Нештатная ситуация

Нештатная ситуация
Работа №140

От воя сирены, казалось, весь корабль вибрировал на её частоте. Но порой так трудно покинуть объятия Морфея. Особенно, когда ты ещё не отдохнул, а организм упорно заявляет свои права. Вот Артём никак и не мог оторваться от подушки.

Трудно определить, что влияет на наш выбор жизненного пути. То ли мы рождаемся с уже предустановленным сценарием и до смерти играем свою роль. А может, мы живём по воле случая, бросающего нас из одной стороны в другую. Вот Артём с детства обожал звездолёты. Его сердце всегда замирало от восторга при созерцании картинки либо настоящего корабля. Он знал все модификации и боевые характеристики каждого аппарата, бороздившего галактику. А любимыми играми, в которых буквально жил в юности, были космические приключения и битвы.

После первой ступени образования Артём, не задумываясь, выбрал профессию пилота. А по окончании учебки он получил распределение в 157 флот. В те времена только назревала война с Лигамом, государством амфибий, называвших себя гурулами. Имея сходный метаболизм, они стремились отобрать пригодные для жизни планеты у Космической Федерации. 157-ой флот патрулировал дальние рубежи освоенного человечеством рукава галактики, и первым столкнулся с захватчиками.

Артём попал на линкор «Борец». Там он сразу получил новенький истребитель СУ-720. Молодой человек души не чаял в своём корабле и постоянно с ним возился. Техники невзлюбили поначалу неоперившегося лейтенанта, поскольку тот, по их мнению, отбирал у них хлеб. Но когда Артём показал им, как делать быструю диагностику судна, более информативную, чем штатная, его зауважали.

Насколько бы ты ни был подготовлен, но порой стечение обстоятельств складываются не в твою пользу. В самом начале второго боя с гурулами из-за попадания вражеской торпеды истребитель лейтенанта Багульника взорвался. Спасатели успели вытащить его из обломков корабля, и он попал в госпиталь. У Артёма были повреждены лёгкие, сухожилия кистей и сломана нога, поэтому в пилотский состав он не смог вернуться. Медики не допустили.

Но Артём не хотел бросать свою страсть – звездолёты. Восстановившись после ранения, он решил продолжить службу и подал рапорт о переводе в техсостав флота. Зная лейтенанта Багульника, как хорошего специалиста по космической технике, командование не возражало. Наверное, его вела судьба, потому он и оказался в ремонтных доках. Теперь у Артёма было много кораблей, нуждавшихся в заботе, и он полностью отдавался любимому делу. Кстати, именно здесь он почувствовал себя на своём месте.

Для специалиста по обслуживанию космолётов не существует нештатных ситуаций. В инструкциях регламентирован порядок действий в случае любой поломки. Они помогают выполнить работу. Но в реальных условиях так всё ломается, что приходится по-настоящему изворачиваться. Поэтому в ремонтных доках космического флота ежедневный аврал. Особенно во время боевых действий. На третьем году службы командир ремвзвода лейтенант Багульник привык к такому положению и опытным глазом сразу определял, сколько времени потребуется для ремонта судна, которое необходимо как можно скорее отправить в бой.

Тревожный сигнал вкупе с аварийной лампочкой всё же победили и безжалостно вырвали Артёма из объятий Морфея. Ещё окончательно не проснувшись, он натянул валявшийся у кровати грязный комбез, и тут же бросился в док. Неважно, что сейчас не его смена. Он должен быть в строю, а там жизнь всё расставит по местам.

По аварийному сигналу весь персонал обязан явиться на диспетчерский пункт для получения команды. Но в коридоре не было солдат. Кроме лейтенанта Багульника никто не вошёл в дверь. И почему-то сирена умолкла.

В диспетчерской у пультов, как обычно, сидели четыре дежурных офицера. Но они даже не пошевелились, хотя должны были отреагировать на доклад лейтенанта о прибытии.

Артём бросил взгляд на висевшее у входа зеркало, и содрогнулся. Пожалуй, с таким типом лучше не встречаться. Голубые глаза напряжённо смотрели из-под покрасневших опухших век. По традиции ремонтников, он налысо острижен, чтобы грязь не коксовалась в волосах. Худощавое лицо в мазуте, а по сторонам торчат уши, как ручки у вазона. Жёлтый комбез стал почти чёрным. Вчера, по обычаю последних месяцев, был аврал, поэтому в конце смены он едва дополз до койки, и ещё не успел навести марафет.

Озадаченный поведением дежурных офицеров, Артём подошёл к прозрачной стене. За ней открывался вид на четвёртый док – огромный цех, где ремонтировали малые космические аппараты: истребители, разведчики и корабли вспомогательных служб. Никто из сидевших за пультами офицеров даже не пошевелился. И хотя глаза мужчин были открыты, казалось, они спали.

Артём посмотрел в цех, и тоже застыл, но от удивления. Когда он пару часов назад покидал док, тут было пусто. Отремонтированные истребители пилоты отогнали к отбывавшему на фронт транспорту, и в цехе не осталось ни одного судна. Из-за отправлявшегося конвоя и случился вчера аврал.

А сейчас док занимал огромный корабль. В голове Артёма не укладывалось, как он вообще туда поместился, ведь его габариты превышали размеры шлюзовых ворот. Несмотря на энциклопедические познания в области космических аппаратов, лейтенант не мог не только назвать расу, построившую корабль, занимавший док, но не определил и класс судна. Форма звездолёта нечто типа овала, переходившего в треугольник со скруглёнными углами. В зависимости от освещения, корпус переливался от серого до зеркально-блестящего, с вкраплениями всей цветовой палитры на многочисленных рёбрах и выпуклостях. Мозг подсознательно улавливал совершенную гармонию в каждой линии незнакомого судна. «Вот это красава!» - пронеслось в голове Артёма. А душа запела от восхищения, как в детстве.

Люди знали, что в галактике обитает множество рас, в технологическом отношении ушедших далеко вперёд. Но старожилы не вступали в контакт с молодыми народами. В Космической Федерации их называли цивилизации Х. Аналогично обозначались звездолёты, на которых те перемещались через порталы. Возможно, транспорт Х и залетел сейчас в ремдок.

Лишь позже Артём обратил внимание, что гость окружён солдатами, державшими в руках бластеры. Со стороны это казалось нелепым, поскольку корабль больше человека раз в десять. Тут нужна пушка, а не энергетический луч. Но лейтенант знал, что более серьёзного переносимого оружия в ремдоке нет.

Подобно офицерам в диспетчерской, бойцы спецназа будто окаменели. Никто даже не шелохнулся, хотя Багульник несколько минут смотрел на них.

«Это какая-то аномалия, - просыпавшийся мозг Артёма, наконец, включился в работу. - Мир не может долго находиться в застывшем состоянии».

Он повернулся к ближайшему офицеру. Выражение лица капитана Селезнева было озабоченным. Тот собирался отдать команду, и нажал кнопку включения микрофона. Но почему-то замер с открытым ртом.

Артём протянул руку и коснулся шеи мужчины. Кожа тёплая, но производила впечатление каменного изваяния. Он надавил пальцем и ощутил твёрдость, нехарактерную для человеческого тела. В аналогичном состоянии находились и остальные три офицера, в разных позах застывшие в соседних креслах.

Артём пересмотрел множество фантастических кинокартин, и пытался вспомнить, где видел подобное. «Если допустить, что реальность застыла во времени, - размышлял он, - то почему я двигаюсь? Отметаем гипотезу. Ещё это похоже на передающийся в световом диапазоне космический вирус, заразивший попавших под его воздействие людей. Но ведь я жив. Допустим, я крепко спал в экранированном помещении, и потому не застыл. Но где остальные техники, обязанные явиться в диспетчерскую по тревоге? Они же были в аналогичных условиях, но не пришли. Снова не получается».

Артём так и не нашёл объяснения происходящему. А его взгляд не отрывался от чужого корабля. По-видимому, гость причина нештатного происшествия. Но зачем прилетел сюда? С этим следовало разобраться. «Неужели звездолёт поломался, и решил заскочить к нам на ремонт?» - пронеслось в мыслях Артёма. И тут же в его душе возник некий творческий зуд. Ему всегда было интересно, что находится внутри аппаратов цивилизации Х, и как они летают.

Мозг Артёма размышлял о возможных принципах работы движителя пришельца, а ноги уже бежали к лестнице. На нижнем уровне он по привычке остановился у шлюза. С самого первого дня службы в ремдоке на инструктажах солдатам вдалбливали в головы: прежде чем войти в цех, убедись, что ты одет в защитный костюм. Ведь там может быть вакуум.

Взгляд на экран возле герметичной створки. Датчики показали: атмосфера, давление, температура, радиация и биосреда в норме. А значит, никакой агрессивной микрофлоры. Артём вспомнил: бойцы спецназа хотя и стояли в боевых костюмах «Ратник», но их шлемы были открыты. Если бы солдаты задыхались, то заняли бы иные позы. Отсюда следовало - в доке можно дышать. А обездвижило людей в диспетчерской и в цехе что-то другое.

Больше ничего не сдерживало, и Багульник прошёл шлюз. А едва ступил на жёлтую палубу дока, взгляд тут же устремил к кораблю. Вероятно, из-за смены перспективы гость теперь смотрелся иначе. Если из диспетчерской Артём видел треугольник, плавно трансформировавшийся в овал, то снизу по внешнему контуру судно было квадратным. А его поверхность выполнена из гнутых элементов, перетекавших из одного в другой.

Если посмотреть на человеческое тело, оно не имеет прямых линий, и всё изгибается. Космолёт Х из-за сложного рельефа поверхности тоже производил впечатление живого. Артём даже прикрыл глаза, поскольку ему постоянно казалось, что перед ним огромный зверь, который слегка шевелится при дыхании.

Багульник остановился в пяти метрах от гиганта, и ощутил исходившее от него тепло. Это удивительно, ведь корабль прилетел из космоса, где температура - абсолютный ноль. Что интересно: с близкого расстояния поверхность судна была не блестящей, а походила на серую кожу со сложным узором линий.

Завороженный пришельцем, Багульник пошёл вокруг его корпуса. Порой он задевал дула бластеров, которые солдаты наставили на чужака. Бойцы спецназа, подобно офицерам в диспетчерской, были твёрдыми, словно каменными. Но Артёма сейчас больше заботил корабль. «Интересно, из чего сделана оболочка звездолёта, казавшаяся живой? Где тут вход? Почему нет дюз?»

Артём остановился. Глаз мастера нашёл у гостя изъян. Если смотреть на заднюю левую грань по ходу корабля, она имела явный дефект – в радиусе пяти метров цвет отличался от остального корпуса. Если везде невозможно точно определить оттенок, то здесь он чёрный. А ещё из этого сегмента не исходило тепло.

«Кто тебя задел, бедняга? И чем? Выглядит как ожог» - размышлял Артём. Каждое попадавшее в ремдок судно для него становилось пациентом. Багульник, словно врач, проводил осмотр, брал пробы и ставил диагноз. Но сейчас он не имел представления, какую помощь оказать незнакомцу.

Ноги сами несли мастера вокруг корабля. Артём внимательно обследовал каждый изгиб поверхности судна и пытался осмыслить увиденное. Ведь это чужие технологии.

На удивление, в отличие от застывших людей, аппаратура работала. Стараясь больше собрать информации, лейтенант поднимался на встроенных в подошву антигравах под самый потолок дока - к верхней части корабля - чтобы не упустить возможных дефектов. А камера, вмонтированная в капюшон комбеза, вела съёмку в нескольких диапазонах. Артём подносил к корпусу гостя различные приборы, лежавшие на боковых полках цеха. Но датчики не обнаружили никаких излучений.

«Значит, у судна лишь один изъян, - сделал вывод Багульник, - у задней почерневшей грани с температурной аномалией. Это место и следует лечить. Но как? Конечно, поломки могут быть и внутри корабля. Но я не нашёл ни двери, ни люка».

Закончив осмотр, Артём присел отдохнуть на корточки у корпуса судна. От него исходило приятное тепло, а в доке обычно не выше двадцати градусов.

Когда Багульник впервые увидел незнакомый аппарат, то испытал возбуждение. Но эмоции постепенно улеглись, и он задумался. Происходящее казалось нереальным, словно эпизод из фантастического фильма. Но вот неизвестное судно занимает привычный док. А в голове одни вопросы без ответов. Аппарат работает автономно или пилотируется? Если внутри экипаж, то почему не выходит? Что случилось с людьми ремдока? Пришелец опасен или нет? Впрочем, лейтенант не чувствовал угрозы от незваного гостя. Наоборот, корабль ему казался испуганным раненным животным, нуждавшимся в заботе и лечении.

Неожиданно у Артёма возникло ощущение включённого радио. Тишина, как перед трансляцией с характерным эфирным потрескиванием. Вот сейчас раздастся голос диктора, и мир наполнится звуками. Багульник напряжённо вслушивался, но секунды тянулись, и ничего не происходило.

- Здравствуйте, - произнёс Артём. – Вы хотите поговорить?

«Активирован информационный канал, - словно мысль пронеслось в голове. – К общению готов».

- Что же ты за птица такая? – озадачился Багульник.

«Модуль стабилизации гармонии номер 176452987» - пришёл ответ. Но при этом уши не слышали звука, а мыслеобразы рождались где-то в глубине мозга.

- Ты ранен, восемьдесят седьмой? – поинтересовался Багульник, пытаясь разобраться, с кем беседует – с пилотом, либо с самим кораблём.

«Повреждён участок поверхности мощным узконаправленным потоком поляризованного излучения искусственного происхождения».

- Ясно, - выдохнул Артём. – Ты угодил под лазер. Но зачем прилетел сюда?

«Требуется ремонт».

- Хм. Ты попал по адресу. Мы действительно лечим корабли. Но, к сожалению, не занимаемся обслуживанием подобных аппаратов.

«Здесь есть всё необходимое».

- Но ведь надо ещё знать, что и как делать, иначе можно навредить.

Артёму почудилось, будто мигнул свет, и вот он уже знал, чем помочь гостю. Но информация пришла не в виде инструкции. Казалось, он тысячу раз делал подобный ремонт, и сейчас вспомнил. Надо приготовить суспензию из биологических материалов, смешанных в определённой пропорции с холодным концентратом жидкого металла, и затем нанести его распылителем на обожжённую поверхность. Сам корабль не мог поухаживать за собой, поэтому ему требовался помощник извне.

- Я помогу тебе, - сказал Артём. – Но, что потом? Ты меня заморозишь, как и остальных?

«Твоим сородичам ничего не угрожает».

- Почему же они застывшие?

«Люди пребывают в естественном состоянии. Это ты выпал из обычного потока времени».

- Как? Ты перенёс меня в другое измерение? – встревожился Артём.

«Мы в пространственном кластере. А их существует бесконечное множество».

- Что ты сделал со мной?

«Модуль стабилизации гармонии произвёл коррекцию структуры тела и устранил дисбаланс, вызванный травмами. В процессе восстановления были сняты ограничения, необходимые для эволюционного развития вашего биологического вида. Ты получил доступ к информационному уровню, и теперь можешь выйти из временного потока. Но если внесённые изменения некорректны, и ты желаешь вернуться к исходному состоянию, то я заново поставлю барьеры».

Объяснение Модуля вносило определённую ясность, но Артём не был готов воспринимать мир в таком контексте. Возможно, ему требовалось время, чтобы привыкнуть к новым понятиям и сжиться с ними. А для начала…

Он вытянул перед собой руки и осмотрел. Возникший после ранения тремор исчез, и кисти были приятно неподвижны. Затем Артём встал на ноги и сделал глубокий вдох. Раньше повреждённые лёгкие не позволяли этого, но сейчас они запросто наполнились, и он не ощутил боли. Здорово!

- Вот за это спасибо, - произнёс Багульник с радостью. – Я теперь смогу летать на истребителях!

«Ты останешься в рамках своего жизненного сценария. Конечно, он трансформируется, но ты уже готов к этому. Твоя душа может получить ещё один урок в данном воплощении».

- А я вернусь в свой мир, к людям? Или навсегда застряну тут?

«Ты сам решишь».

- Пока всё оставь, как есть, - сказал Артём. - А сейчас займёмся тобой. Ты жди, а я подготовлю композитную смесь.

Чтобы сделать необходимую для ремонта суспензию, в первую очередь требовалось раздобыть биологический материал. Значит, нужно сходить на госпитальное судно.

База 157-го флота – это состыкованные двенадцать космолётов различного назначения и восемь промышленных модулей. Короче, целый город с населением около шести тысяч человек. Здесь не только склады, но также госпиталь и заводы с полным циклом производства оборудования. А ещё породоизвлекающие комбайны. База сейчас обосновалась возле астероидного поля, в котором добывали железную руду.

На госпитальном судне персонал и раненные солдаты тоже не проявляли признаков жизни. Артёму было жутко проходить мимо застывших в разных позах статуй. Успокаивало лишь одно: голос Модуля заверил, что люди живы, просто находятся в другом временном потоке. Кстати, сирена больше не выла, а сигнальные лампочки застыли в разной степени мигания. Но сейчас не до них.

Если раньше Артёму требовалось что-то сделать впервые или отыскать необходимое, то он спрашивал у знакомых, консультировался у специалистов, либо рылся в архивах. А сейчас он просто шёл и брал нужное. Бочонок с биологическим материалом хранился в холодильной установке госпитального судна. Весил примерно десять килограмм. Взвалив его на плечо, Артём отправился за жидким металлом на склад промышленного модуля. Вот что значит подключение к информационному уровню.

По субъективному времени он мотался по кораблям в поисках сырья минут сорок. Но когда с двумя бочонками снова появился в доке, бойцы спецназа даже не изменили позы.

- Восемьдесят седьмой, как ты? – поинтересовался Артём у Модуля. – Поражённый участок не увеличился?

«Любое действие развивается во времени. А поскольку мы запечатаны в кластере, материальные объекты сохраняются в исходном состоянии».

- А как же я хожу и ношу бочки? Да и приборы работают. Изменения же происходят.

«Ты энергетическое существо, поэтому можешь двигаться и что-то менять. Это особенность твоей души. Сами по себе предметы не способны перемещаться, и потому моя оболочка неизменна. А биологическая составляющая общается с тобой».

- Чудно, - усмехнулся Артём. Ссыпав в барабан необходимые компоненты, он включил смеситель и продолжил беседу: – Но я так и не понял, что происходит?

«Считай, в данном временном кластере ты наделён возможностями, как вы называете - бога. По-другому ты не поймёшь».

- Почему? – удивился Артём.

«Я уже объяснял, но ты не услышал. Сознание твоего биологического вида не настроено на поток высшего разума. А без многомерной концепции такие понятия недоступны».

- Но ведь ты говорил, что для меня открыт информационный уровень.

«Да. Но есть и более высокие».

- Ладно, - выдохнул Артём. - В любом случае мы успеем нанести тебе состав и, когда ты вернёшься в реальность, то будешь готов к излечению.

«Так и произойдёт!»

- А чем занимается Модуль стабилизации гармонии? – поинтересовался Артём. Обычно он не разговаривал во время ремонта. Но сейчас у него нудная работа по перемешиванию жидкостей, и он мог отвлечься.

«У тебя открыт доступ к информационному уровню, и ты можешь сам всё узнать, - пришла мысль. – Но ты, кажется, желаешь пообщаться со мной, поэтому отвечу.

Чтобы галактика была стабильной, требуется непрерывный контроль. В сохранении неизменного состояния нуждается мировая биосфера. Происходящие внутри звёзд и чёрных дыр процессы вариабельны и неустойчивы. Из-за этого населённые планеты могут погибнуть в катастрофе. Например, вспыхнувшая сверхновая окажет губительное влияние на космос в радиусе до ста световых лет, и тогда жизнь в ближайших мирах будет уничтожена.

Чтобы предотвратить развитие негативных сценариев, и созданы модули стабилизации гармонии. Мы проникаем внутрь звёзд и вносим коррективы в происходящие в них процессы. Избыточные энергии аккумулируются, либо реакции оборачиваются вспять, а выбросы делаются в регионах, где населённым планетам не будет причинено вреда».

- Теперь понятно, кого фиксировали приборы внутри звёздных сфер, - произнёс Артём. Он как раз завершил смешивание компонентов.

«Но это не все наши функции, - продолжил Восемьдесят седьмой. - Часто молодые цивилизации, не обладающие необходимыми знаниями и технологиями, оказываются на краю гибели из-за больших комет и астероидов. Для предотвращения столкновения заселённых планет с космическими странниками мы отклоняем орбиты потенциально опасных объектов.

Но ещё одной и, пожалуй, самой важной функцией модулей стабилизации гармонии является формирование планетных систем, чтобы на них смогла развиться жизнь».

- Кто же вас сделал? – поинтересовался Артём, переливая суспензию из биологического субстрата и холодного жидкого металла в промышленный распылитель.

«Наши создатели называли себя Ом. Когда они посчитали, что их работа в этой галактике завершена, то переместились в другую. А нас оставили здесь для поддержания гармонии. По человеческим меркам это произошло четыре миллиарда лет назад».

- Значит, теперь мы предоставлены сами себе?

«Нет. Вы не готовы. Ваша цивилизация относится к категории юных. Вы ещё сражаетесь за планеты. А высшие расы просто их создают с нужными характеристиками. Кстати, вы живёте на мирах, кем-то сконструированных. Имей это в виду. А в галактике есть расы древнее создателей Ом. В основном у них плазменная структура. Их сообщества контролируют порядок мироздания. А так же мы, модули стабилизации гармонии».

- Ладно, с этим я разберусь позже, - решил Артём. - А сейчас нанесу тебе композит. Как я понял, обитающие на твоей поверхности наноорганизмы размножатся с помощью этой суспензии, и залечат повреждённый участок.

«Да. И мы сможем каждый заняться своим делом».

Багульник приблизился к чёрному пятну на теле корабля и включил распылитель. Приготовленная смесь ровным слоем ложилась на поверхность аппарата, и проплешина стала закрываться.

- А как выглядели наши создатели? – поинтересовался Артём.

«Гуманоидная форма оптимальна и потому универсальна. Ом имели структуру, как и у твоего вида, но их габариты намного больше. Ведь модули стабилизации гармонии имеют размеры, удобные для переноски нас в руках».

- Ого! – невольно выдохнул Артём, прикидывая, какими исполинами были создатели Ом. – А почему мы мелкие?

«Параметры населяющих планеты существ зависят от условий обитания в мирах, где они эволюционировали. Поэтому при общей гуманоидной форме, биологические виды различны по своим габаритам, органам дыхания, скелету и остальным характеристикам».

- Ясно, - выдохнул Артём и выключил распылитель. – Ну, вот, я закончил. Теперь, Восемьдесят седьмой, можешь восстановить своё покрытие. А как ты попал под лазер?

«Стечение обстоятельств. Я покинул звезду и оказался в эпицентре сражения двух флотов. На мне скрестились девять лучей большой мощности. Я скрылся во временном кластере, а потом направился сюда. Теперь я быстро восстановлюсь. Благодарю за помощь».

- Мы ещё увидимся? – поинтересовался человек.

«Надеюсь, мы расстанемся навсегда. Подобная травма большая редкость для меня. Но я сохраню твой образ в памяти».

А в следующий миг ремдок опустел. Теперь Артём знал, что Восемьдесят седьмой перешёл на межизмеренческий уровень и его корпус, изменив энергетические параметры электронов, стал невидим в трёхмерной реальности.

Конечно, Артёму было жалко расстаться с Модулем. Зато, благодаря их встрече, он обрёл новые возможности, и теперь его жизнь изменится. Он словно заново родился, и уже готов к грядущим переменам. Интересно, какие они будут?

***

Вой сирены орал не умолкая. Хотя Артём слышал его, но не мог оторваться от подушки. Накануне пришлось трудиться почти сутки. После космического сражения много разбитых истребителей, так что приходилось собирать один из пяти. На счету взвода двенадцать восстановленных машин. Ещё никто не работал настолько быстро и эффективно. Парни гордились своими достижениями. Но усталость подкосила людей. Артём едва дополз до кровати в кубрике, и тут же отключился. Потому и не мог сразу проснуться. Организм требовал отдыха.

Чувство долга пересилило, и Артём заставил себя встать. Он с трудом натянул валявшийся на полу комбез и, едва разлепив сонные глаза, устремился к диспетчерской. Под вой сирены и мельтешение тревожных фонарей, вместе с ним по коридору бежали солдаты из его взвода. Парни выглядели не лучше, но чувство долга гнало мужчин вперёд. Каждый понимал: их не подняли бы с постели без веской причины.

У диспетчерской столпотворение. Артём с трудом протиснулся между озабоченных и злых солдат. Да и сам такой же. Но и внутри командной рубки не протолкнуться. Тут присутствовали офицеры со всех пяти ремдоков, а их подчинённые толкались снаружи. В ряд стояли как дежурные смены в чистых комбинезонах, так и не успевшие привести себя в порядок, а потому в грязных промасленных спецовках, едва державшиеся на ногах офицеры с предыдущей вахты.

Артём бросил взгляд в зеркало, и не без удивления заметил, что, в отличие от других лейтенантов, работавших с ним в одну смену, он сам чистый и побритый. А проснувшись, был уже в свежем нательном белье. Но когда успел привести себя в порядок, не помнил. Только комбез на нём грязный. Но и коллеги выглядели не лучше.

- Все собрались? – перед строем лейтенантов вышел подполковник Ряжев в офицерском костюме, облегавшем накачанную фигуру. Под непрекращающийся вой сирены, он обвёл присутствующих взглядом. – Значит, слушай сюда. Гурулы напали на базу. Сражение идёт в космосе, но амфибии явно рвутся к нашим складам. Враг расстреливает линкоры но, к счастью, ещё ни один снаряд не попал в транспорты обслуживания.

- Хотят, гады, помародёрствовать, - вырвалось у Артёма.

- У вас недержание, лейтенант Багульник?! – подполковник едва не расстрелял подчинённого взглядом.

Артём лишь вздохнул и потупил взор. Сейчас лучше рот не открывать. Ряжев этого не любил.

По знаку подполковника капитан Селезнев включил большой монитор на боковой стене. На разделённом на сегменты экране офицеры увидели бой в окрестностях базы. Там настоящая мясорубка. Из-за огромного количества выпущенных снарядов и энергетических лучей космос светился так, не было видно звёзд. Множество различных аппаратов стремительно носилось в пространстве, выплёвывая друг в друга огненные струи. Подбитые корабли вспыхивали на мгновение, и тут же превращались в чёрные точки. К сожалению, их становилось всё больше. Силы защитников таяли на глазах.

В вакууме звук не распространяется, поэтому в салоне ремдока было тихо. Иначе тут гудело бы от канонады. Но и увиденного хватило, чтобы осознать всю серьёзность положения.

Неведомо как, в голове Артёма возникла информация о флоте врага. У гурулов пятнадцать летающих крепостей, по боевым характеристикам и габаритам превосходивших линкоры Космической Федерации. Атаковавшие базу амфибии из одного клана. Из-за нехватки ресурсов, они решили напасть на встретившиеся им на пути корабли людей.

Жестом подполковник велел капитану Селезневу выключить монитор.

- Значит, слушай сюда, - произнёс Ряжев, нервно играя желваками. - Как правильно сказал лейтенант Багульник, гурулы хотят отобрать у нас то, что у самих в дефиците. После сражений все армии остро нуждаются в доукомлектации. Поэтому наша задача сейчас: занять свои места в соответствии с боевыми расчётами и быть готовыми отразить вторжение.

- Товарищ подполковник, - это снова Багульник, - необходимо получить вооружение и расходники...

- Значит, слушай сюда. Действуйте согласно боевому расчёту. Или вы забыли, что нужно делать, лейтенант? Отвечайте!

- Я помню, товарищ подполковник. Но два дня назад мы сдали боеприпасы на обмен, и до сих пор не получили новые, - напомнил Артём.

- Да, это так, - подтвердили офицеры.

Подполковник молча прошёлся вдоль строя. Подчинённые правы, и ему возразить нечего. Действительно пару дней назад все боеприпасы, хранившиеся в арсеналах вспомогательных подразделений, были сданы для обмена. А из-за аврала новые ещё не доставили, и теперь ремполк полностью разоружён. Да и не только он, а и вся база флота в таком же положении. Значит, боеприпасы занять не у кого. Сейчас в арсенале во множестве имелись бластеры и автоматы, но стрелять нечем.

- Есть предложение, - сказал Артём, в упор глядя на подполковника.

- Говори. – Ряжева начал раздражать этот выскочка Багульник. Но в данной ситуации любая идея лучше, чем вообще ничего.

- Вчера из разбитых истребителей мы извлекли боеприпасы и оборудование военного назначения, - сказал Артём. – Всё это хранится во вспомогательном арсенале. Там разные виды расходников и кристаллы. Если порыться, можно найти что-нибудь для турелей и личного пользования.

Подполковник молчал, нервно играя желваками. Он не мог не признать правоту лейтенанта. Но всё произошло настолько быстро, что Ряжев ещё сам не успел перестроиться на воинский лад. Они же ремонтники, а не боевое подразделение.

- Значит, слушай сюда, - произнёс подполковник. – Лейтенант Багульник, возможно, предложил выход. Первый взвод, вы немедленно отправляетесь во вспомогательный арсенал и делаете ревизию боеприпасов. Если найдётся что-то подходящее, раздать личному составу. И пошевеливайтесь. Нападение возможно в любую минуту. Остальные взводы получают оружие в полковом арсенале и занимают позиции согласно боевому расчёту. Капитан Васюков после ревизии складов раздаст расходники всем подразделениям. Есть вопросы?

- Никак нет! – дружно ответили офицеры.

- Разойдись! – рявкнул подполковник, и лейтенанты повалили к выходу, где их ожидали подчинённые. – И пошевеливайтесь!

Артём Багульник командовал третьим взводом. По боевому расчёту они были в первом уровне обороны и занимали посты в турелях четвёртого дока. Их задача - защищать базу с помощью энергетических пушек ЭКУ-140. Раз в неделю Артём устраивал тренировки личному составу с учебными стрельбами по голограммным мишеням.

- Код красный! – выбежав из диспетчерской, крикнул Багульник своему взводу, и солдаты ринулись по лестнице вниз. В установленное время бойцы должны подняться в турели, расположенные на внешней стороне дока, и занять места согласно боевому расчёту. Только их орудия не имели кристаллов, с помощью которых генерировался пучок лазера.

- Товарищ лейтенант, - перед шлюзом к Артёму подошёл рядовой Елагин. Он дольше всех прослужил в подразделении. Амбиций не имел, потому и не рос в звании. Но технику знал, пожалуй, не хуже лейтенанта, за что получил кличку – профессор.

- Слушаю, Вадим.

- Я вчера снимал с истребителя кристаллы УВ-310. Они полностью заряжены. Ровно пять штук. Думаю, корабль подбили ещё до того, как он вступил в бой. У него снесло пушку. Триста десятые по мощности превосходят стандартные УВ-200, которые стоят на наших ЭКУ-140. Если бы не это, их вполне можно было бы использовать. Но установки могут расплавиться от такого заряда.

- Выдержат, - уверенно сказал Артём. – Надо лишь заменить преобразователь. Молодец. Хорошая идея. А ты придумал, как подключить УВ-310 вместо УВ-200? Крепление ведь другое. А сделано это для того, чтобы всякие умники, типа нас, случайно не перепутали их.

- Я могу изготовить адаптеры, - предложил Елагин. – У меня, кстати, уже есть парочка.

- Это куда же, профессор, ты их приспосабливал? – спросил Артём.

- Вы же знаете, товарищ лейтенант, нам часто приходится менять боевые установки на кораблях. Вот я и ставил лазерные пушки нового поколения ЭКУ-70 на истребители СУ-720 старой серии. Вы же всё согласовали с капитаном Селезнёвым. А адаптеры пришлось изготавливать самостоятельно. По-другому УВ-310 не установить в предыдущие версии.

- Хорошо, Вадим, - кивнул Багульник. – Я подумаю над твоей идеей. А сейчас мы должны занять боевые посты.

Солдаты по четверо проходили шлюз. Багульник шёл последним. Ему понравилась идея Елагина, и он размышлял, как подготовить установки ЭКУ-140 к новым кристаллам. Ведь там дело не только в подключении и перенастройке.

Покинув шлюзовую камеру, рядовые сразу же разбегались по боевым постам. Когда лейтенант вместе с последней тройкой оказался в ремдоке, внутри было уже пусто. Артём тоже устремился к турели но, едва пробежав несколько метров, остановился. Вернее, чуть не упал, зацепившись ногами за шланг распылителя.

«Какой идиот оставил здесь неубранное оборудование? – пронеслось в мыслях. – Неужели мои бойцы?»

Взгляд обежал ремдок и уткнулся в стоявшие у стены пустые бочонки. А ведь их не должно тут быть. На одной маркировка биоматериалов, а на другой композитного состава холодного металла, применяемого для формовки на 3D-принтере. Эти компоненты не используются в ремдоках.

И тут в голове Артёма словно открылась дверь, и память ожила. Он вспомнил нештатную ситуацию, в которой лечил чужой корабль. Сейчас это казалось сном. Но ведь оборудование разбросано по цеху, включённый смеситель с опущенной ёмкостью явно нуждался в очистке, а пустые бочки там же, где он их оставил.

Артём потряс головой, желая прогнать наваждение. Но оно не проходило. Значит, это ему не приснилось, и он действительно ремонтировал Модуль стабилизации гармонии. И сам же не убрал оборудование.

Артём взглянул на руки. Тремора нет. И тут вспомнил, как бежал по коридорам вместе с остальными солдатами, а не шёл. Лёгкие не болели и, кстати, раненная нога тоже. «Значит, Восемьдесят седьмой так отблагодарил меня за помощь. Ну, и ему спасибо».

Артём вспомнил, что у него был доступ к информационной сфере. Интересно, а сейчас? Он ничего не ощущал. Но, стоило о чём-то подумать, в голове сразу же возникал ответ, будто он всегда обладал знаниями.

- Товарищ лейтенант! - окликнул Багульника рядовой Иванин. – Вы идёте?

По боевому расчёту солдату надлежало закрыть дверь в турель, поэтому он и позвал замешкавшегося командира. Третий взвод состоял из двадцати человек и обслуживал пять лазерных установок ЭКУ-140. На первой батарее лейтенант Багульник, как руководитель подразделения, был наводчиком, и курировал остальные турели. Поскольку энергокристаллы отсутствовали, то вся их подготовка сейчас бессмысленна. И займёт лейтенант свой пост или нет, ничего не меняло.

Артём бросил взгляд на хронометр. Бойцы в положенное время заняли свои посты в турелях. Значит, от ротного выговора не будет.

- Давай сюда Елагина, - скомандовал лейтенант. – Взвод в полном составе тоже на выход. Новая вводная.

Солдаты неспешно выбрались из турелей и, матерясь по обычаю, выстроились в ряд.

Багульник обвёл подчинённых взглядом. Бойцы не отдохнули со вчерашнего дня и были злыми. Комбезы грязные, лица осунувшиеся и небритые, глаза красные. Как и у самого командира.

- Рядовой Елагин сделал разумное предложение по замене кристаллов УВ-200 на новые УВ-310, которые хранятся во вспомогательном арсенале, - сказал лейтенант. - Рядовые Вощук, Ерёменко, Тёркин и Багеров доставят сюда пять УВ-310, и разнесут по турелям. А Елагин изготовит адаптеры. Ему в помощь все остальные, не задействованные в переноске. Если успеете вовремя, то мы ещё сможем повоевать за свой док. Вам понятно?

- Так точно, - усталыми голосами произнесли бойцы. Что неудивительно. Проспали то всего пару часов.

- Выполнять! – скомандовал лейтенант, желая расшевелить сонное царство.

- Есть! – дружно ответили солдаты и, получив дозу ускорения, разбежались.

- Рядовой Бахнадзе, ко мне, - кликнул Багульник.

- Слушаю, - к лейтенанту подошёл смуглый худощавый парень. Он месяц назад прибыл с гражданки и ещё не успел принять присягу.

- Боец, почему нет порядка? – указал Артём на смеситель и бочки. Требовалось срочно убрать их из цеха, пока командование не затеяло проверку боевой готовности. Но всё должно выглядеть естественно.

- Да я вчера здесь… - начал Бахнадзе.

- Отставить! – сказал лейтенант. – Быстро наведи порядок. Если руководство увидит бардак, получим выговор. А значит, не будет увольнительной взводу. Усёк?

- Так точно.

- Выполняй!

Выдав подчинённым задания, Багульник направился к шлюзу. Артём отлично понимал, что небольшой флот из трёх линкоров и десяти эсминцев не защитят базу от пятнадцати летающих крепостей гурулов. А десанту захватчиков не смогут противостоять солдаты вспомогательных служб, которые лишь изредка проводили учения, поскольку так положено по инструкции. Но опыта-то боевого нет. А значит, чтобы не дать противнику уничтожить людей, необходимы иные методы.

Размышляя над проблемой, Артём вспомнил цитату древнего китайца Сунь-цзы: «Сто раз сразиться и сто раз победить – это не лучшее из лучших; лучшее из лучшего – покорить чужую армию не сражаясь». Значит, надо придумать, как вынудить противника отступить. И у него уже созрела идея. Ведь тот же Сунь-цзы написал: «Война – это путь обмана».

***

Гурулы наседали плотно, и в том ничего удивительного. Амфибии понимали - у людей не хватит сил для противостояния атаковавшему их флоту. А значит, не надо жалеть боеприпасов. Если уничтожить корабли охраны, то можно разграбить базу и восполнить потери.

Люди сражались, не щадя свои жизни, но ожидаемо проигрывали, и ничего не могли с этим поделать. Враг превосходил количеством и мощностью. Первый линкор подбили в самом начале сражения. Второй ещё пытался огрызаться, но уже половина его корпуса разбита. Третий маневрировал, и гурулы сосредоточили на нём плотный огонь. А в этой ситуации, как ни крутись, всё равно подобьют. Дело времени.

Командование базы хорошо понимало: близился неизбежный крах. Враг в пять раз превосходил линкоры количеством и боевой мощью. А эсминцы не в состоянии противостоять летающим крепостям Лигама. Они летали вокруг противника, будто планктон возле кита. И гурулы постепенно отстреливали их, как мишени в тире.

Вспомогательные корабли, составлявшие основу базы флота, к сожалению, невозможно быстро вывести в безопасную зону. Пока они расстыкуются и станут набирать ускорение, враг их догонит и уничтожит. А оружия для защиты нет. Как назло, накануне собрали весь арсенал и отправили в действующие войска. А новый ещё не завезли. Но даже при наличии полного боекомплекта, предназначенные для обслуживания транспорты лишь на несколько минут оттянули бы свою гибель.

Проанализировав ситуацию, генерал Конкин отдал приказ о подготовке ликвидации базы. Это тяжёлый выбор, погибнут тысячи человек. Но если гурулы ворвутся на палубы, то никого не пощадят. А позволить врагу овладеть хранившимися на складах материалами и провизией, значит, дать им ресурсы для сражения с другими флотами Космической Федерации. А это недопустимо.

Специальные команды отправились с секретными приказами на все корабли базы. У них чёткие инструкции для подобных случаев. Впрочем, эти люди должны лишь активировать особые механизмы. А принимать решение и давить на кнопки - прерогатива и обязанность командующего.

***

Когда Багульник вышел из шлюза, рядовые монтировали адаптеры к корпусам УВ-310. Он увидел, что первый уже потащили к ближайшей турели. Значит, всё прошло, как задумано. Довольный Артём подошёл к солдатам и похвалил:

- Молодцы, братцы. Надеюсь, наши пушки не побрезгуют новыми сердцами?

- А куда же они денутся, - откликнулся Елагин и стал во весь рост. – Товарищ лейтенант, все адаптеры смонтированы. За пару минут установим кристаллы на турели, и мы готовы к бою.

- Чем быстрее справитесь, тем больше шансов, что мы сумеем защитить наш док, - сказал Артём. - Ещё нужно опробовать смонтированное оборудование и выбрать оптимальный режим для атаки.

Солдаты метнулись к боевым постам с кристаллами в обнимку, а лейтенант неспешно шёл сзади. Артём надеялся, что сражения вообще не будет. Не зря же метался по кораблям базы и составлял текст на гурульском языке. Но он ещё не знал, как инопланетяне воспримут его послание.

***

Когда третий линкор защитников был подбит, а второй больше не подавал признаков жизни, гурулы ринулись на абордаж базы, выпустив из своих огромных крепостей мелкие суда с десантными командами. Вот тут проявили себя эсминцы и истребители. Они расстреливали врага в упор, и даже шли на таран, чтобы уничтожить как можно больше захватчиков, но не позволить им высадиться на корабли обеспечения.

И в этот самый момент произошло нечто странное: гурулы внезапно прекратили наступление. Пушки их смолкли, а все малые суда вернулись в летающие крепости.

Генерал Конкин пребывал в растерянности. «Что задумали враги? – размышлял он. - Решили уничтожить транспорты Федерации, расстреляв в упор? С них станется. Но с военной точки зрения непонятно: зачем прекращать наступление, когда десант уже готов высадиться? Нелогично».

А далее события развивались и вовсе непредсказуемо. Едва корабли гурулов вернулись в свои летающие крепости, те сразу же стартовали. Причём с максимально возможной скоростью, что походило на бегство. «Чего испугались амфибии?» - недоумевал генерал. Но ответа не знал. А космос вокруг стал пуст, как и до атаки. Что самое интересное, никто не спешил на помощь базе.

***

Когда флот гурулов покинул ближайший космос, а эсминцы приступили к спасательной миссии, генерал Конкин первым делом отправил курьерский корабль в расположение основного боевого соединения флота. Ведь база осталась вообще без защиты. А потом он вызвал к себе всех командиров судов. Требовалось подвести итоги, разобраться в ситуации и выработать план действий.

- Ни один корабль вспомогательного флота не пострадал, - доложил начальник инженерной службы полковник Кругляшов. – Есть лишь небольшие повреждения. Но в целом противометеоритная защита сработала.

- Сколько раненных на кораблях обеспечения? – озабоченно спросил Конкин. По привычке, слушая доклады стоя, он круговыми движениями массировал ладони.

- Таких нет, - отрапортовал полковник Макаров, командовавший судном-госпиталем. – Но на линкорах и эсминцах потери катастрофические. Спасатели начали доставлять первых раненных. Очень тяжёлые случаи. Мы соберём выживших, окажем им возможную помощь, и вывезем на ближайшую планету для реабилитации.

- Действуйте, - кивнул генерал седой головой. – Надо спасти как можно больше людей. Чёртовы гурулы разнесли нас в хлам, а у самих потери лишь в десанте. А ведь теперь, взамен уничтоженным кораблям, нужно выставить новые, да ещё и укомплектовать их экипажами. Но самое скверное: мы показали Лигаму нашу слабость. Теперь они будут использовать её против нас. А вообще, я не понимаю, что сейчас произошло.

- Может, амфибии испытывали наши силы перед грядущими сражениями? Искали бреши в обороне? – высказался командир промышленного судна полковник Головин. Своей грузной фигурой он напоминал медведя.

Конкин скривился. Он не мог принять такое объяснение, противоречившее здравому смыслу. Вот если бы не десант гурулов, то идею ещё можно было обдумать.

- Товарищ генерал, разрешите доложить? - в зал совещаний вошёл полковник Гаврилов, командовавший службой связи. Вечный юноша – поддразнивали его коллеги за небольшой рост, моложавое лицо и высокий голос. Как всегда, он аккуратный и подтянутый, словно и не было бессонной ночи.

- Говори, Вадим Сергеевич, - кивнул генерал, и вошедший стал центром внимания офицеров.

- Нештатная ситуация, - доложил Гаврилов. - Во время атаки с нашего корабля было передано сообщение на частоте, используемой гурулами и на их языке.

- А вы часом не путаете сигналы амфибий, отражённые от наших кораблей, с прямой трансляцией? – спросил Конкин с подозрением в голосе.

- Никак нет, - твёрдо ответил тот. Выдержав хмурый взгляд командующего, Гаврилов продолжил: – Сообщение было записано на наш компьютер и передано в автоматическом режиме.

- Сам файл сохранился? – поинтересовался начальник инженерной службы полковник Кругляшов.

- Так точно. Его сейчас изучают наши специалисты, - отрапортовал Гаврилов.

- Чёрти что творится, - пробасил Конкин, ударив кулаком по ладони. – То нештатная ситуация в четвёртом ремдоке. Теперь странные послания. Мистика какая-то. Вы перевели сообщение?

- Так точно. В нём дословно следующее. - Гаврилов включил проектор и перед ним поплыли строки. – Это моя добыча. Немедленно прекратить атаку и покинуть данный квадрант. Семьи, которые ослушаются моего приказа, не получат для самок доступ к священным озёрам Лигамы. Ийгууус.

- И это нелепое сообщение остановило гурулов? – генерал озадачено смотрел на полковника.

- Так точно. Едва передача завершилась, амфибии прекратили штурм и улетели.

- Кто-нибудь понимает, что значит это послание, и о чём там говорится? – Конкин обвёл взглядом присутствующих офицеров.

- Разрешите? – встал майор Липатов. Он служил в разведке, и сейчас после боевого ранения проходил лечение на госпитальном судне. На совещание явился по собственной инициативе и в полном обмундировании. Только макушка ещё в медицинском коконе.

- Говорите, - кивнул генерал.

- Начну с конца, - произнёс майор, словно преподаватель перед студентами. – Ийгууус – имя старшего сына главы, а по-гурульски - энэрея Лигамы. Поэтому оно и оказало такое влияние на амфибий. А священные озёра – типа их храм. Считается: если самка не родит в тех водах первенца, то вся семья обречена на вымирание. Так это или нет, мы не знаем, поскольку гурулы никогда не пускали людей в свою вотчину. А добытые нами сведения от пленных.

Майор сел и в отсеке воцарилась тишина.

- Вы понимаете, что это значит?! – спросил Конкин, глядя на подчинённых.

- На нашей базе шпион, - выдохнул майор Лимонов, отвечавший за секретную службу.

- Да вы головой своей думаете хоть иногда?! – взревел генерал. - Неужели предатель будет вещать в прямой эфир, что этот флот его добыча? Да ещё пригрозит другим гурулам какими-то священными озёрами?! Да если судить по тексту, а так же по реакции амфибий, уже не мы хозяева нашей базы! Уяснили, наконец, что это значит?!

Офицеры застыли в напряжённой тишине. Подобного развития событий никто не ожидал, и люди не были готовы к новой реальности, где они добыча.

- Насколько я помню, - сказал полковник Кругляшов, обращаясь к Гаврилову, - мы недавно обновляли на вашем судне камеры слежения. Они должны функционировать.

- Так точно, - кивнул глава службы связи. – Мы их проверяли. Оборудование в рабочем состоянии.

- И вы не нашли автора сообщения? – удивился Кругляшов.

- Нет. В файле зафиксировано время создания записи и передачи. Но в тот промежуток никто не входил в отсек связи. А вы знаете, как он охраняется. Трансляция запустилась в автоматическом режиме через три минуты после создания файла.

- Разберитесь с этим, – приказал Конкин Гаврилову.

- Есть, – кивнул начальник службы связи.

***

Когда энергокристаллы с адаптерами были установлены, пушки запущены и прицелы наведены, оказалось, стрелять не в кого. Враг сбежал.

Артём спустился из турели в ремдок и улыбнулся. «У меня получилось! - радовался он. - Кто бы мог подумать, что одно сообщение предотвратит кровавую бойню. Мудрость Сунь-цзы не подвела. Кстати, вовремя тут появился Модуль стабилизации гармонии. Может, он действительно нуждался в помощи ремонтника. Но ведь он мог таким образом вмешаться, чтобы уравновесить ситуацию, грозившую бедами множеству разумных существ. Вот бы найти предложения, которые остановили бы саму войну».

Артём задумался. У него, конечно, есть вся доступная информация о галактике. Но ведь нужно ещё придумать, как ею воспользоваться. Этим стоило заняться.

0
23:19
93