среагировал быстро, прицелившись в дверной проём, где исчез его напарник. Толстяк в белом халате, единственный оказавшийся на мушке, поднял руки и заверещал:
- Я тут ни при чём, не стреляйте! Это он!
Чья-то рука появилась позади Устранителя, воткнула ему в шею шприц и полностью опустила поршень.
Устранитель закачался и рухнул под ноги коловшему.
Григор с опаской выглянул в за дверь, держа автомат наготове, и воскликнул:
- Захар! Живой! А я смотрю – железяки лежат как слово ***. Сразу понял, что ты где-то тут!
Старший брат отбросил шприц в сторону и обнял младшего.
- Получилось! – сказал Захар, хлопая брата по спине. – Переодевайся! – он затащил Устранителя из коридора в лабораторию и закрыл дверь.
- Что происходит? – снова заверещал толстяк возле кушетки. – Мы так не договаривались!
- Семён, завали хлебало, - сказал Захар. - Спасибо, что включил Григора в список добровольцев для своих опытов. Я тоже выполнил свою часть сделки: обещал тебе крепкого парня – пожалуйста! – он обвел рукой лежащих на полу Устранителей. – Заметь, второй совершенно бесплатно! Что-то не устраивает?
Григор, ловко раздевавший того парня, которого он ударил по голове, затрещал электрошокером, проверяя, как тот работает, и толстый Семён, услышав этот звук, сразу сменил тон:
- Всё устраивает! – сказал он, вытянув руки ладонями вперед. – Только если они очнутся, они же расскажут…
- Так сделай так, чтобы они не очнулись, - угрожающе сказал Захар, – иначе тебя запишут в соучастники.
Семён проглотил все возражения и мелко закивал.
- Братуха, одёжка маловата, - пожаловался Григор, крепкие плечи которого распирали чёрную униформу.
- Потерпишь, нам бы только без палева до соседнего небоскрёба добраться, - ответил Захар, снимая одежду со второго Устранителя.
- А чё там делать? – спросил здоровяк, надевая респиратор.
- Жить, Григор. Мы теперь официально «небожители».
Когда Захар закончил переодеваться, они уложили бессознательные тела на кушетки, оставив их на попечение Семёна. Тот уже успокоился и, казалось, был даже рад новым подопытным.
***
Двое Устранителей в респираторах с тонированными стеклами быстрым шагом вышли из лифта на последнем этаже и направились к дальней части коридора, откуда можно было подняться на крышу.
- Я в системе прописал, что из этого небоскрёба в соседний переводятся два «небожителя», супер профи программисты, - на ходу тихо рассказывал Захар. – У них тут наверху, оказывается, тёрки между собой, так что главное туда добраться, а обратно нас никто не отдаст, пусть Карлос хоть усрётся.
- Чё за Карлос? – спросил Григор.
- Речь, видимо, обо мне.
Путь братьям преградили двое Устранителей, возникших, словно из воздуха. Сзади послышался шорох – на пути к лифту встали еще двое с оружием на изготовку. За их спинами Захар разглядел седые волосы и высокий лоб Карлоса. Говнюк не спешил подходить ближе, прикрываясь бронированными бойцами.
- Вы действительно хорошо соображаете, Захар, - сказал Карлос. – Мариса была права. Но вы недооценили нашу систему охраны. Итак, вы нарушили правила, под которыми поставили свою подпись, и лишаетесь права называться «небожителем». Я мог бы пристрелить вас обоих здесь, - он тонко улыбнулся. – Но хочу устроить показательный суд, в назидание всем выходцам с нижних этажей. Нельзя кусать руку, которая тебя кормит! – он нравоучительно поднял указательный палец, после чего сделал паузу и жёстко приказал: - В камеру обоих!
***
Второй раз за неделю Захар очнулся после удара электрошокером. Он лежал в одних трусах на полу, рядом сквозь зубы матерился и растирал себе шею Григор, одетый так же минималистично. Голова снова гудела, как будто наноботы жестяными боками стукались о череп изнутри. Нейро-пиявку у него, конечно, отобрали.
- Нет, брат, план у тебя был отличный, - сказал Григор, поднимаясь с пола и усаживаясь на пластиковый стул. – Почти вырвались. И, кстати, я рад, что ты живой. Только я не расчухал, как ты здесь на «Небесах» оказался.
Захар приподнялся на локтях и, пережидая, пока пройдет головокружение, ответил:
- Я тогда в кофе-шопе взломал криптобанк таким способом, каким до меня никто не пользовался – прям внутрь кода как-то влез. Вот меня на «Небеса» и пригласили. Чтобы я на них работал.
- А чё, своих умников у них тут нет?
- Говорят, здешние не слишком горят наноботов себе подсаживать, опасаются за свою драгоценную жизнь. Да и рождаемость тут никакая. Поэтому с нижних этажей берут таких, как я. Или как Мариса, - Захар сглотнул комок, некстати возникший в горле. – Таких, кто хочет учиться и двигать прогресс.
- Это тебе тот седой тип втюхал? Как его, Карлос? – презрительно скривился Григор. – А я бы тут чем занимался в таком случае?
Захар, сжав зубы и превозмогая головную боль, поднялся и сел на кровать, застеленную серым покрывалом. Отдышался и ответил:
- Со мной был бы, нашли бы тебе занятие, не переживай. Уж свой хлеб с маслом отработал бы.
- Сомневаюсь, - раздался голос из колонки где-то под потолком. Захар узнал Карлоса. – Такие, как ты, Григор Маркин, если попадут сюда, не будут учиться и созидать. Они будут только жрать, срать, сношаться и разрушать всё вокруг.
У Захара не было сил возражать, но Григор, видимо, легче перенес удар шокера: он вскочил и завертел головой, отыскивая источник звука. В углу над дверью висел глазок камеры, и подойдя ближе, Григор твердо сказал, глядя на невидимого собеседника:
- Я такой же человек, как ты, говнюк! Все мои недостатки – это то, что я родился на нижних этажах. И хоть у нас не было крипты на обучение, мои родители любили меня! – он сжал кулаки и повысил голос. – И с детства учили, что каждый человек достоин уважения!
- Почему тогда ты не уважаешь своего брата? – насмешливо спросил Карлос. – Это из-за твоего покера ваша семья в долгах. Или мамочка не рассказывала тебе про вред азартных игр?
- Не трожь моих родителей! – сказал Григор сквозь зубы. – Я не могу заработать по-другому, вышибалам в ночных клубах не так много платят, чтоб ты знал.
- Ну, вот Захар же как-то смог показать себя достойным человеком, - вкрадчиво сказал Карлос. – Так что это всё отговорки. В любом случае, твой брат нарушил правила, поэтому завтра вас обоих публично осудят и казнят.
- Пристрелить бы тебя, - проворчал Григор себе под нос, хрустя костяшками пальцев, но собеседник услышал его.
- Разве я не заслуживаю твоего уважения? – с наигранным удивлением сказал Карлос. – Не такому тебя учили родители!
- За что тебя уважать? - снова возвысил голос Григор. – Ты даже не пытаешься как-то помочь тем, кто внизу, как-то исправить ситуацию! А ведь как раз у тебя есть для этого все возможности!
Захар удивленно слушал младшего брата. Где тот успел нахвататься этих идей? Они никогда не обсуждали ничего подобного, больше разговаривали о насущном: что на ужин, где взять крипту на новую обувь. Оказывается, Григор ещё тот революционер!
Карлос расхохотался и отключил связь.
Подождав немного, Григор подсел к Захару и тихо сказал:
- Бежать отсюда надо, братуха. Вниз. Обратно. Потеряемся там, и ни один Устранитель не найдет.
- Как ты себе это представляешь? – шёпотом ответил Захар, почти не шевеля губами.
Григор огляделся и сказал:
- Подкуп охраны. Раз есть камера, есть и тот, кто следит за ней. И я не думаю, что это делает кто-то из местных «небожителей». А простой человек от подарка не откажется.
- Что ты можешь им предложить? Трусы? – усмехнулся Захар.
- А тебя полностью обшмонали? – Григор мельком глянул на отверстия в ушах и в носу, где раньше у брата блестели колечки пирсинга. – Или самый ценный брюлик не заметили?
***
Григор оказался прав, оставшееся незамеченным титановое кольцо «принца Альберта» сработало приманкой. Он покрутил его перед глазком камеры и вежливо попросил:
- Можно последнее желание для приговоренных к смертной казни? По баночке пива? От нас титан. Хороший обмен, я считаю!
Через десяток минут дверь в их камеру отъехала в сторону и в проёме показалось дуло автомата.
- К дальней стене отошли! Кольцо оставьте на середине! – сказал охранник. Голос его звучал глухо через легкий респиратор, прикрывающий только нос и рот. Он пришёл один. Скорее всего, это был уроженец средних этажей, где человек с оружием внушал мирным гражданам страх. Просветив кольцо молекулярным сканером, встроенным в смарт-браслет, охранник удовлетворенно кивнул.
- А где пиво? – спросил Григор капризно.
- Пристрелить бы вас, - лениво протянул охранник, поводя дулом, - да забрать колечко без всякого обмена. Но босс велел беречь вас до суда, у него там целый план на пытки. Так что вот вам последнее желание, - он наклонился, чтобы поставить на пол рядом с кольцом две банки и подобрать свою добычу.
В этот момент Григор рывком оттолкнулся от стены и, как таран, врезался кулаком в лоб охранника. За время работы вышибалой он давно изжил страх перед дулом, направленным в свою сторону. К тому же если вооруженный человек болтает с тобой, он не готов к выстрелу.
Выхватив автомат из рук охранника, осевшего рядом с пивными банками, Григор скомандовал:
- Бежим!
Братья выскочили в коридор и помчались прочь. Белый пластиковый пол холодил голые ноги, мимо проносились закрытые двери. Углядев на стене значок лифта и стрелочку, Захар на бегу шлёпнул брата по плечу, и они свернули в нужный проход. Через несколько десятков метров Маркины оказались в круглом зале, похожем на тот, где Григора встречал бывший хакер Семён.
Из другого коридора в зал одновременно с братьями вошла Мариса.
Пока она соображала, что происходит, Григор взял её на прицел. Захар нажал кнопку вызова лифта и бросил девушке:
- Стой и не дёргайся.
Светящиеся цифры над дверцами показывали, что лифт поднимается.
Мариса замерла и тихо сказала, бросая испуганные взгляды на автомат в руках Григора:
- Что ты делаешь, Захар? Зачем? Останься, я замолвлю за тебя словечко перед Карлосом, он даст тебе второй шанс. Забери у брата оружие и сдай его. Докажи, что ты не такой дикий зверь, как он.
Захар не успел ничего ответить. Раздался выстрел, и на груди у Марисы расплылось красное пятно.
- Сучка. Никогда мне не нравилась, - проворчал за спиной Григор. – Ты слышал, что она предлагала?
Глаза девушки остекленели, и она осела на пол. Захар бросился на колени рядом с ней, протянул руки, чтобы подхватить её за плечи и поднять, но, осознав, что Мариса мертва, лишь коснулся её волос.
- Ты что наделал? – сдавленно спросил он, повернувшись к брату. – Она ждала ребёнка! – Захар поднялся, шагнул к Григору и толкнул его в грудь. – Ты реально дикий зверь! Может, и правильно, что таких зверей держат на нижних этажах!
- Стопэ, братуха! – примирительно сказал здоровяк. – Это что, был твой ребёнок?
- Нет, - буркнул Захар.
- Нет? – Григор удивлённо расширил глаза. – Тем более туда ей, шлюхе, дорога! Ты что, не сечёшь? Не я дикий зверь, а здешние «небожители»! Они даже не звери, они людоеды! Они жрут всех, кто живёт на нижних этажах, и им плевать на всех, кроме себя. А мы семья, брат. Маркины навсегда вместе! Ну? – он схватил Захара за затылок, где под волосами прятались четыре буквы «М», собранные в восьмиугольную звезду.
Мелодичный звук известил о прибытии лифта.
- Пошли, - сказал Григор. Наклонившись, он отлепил от виска Марисы пиявку и первым вошел в кабину. Захар покорно последовал за ним.
- Ты же понимаешь, что лифт сейчас заблокируют, - сказал он, когда дверцы закрылись, и кабина поехала вниз.
Григор протянул ему на ладони нейро-пиявку и сказал:
- Хочешь жить, действуй.
Захар секунду колебался, затем исподлобья глянул на брата и прилепил пиявку на висок. Григор широко улыбнулся и шибанул кулаком по стенке лифта чуть ниже кнопок. Пластик посыпался, и под обломками стали видны провода.
Вытащив хвостик пиявки, Захар подключил его к проводу и уселся на пол, скрестив ноги.
Вовремя. В кабине замигал свет, и она остановилась.
Второй раз было легче, даже не понадобилось дополнительное охлаждение кабеля. Захар вошёл внутрь пузыря, и быстро снял блокировку, запустив лифт. Движение вниз продолжилось, хотя он этого не ощущал, погрузившись в цифровой мир. Издалека донесся голос Григора:
- На нижнем этаже, до которого едет этот лифт, точно засада. И скорее всего выше тоже. Останови между этажами, вылезем в шахту и по служебным туннелям уйдем.
Захар начал шарить цифровым взглядом по этажам, разыскивая подходящий туннель.
Что-то грохнуло на границе слышимости, и Захар понял, что надо возвращаться. Однако выхода из мыльного пузыря не было. Развернувшись внутри цифрового потока, он взглянул через камеру лифта. На полу кабины лежали два тела, прошитых пулемётной очередью. В открытую дверь было видно несколько Устранителей, прикрывающихся пуленепробиваемыми щитами.
Их опередили.
Выходит, Захар не мог вернуться, потому что его тело умерло. Мозг еще работал с поддержкой наноботов, но пиявка удерживала его здесь.
Он отвернулся от кабины и бесцельно поплыл по цифровому течению, улавливая отблески изображений и звуков с камер. Он чувствовал, что кусочки информации отрываются от большого массива данных, который раньше назывался «Захар», и растворяются в пространстве.
- Пакуйте эту падаль, - послышался знакомый голос. В памяти всплыли седые волосы, зачесанные над высоким лбом. Карлос.
Захар, расплывшийся, как необъятное пятно, собрался в одну точку и устремился к этому раздражителю. Через глазок камеры возле лифта он увидел, как Карлос брезгливо ткнул ногой тело Марисы. Два человека в медицинских масках расстелили пластиковый мешок и перенесли на него тело девушки.
- Чуть не забыл, - спохватился Карлос, - скажите Семёну, чтобы из зародыша стволовые клетки извлекли. Как обычно.
Внутри неосязаемого тела Захара словно проскочил электрический заряд. Неужели он сейчас растворится, а этот говнюк останется жить? Продолжит существовать на вершине пищевой цепочки, пожирая людей и переступая через трупы?
Захар заметался, перебирая варианты, как он может дотянуться до Карлоса. Отключить вентиляцию? Откачать воздух из его комнаты? Не получится, он просто откроет окно, это же не внутренние помещения на нижних этажах. Ошпарить водой? Это не смертельно. Ударить током? Здесь нет оголенных проводов или других контактных поверхностей. Ударить током, пока он будет в душе! Прекрасный вариант! Только если Карлос не пойдет в душ в ближайшие полчаса, скорее всего, Захар окончательно растворится в цифровом пространстве, так и не выполнив свой план мести.
Ещё один вариант пришёл ему пришёл в голову, точнее, в массив сознания. Маловероятный, но нужно было попробовать.
Захар потёк по проводам, разыскивая лабораторию Семёна.
***
Тело Марисы, готовое к вскрытию, лежало на столе в прозекторской. Семён, мурлыкая простенький мотив, подошел ближе и подключил свою нейро-пиявку к панели «цифрового доктора», выступающей на боковой поверхности стола. Сверху опустились несколько роботизированных манипуляторов, из центрального выдвинулось лезвие скальпеля.
- Стандартная программа вскрытия и удаления органов, - скомандовал Семён и проверил, хватает ли охлаждаемых контейнеров для биоматериала.
Скальпель сделал надрез от шеи до брюшины и внезапно остановился.
Семён постучал ногтем по пиявке и повторил:
- Стандартная программа…
Манипулятор со скальпелем резко дернулся вверх и с размаху воткнулся в шею Семёна. Из перерезанной артерии брызнула кровь, толстяк поднял руки, пытаясь закрыть рану, не удержался на ногах и упал рядом со столом. Тонкий провод от пиявки до панели натянулся, но не отцепился.
Скальпель вернулся в начальное положение и замер. Через пару минут Семён перестал дёргаться.
А еще через несколько минут поднялся на ноги, запустил роботов-уборщиков, чтобы смыть с пола кровь, и хрипло скомандовал:
- Отправить сообщение Карлосу от Семёна. Срочно приходи в прозекторскую, это что-то невероятное.
***
Когда Карлос быстрым шагом вошел в комнату для вскрытия, Семён стоял, низко нагнувшись над трупом Марисы, и что-то внимательно разглядывал в районе её живота. Услышав шаги, Семён, не поднимая головы, жестом поманил Карлоса и пробормотал осипшим голосом:
- Смотри, смотри, ты должен это увидеть.
Заинтересованный Карлос подошел к прозекторскому столу и, вытянув шею, чуть наклонился, пытаясь разглядеть, что такое невероятное обнаружил толстяк. Ему не хотелось замарать свой костюм, так что слишком близко к вскрытому трупу он не приближался.
- Да куда смотреть-то? – спросил Карлос и захрипел. Что-то обожгло ему глотку и теплой струйкой потекло на грудь.
Семён, который успел неуловимо быстро выпрямиться, стоял, протянув руку ему под подбородок. Провод, тянущийся от пиявки толстяка к панели, дрожал натянутой струной. Карлос, скосив глаза вниз, увидел, что неповоротливый доктор воткнул ему в кадык скальпель. Спереди весь халат Семёна был в крови, до сих пор сочившейся из раны на шее.
- Гадаешь, как такое возможно? – спросил толстяк, выдернул скальпель и толкнул Карлоса в спину. Тот упал поперёк стола прямо на ноги Марисы, пытаясь сделать вдох развороченной трахеей. Доктор ещё несколько раз взмахнул скальпелем, разрезая одежду Карлоса вместе с кожей. Когда он закончил и без сил опустился на пол, на спине умирающего куратора небоскрёба осталась странная звезда, словно составленная из кривых букв «М».
***
Ещё месяц в общей сети периодически происходили странные сбои, источник которых не могли отследить лучшие хакеры «Небес», - то один, то другой экран в течение нескольких секунд транслировали неоновую восьмиконечную звезду на черном фоне. Но со временем всё прекратилось.
Новый куратор из числа «небожителей» неожиданно стал популярен на нижних этажах. Он распорядился сделать бесплатное обучение до седьмого класса и поднял на три процента социальные выплаты.
Соседние небоскрёбы недоумевали, с чего такая щедрость. На самом деле молодой куратор был не так опытен в управлении, как Карлос. Поэтому он выполнял все рекомендации и не спорил с мозгом предыдущего куратора, который успели спасти. Теперь мозг размещался в питательной жидкости и общался со внешним миром через нейро-пиявку, которая переводила его электрические импульсы в текст. Текст, оформленный под ретро – зелёные рубленные буквы на чёрном фоне.
