Анна Неделина №4

Жизнь взаймы

Автор:
Роман Носов
Жизнь взаймы
Работа №343
  • Опубликовано на Яндекс.Дзен

Снег сыпал так, будто небо старалось срочно выполнить годовую норму в последние пару дней до нового года. Небывалый снегопад для нашего города. А, учитывая предпраздничный ажиотаж, вокруг творилась суматоха.

Тут и там застыли машины, слившиеся в поцелуе, моргая аварийными фарами от удовольствия. Только их хозяева не были столь открыты и любезны друг с другом.

Я спешил домой из магазина, держа в каждой руке по пакету. Машину у меня хватило благоразумия оставить припаркованной у дома. Тут пешком-то ничего не видно в паре метров из-за сыпавшего в глаза снега, а ехать на машине – только искать приключения на свой бампер. Хорошо, что дочку с собой не взял.

Осталось перейти дорогу, и я окажусь в теплом, сухом подъезде. До перекрестка было идти лень в такую погоду. Я, прищурившись, посмотрел по сторонам – свет фар был достаточно далеко. Успею.

На середине дороги я решил ускориться и почувствовал, как ноги мои разъезжаются в разные стороны на скользкой дороге. Я взмахнул руками, пытаясь удержать равновесие, и, словно в замедленной съемке, смотрел, как мандарины посыпались из пакета на землю. Миг, и время снова ускорилось. Дальше был удар о землю, от которого на секунду потемнело в глазах. Еще толком не понимая, что произошло, я зачем-то потянулся собирать бесполезные сейчас фрукты и замер, с ужасом наблюдая, как тень лежавшего рядом мандарина быстро сокращается. Затем, медленно, (черт, ну почему так медленно?!) я повернул голову и тут же зажмурился от яркого света.

Этот свет врезался мне прямо в голову, взорвавшись на тысячи ярких осколков. Оглушительный гудок автомобиля застыл в голове, словно в нее залили горячую смолу. Ослепительный свет и шум...

На миг появлялись какие-то размытые образы. Надо мной склонился человек, кажется, в белой маске, как у врача. Я смутно ощущал вибрации, словно ехал в машине. Какая машина? Я же был.… А где я был?..

Картинка сменилась на другую. Я будто плыл по коридору, надо мной мелькали белые лампы. Не было сил сосредоточиться и следить за ними. Веки смежились, я снова погрузился в застывший в голове шум и всполохи света.

Кажется, я слышал голоса, но не мог разобрать ни слова. Они сливались в какофонию звуков. Сколько прошло времени, я не знал.

Все прекратилось так же резко, как и началось. Внезапно вернулись ясность ума, зрение и прочие чувства. Я стоял в комнате полной людей. В голове постепенно утихало эхо недавнего шума, уступая место звенящей тишине. Помещение было просторным и ярко освещенным. Люди в белых халатах столпились в центре комнаты. Я подошел поближе, чтобы рассмотреть, над чем они склонились.

Страшная догадка уже стучала в подсознание, но я от нее отмахивался, пока не увидел все собственными глазами.

В центре комнаты, на кушетке лежал я, и врачи боролись за мою жизнь.

Но если там лежит мое тело… Я поднял ладони к лицу. Нет, это просто какой-то страшный сон! Сейчас я проснусь и.… Но я не просыпался.

- Пульса нет! Остановка, – громко сообщила девушка, стоявшая возле аппаратуры.

- Черт! – выругался один из врачей. – Тебя нам еще не хватало на праздники. Заводим его!

Я видел подобные сцены много раз в кино. Сейчас будут крики: «Разряд!», и подпрыгивающее от удара током тело.

После первого разряда ничего не произошло. Я завороженно смотрел на свое безжизненное тело и молился все богам, чтобы сердце снова заработало. Врачи что-то говорили и суетились, я не обращал на них никакого внимания.

Разряд.

- Ну, давай! – крикнул я. - Очнись!

Никто из врачей не обернулся на мой крик. Кажется, они меня вообще не замечали. Они делали свою работу.

Я стоял и тараторил как мантру: «Очнись, очнись, очнись…»

- Ничего… – обронил второй врач.

- Черта с два! – ругнулся первый. – Еще раз!

От очередного разряда мое тело выгнулось, и на миг глаза открылись. Наши взгляды встретились. Я даже открыл рот от шока, будто это меня сейчас ударило током. Это было жутко – смотреть самому себе в глаза. Мое тело очнулось на мгновение, но как это возможно?

- Есть пульс, – сказала девушка.

Стоп, что?!

- Жить будет, - устало выдохнул врач. – Сопротивлялся, чертяка, спасению.

- Что значит, будет жить?! – вслух произнес я. – Я жив?

Мои вопросы остались без внимания.

Но я же здесь! Что происходит?

- Эй, вы! – закричал я. – Я здесь, я не вернулся в тело! Вы еще не спасли меня, делайте что-то!

Мои крики уходили в пустоту. Никто даже не вздрогнул.

Я протянул руку, намереваясь схватить ближайшего врача и развернуть его в свою сторону, но моя рука провалилась в пустоту. Я не мог их даже коснуться…

Я призрак? Но я же не умер. Что за бред?!

Я перевел взгляд на свое лежащее тело. Грудь плавно поднималась и опускалась. Мне казалось, что я схожу с ума. Я должен попасть обратно!

Я рванулся и попытался прыгнуть в свое тело. Но как только я его коснулся, какая-то сила отбросила меня к стене. Что?.. Мое тело меня сейчас отвергло?

Вскоре врачи закончили работу, и мое тело укатили прочь из операционной. В последний момент я рванулся следом, но не успел пройти в закрывавшуюся дверь. Со всего маха я врезался в нее, будто это была кирпичная стена. Дверь даже не шелохнулась.

- Ты сейчас на второй? – раздался сзади женский голос.

- Потом, пошли чайку попьем. С утра крошки во рту не было.

Из моего живота протянулась рука и открыла дверь. Потом, сквозь меня прошли двое. Я не стал повторять свою ошибку и выскользнул в коридор, пока путь был свободен.

Куда увезли мое тело? Я огляделся по сторонам. Коридор был пуст. Та парочка скрылась за поворотом. Я наугад выбрал направление и пошел направо. В конце коридора меня ждала закрытая дверь. Я развернулся обратно.

Я блуждал так некоторое время, встречая закрытые двери и поворачивая в другую сторону. Нужно найти людей и следовать за ними, раз я не умею открывать двери.

За следующей дверью я услышал знакомый голос врача, который меня оперировал.

- Жить будет, – снова повторил он кому-то усталым голосом.

- Когда он очнется? – а этот голос я не мог не узнать…

- Лена! Я здесь! – закричал я, тарабаня в дверь.

Там, за дверью, была моя жена. Я должен ее увидеть!

- Вы сможете навестить его завтра. Сейчас он спит, он побывал, если можно так сказать, на том свете.

- Что значит, на том свете?.. – тихо произнесла Лена.

- Клиническая смерть. Он был мертв около трех минут. Но не волнуйтесь, сейчас он в полном порядке.

Я был мертв около трех минут? Да я до сих пор мертв!

- Можно я взгляну на него? – робко спросила она. – Я не буду мешать, я тихонечко… Просто хочу его увидеть, пожалуйста.

- Только быстро! – после обдумывания согласился врач. – Завтра уже придете с полноценным визитом.

- Спасибо! Я быстро, обещаю! – взволнованно пролепетала она.

Дверь открылась, и они прошли мимо меня.

- Леночка! Я здесь, я рядом! – затараторил я, но она шла вперед, не замечая меня.

Ее глаза были распухшими от недавних слез. Больше всего мне сейчас хотелось крепко обнять ее и сказать, что все будет хорошо.

- Сюда, – пригласил ее врач, открыв одну из дверей в коридоре.

Я прошмыгнул в палату вперед Лены.

На кровати лежал я. Одна рука была забинтована. Все лицо было отекшее. На правой щеке и лбу были большие гематомы. Голова тоже была перебинтована. Мое тело словно спало.

- Сергей… Серёж, – ласково прошептала Лена и взяла меня за руку.

Из ее глаз покатились слезы.

Мое тело, лежащее на кровати, слегка дернулось от прикосновения. Затем веки медленно поднялись. Ничего не понимающим взглядом мое тело обводило комнату, пока не уперлось взглядом в Лену.

- Сереж! Это я! – радостно зашептала она.

Я сделал шаг назад. Этого не может быть!

- Кто ты такой?! – закричал я. – Это мое тело!

- Что… Что происходит? – заплетающимся языком медленно выговорило мое тело.

- Удивительно, очнулся! – воскликнул врач. – Он сейчас в шоке и не отошел от наркоза. Ему нужен отдых, пойдемте…

- Серёж, я тебя люблю…

- Лена, это не я! – отчаянно заговорил я. – Я здесь! Это не я в этом теле!

Она поцеловала самозванца в лоб и прошептала:

- Отдыхай, милый. Мы завтра к тебе придем.

- Да что за ерунда происходит?..

Хотелось выть от безнадежности.

Врач открыл дверь и ждал с той стороны, пока Лена выйдет из палаты.

Я совершенно не знал, что мне делать, и как вернутся в свое тело. Но одно я знал точно – я не хотел, чтобы Лена уходила. Она должна почувствовать меня, увидеть, услышать.… Если не она, то кто? Ближе жены и дочери у меня не было никого на всем свете. Нужно просто как-то до нее достучаться.

Попробовав еще раз вернуться в тело, я убедился, что какая-то сила меня снова и снова отталкивает. Будто иммунная система отгоняет чужака.

Времени на принятие решения оставалось совсем мало, и я поспешил выйти из палаты, пока дверь не заперла меня там на всю ночь.

Когда я вышел, я бросил мимолетный взгляд вправо по коридору. Что-то в увиденном показалось мне странным, и я вновь повернул голову в ту сторону. Дальние стены коридора были в легкой белой дымке. Словно там был туман.

Разберусь позже, Лена с врачом уходили в другую сторону. Я бросился за ними.

- Прямо по коридору, в конце налево. По лестнице спуститесь на первый этаж, там дорогу найдете, – объяснил врач. – Завтра приходите с девяти до двенадцати.

- Спасибо вам большое! – вымученно улыбнулась Лена и пошла в указанном направлении.

Ее походка была подавленной, плечи ссутуленными. Бедняжка, каково ей пришлось! Я даже представить не мог себя на ее месте, если бы мне сообщили, что ее сбила машина… Машеньку, наверное, отвела бабушке. Молодец, нечего ребенку все это видеть.

Я пошел за ней следом. Мне нечего было делать в больнице, тем более завтра Лена вернется меня навестить. Вернемся вместе, а за это время может я что-то и придумаю. Время есть, я же не умираю, я очнулся… Боже, как безумно все это звучит!

Мы спустились по лестнице. Лена подошла в регистратуру что-то уточнить. Я разглядывал вестибюль. Лишь несколько человек сидело на скамейке. То ли ожидая, что их сейчас вызовут, то ли, что к ним выйдут сами. Может, они тоже ждали, пока решается, выживет ли их близкий или нет. Хотя нет, судя по скучающему лицу пожилой женщины и молодого парня неподалеку, они просто ждали каких-нибудь анализов.

Лена поблагодарила девушку у регистратуры и пошла к выходу, на ходу укутываясь шарфом и надевая перчатки.

Когда она толкнула входную дверь, оттуда сразу же залетел порыв ветра и бросил горсть снега на пол. Я подождал, пока жена выйдет. Проходить сквозь нее мне почему-то не хотелось, и я вышел следом.

Передо мной раскинулось бескрайнее белое море. Снег на земле, снег, падающий с неба, и все… Больше не было ничего. Ни домов, ни машин, ни людей, ни Лены. Совсем ничего!

Я ошарашенно смотрел в это белое безмолвие, а механический доводчик медленно и безжалостно закрывал за мной дверь. Полоса желтого света с вестибюля медленно сужалась на снегу. Я инстинктивно шагнул назад. Дверь закрылась перед моим носом.

Что это сейчас было?! Куда делась Лена, куда делся город?

Не значит ли это, что мне нельзя выходить из больницы? Ну да, за больницей же нет ничего.

Значит, я привязан к больнице. Не к больнице, к своему телу… Точно! И зачем я, дурак, ушел из палаты?

Я подошел к дверям, ведущим к лестнице, и стал ждать, пока кто-нибудь мне их любезно откроет. Ждать пришлось недолго. Вскоре пожилая женщина в белом халате спустилась по лестнице. Я, недолго думая, прошел сквозь нее и побежал по ступеням.

На втором этаже быстро нашлась провожатая, она шла прямиком в сторону моей палаты. Я увязался за ней. Вот и дверь, ведущая в коридор с палатами. Девушка распахнула ее и пошла вперед, а я замер на пороге. Большая часть коридора была прозрачной, и там шел снег. Все то же белое безмолвие, что и на улице. Девушка дошла до границы, где коридор переходил в зиму, и растворилась там. Нет, нет, мне туда не надо!

Я кое-как протиснулся обратно, пока дверь не закрылась.

Что делать дальше? Дверь в мою палату было уже почти не видно, она скрывалась за падающим снегом. Мне туда уже не попасть…

- Скорее! – громко зазвучал женский голос. – Вызывай Андрея Павловича, тут еще один клиент с ножевым.

Я двинулся на звук. Из-за поворота выскочило несколько человек, они катили каталку с лежащим там человеком. Тот был весь в крови. Процессия завернула за поворот. Я побежал за ними. Лишь бы успеть забежать в операционную, пока не закрыли дверь.

Успел! Заскочил в последний момент. Врачи разрезали на бедолаге одежду. Кровь была повсюду.

- Слишком много крови потерял! – ругнулся врач. – Быстрее!

Я завороженно смотрел на слаженную работу врачей. Несмотря на свои циничные шутки в сторону пациентов, было видно, что они изо всех сил пытаются его спасти.

Но дела у них шли плохо. Насколько я понял из обрывков фраз, которыми они периодически обменивались между собой, у мужика была пробита печень. И крови он потерял слишком много, пока за ним приехала скорая.

В подтверждение моих доводов, вскоре в операционной появился еще один человек. Вернее, человек все тот же. Он стоял рядом со мной и опешившим взглядом оглядывал все вокруг. На вид лет тридцать пять. Обычная такая незапоминающаяся внешность. Такой вполне мог быть и кондуктором в автобусе, и главным инженером на заводе.

- Что происходит? – неуверенным голосом спросил он. – Где я?

- На том свете, дружище… - мрачно ответил я и кивком головы указал на врачей.

Мужчина проследил за моим взглядом и с открытым ртом смотрел на свое бездыханное тело.

- Время смерти: двадцать тридцать одна, – резюмировала девушка.

- Время смерти… - тихо повторил мужчина. – Я умер?..

- Прими мои соболезнования.

- А ты ангел? – его растерянный взгляд уперся в меня.

- Если бы, - усмехнулся я. – Такой же…

Я хотел сказать: «Такой же жмур, как и ты», но вовремя остановился. Я же не умер.

- И что дальше? – дрожащим голосом спросил он.

- А дальше будем блуждать по больнице и думать, что нам тут делать. Тебя как зовут?

- Кирилл.

- Я Серега, – представился я. – Как тебя угораздило?

- Я помню, как поднимался по лестнице. Лифт не работал, и я решил идти пешком… - он нахмурился, напрягая память. – Там были трое, на лестничной…

Он резко оборвался, запрокинул голову, и посмотрел наверх.

Я удивленно проследил за его взглядом – потолок как потолок.

- Что ты там увидел?..

Но я не успел договорить, потому как из потолка начало исходить золотое свечение прямо над Кириллом.

- Что за… - ошарашенно проговорил я.

Свечение становилось все сильнее. Губы Кирилла расплылись в блаженной улыбке. Он раскинул руки и медленно полетел вверх.

- Ты слышишь? – радостно воскликнул он. – Они меня зовут… Боже, как красиво!

Кирилл рассмеялся звонким и искренним смехом. Он кружился и летел вверх. Прямо к свету.

Его безмятежное лицо озаряли золотые блики.

Так, стоп! А как же я?

- Эй! – крикнул я в потолок. – А за мной когда? Меня кто-нибудь слышит?

Кирилл, кажется, видел уже иные миры, и не обращал на меня никакого внимания. Его голова уже коснулась света.

Я не хочу оставаться здесь! Я тоже хочу на небо, я хочу в свое тело, я хочу жить, я хочу чего угодно, но не блуждать по больнице!

- Стой, зараза!

Сам не осознавая, что я делаю, я схватил Кирилла за ногу. Поначалу он ничего не замечал, но когда полет замедлился, улыбка сменилась на недоумение.

Он стал дергать ногой, в надежде меня стряхнуть, но я вцепился крепко.

- Отцепись! – крикнул он, дергая ногами. - Меня уже ждут, как ты не понимаешь!

- А как же я?! – кричал я в ответ.

Я повис в воздухе, держась за его ногу. Но сила, тянувшая Кирилла на небо, была явно сильнее меня.

Я не смог долго его удерживать, и он улетел в это золотое свечение. Я упал на пол и бессильно смотрел, как потолок снова стал обычным.

- Про меня забыли?! – в отчаянии закричал я.

Ответом мне была звенящая тишина. Я остался один, все уже вышли операционной.

Замечательно, ничего не скажешь…

Я стоял в комнате, посреди которой лежал покойник, накинутый простыней. Наверное, раньше мне было бы не по себе от такого соседства. Но сейчас, призраков мне, что ли, бояться, в самом деле… Я невесело ухмыльнулся. Впору уже самому пугать людей, призрак доморощенный…

Я оглядел комнату, и взгляд мой уперся в смотровое окно. И то, что я там увидел, меня совсем не радовало. Там шел снег. Часть коридора, по которому я недавно прошел, растворилась. Маленькая снежинка пролетела сквозь окно, упала на мою раскрытую ладонь и растаяла. Я завороженно смотрел на маленькую капельку воды в моей руке.

Больница исчезает. Скоро я окажусь в этой белой пустыне. Бежать из комнаты мне было некуда.

Без удивления, я заметил, что противоположная стена стала слегка размытой, словно медленно растворяясь.

Я устало сел прямо на пол. Какой смысл метаться, если я заперт в комнате.

Прикрыв веки, я стал вспоминать свою дочь. В голове проносились картинки, как мы с ней недавно лепили снеговика. Ее звонки смех. Ее белые кудри.

Новогодний подарок, который мы с Леной приготовили для Машеньки, так и лежит в серванте. А еще я завтра должен был забрать костюм деда мороза у соседей. Впервые я решился побыть дедом морозом для своей дочери…

В сердце защемило. Завтра моя жена и дочь придут навещать самозванца, который находится в моем теле. Хотелось кричать, но не было на эти силы. Хотелось волком выть.

Я медленно открыл глаза и обнаружил, что сижу на островке пола, посреди снежной пустоши. Кругом шел снегопад, за которым ничего нельзя было разглядеть. Но постепенно, сквозь мелькающие снежинки, стал едва различим человеческий силуэт. Он медленно приближался, очертание его становились все четче.

Когда человек подошел достаточно близко, я, наконец, смог его разглядеть.

- Папа, - сдавленно выдохнул я.

- Здравствуй, Сергей, – сухим голосом произнес отец и подошел ближе. – Ну и шума ты там наверху наделал.

- Папа, я… - у меня стоял ком в горле. Хотелось подскочить и обнять своего отца, который умер много лет назад, но меня что-то останавливало.

- Я понимаю, – кивнул он.

Что-то в его лице было не так. В целом он выглядел так, каким я его запомнил, но глаза и голос… Глаза были безжизненными, а голос сухим и безэмоциональным. Наверное, так разговаривал бы робот.

- Ты ведь не мой отец?.. – наконец вырвалось у меня.

- Верно, – слегка кивнул он.

Я тихо застонал. Но потом смог выдавить из себя:

- Кто ты?

- Предпочтительнее, чтобы ты видел этот образ из своей памяти, чем мой истинный облик. Ваше восприятие к такому не готово. Можешь звать меня ангелом, можешь считать, что я твой отец, не важно. Я здесь для того, чтобы донести до тебя твою ситуацию.

- Какую ситуацию? Что вообще происходит, я умер?

- Не совсем так, - промолвил он механическим голосом. – Но ты и не совсем живой.

- Что это значит? – опешил я. – Почему мое тело очнулось, а я до сих пор здесь?

- Все дело в твоем сердце.

Страшная догадка громом поразила мое сознание:

- Так значит…

- Да. Та операция по пересадке сердца, что тебе сделали много лет назад. Вы, люди, заигрались в Бога, – он сделал паузу. - Все это время ты жил взаймы, за чужой счет. Когда тебя сбила машина, чужое сердце в тебе остановилось, но врачи смогли его запустить вновь. Его истинный хозяин вернулся из небытия, призванный первыми ударами своего сердца.

- А как же я… Что будет со мной?

- Ты застрял между мирами, – все так же без эмоций сообщил мой собеседник. В его словах не было ни капли жалости, ни участия. Он просто излагал факты. - Ты не можешь пойти выше, куда попадают все после смерти. Ты ведь по факту еще не умер, тело твое живо. Но ты не можешь и вернуться в мир живых, поскольку тело твое занято.

Я смотрел в пустоту, не в силах вымолвить ни слова.

- Ты теряешь связь с миром живых, скоро она исчезнет полностью. Ты застрянешь здесь, пока твое физическое тело не умрет.

- Долго мне ждать?.. – с трудом разлепив пересохшие губы, тихо спросил я.

- Этого мне знать не дано. Сейчас я уйду, и больше ты меня не увидишь, - бесстрастно ответил он. - Но есть еще кое-что, о чем тебе следует знать…

Я поднял на него вопросительный взгляд.

- Время в мирах течет по-разному. В мире живых, оно намного быстротечнее.

- Быстротечнее?..

- Намного, – кивнул он.

- То есть, если на земле пройдет один день…

- То здесь пройдет вечность.

С этими словами он растворился в воздухе. На его месте осталась лишь круговерть снежинок.

Я остался один, посреди белого безмолвия, на постепенно тающем клочке пола.

+2
06:07
338
01:09
Ух ты, интересный рассказ! Казалось бы сколько есть произведений про то, как душа покидает тело и не может вернуться. Но здесь очень необычная причина этого «невозвращения».

Всё здорово. Только слог, на мой взгляд, следует сделать чуть более гладким и мелодичным. В частности, постараться избежать причастных оборотов и необязательной перестановки слов в предложении. К тому же чуть-чуть недовычитали. Например,
Одна рука была забинтована. Все лицо было отекшее. На правой щеке и лбу были большие гематомы. Голова тоже была перебинтована.
А также, на мой взгляд, не следовало бы переиспользовать название романа Ремарка.

Но это всё мелочи. Текст к прочтению рекомендую. Спасибо, мне понравилось. Пишите ещё!
10:24
Интересная идея. Подправить, конечно, надо, а в целом хороший рассказ. Только не понятно, почему сквозь людей проходил, а сквозь двери — нет.
11:32
Ничего не понимающим взглядом мое тело обводило комнату, пока не уперлось взглядом в Лену.

Если представить, как тело обводит комнату, становится жутковато.
пока дверь не заперла меня там на всю ночь.

Ох уж эти двери-злодеи… Или они раздвижные? а в больнице вообще бывают разве раздвижные двери?
Будто иммунная система отгоняет чужака.

Иммунная система никого не отгоняет, она атакует.
Слишком много крови потерял! – ругнулся врач

Это вы называете ругаться?
Ее походка была подавленной

Подавленным бывает настроение, а не походка.
— Я помню, как поднимался по лестнице. Лифт не работал, и я решил идти пешком… — он нахмурился, напрягая память. – Там были трое, на лестничной…

Он резко оборвался,

Так, кто оборвался? Лифт?
лежал покойник, накинутый простыней.

накрытый
На кровати лежал я. Одна рука была забинтована. Все лицо было отекшее. На правой щеке и лбу были большие гематомы. Голова тоже была перебинтована. Мое тело словно спало.

Вся суть описаний в вашем рассказе.

Все огрехи перечислять нет смысла. Они в каждом абзаце.
Когда заходишь на страницу произведения, название которого позаимствовано у известного автора, ждешь, что он хоть немного будет ему соответствовать. Но с русским языком вы не в ладах. Я даже начинаю сомневаться, что вы читали Ремарка. Скорее, просто совпадение.

Кстати, очень неприятно, когда текст постоянно на тебя кричит.!!!
15:51
«последние пару дней». Что-то в этом не так. «последние дни», может быть.
Врач не ругался. Он больного ругал. Значит, другое слово должно быть. Констатировал, например.
рассказ не зацепил.
Загрузка...
Артём Шевченко

Достойные внимания